Читаем без скачивания Отчуждение - Сергей Самаров

– Пришлем, что просишь, – пообещал полковник Мочилов. – Я записал. Теперь – четвертое. Самый, как мне сдается, трудный вопрос, который, тем не менее, требует разрешения. Возможно, в предложении Арсамакова о сотрудничестве есть какая-то доля правды. Не думаю, что это касается собственно сотрудничества. Тем не менее, у нас есть факты, правда, не проверенные, и предоставлялись факты не нам, а, естественно, в местную полицию, где от них отмахнулись. Якобы, в районе несколько раз встречали твоих пауков-«птицеедов». Одного даже смогли сфотографировать на трубку. Трубка была простенькая, съемка плохая, к тому же в вечернее время. Но фотографию только вот сегодня Академия наук затребовала из МВД Дагестана, где необоснованно, без проведения экспертизы, посчитали съемку монтажом и розыгрышем. Однако, по внешнему виду, судя по словесному описанию, этот паук идентичен твоему. Сейчас проверяется конкретная идентичность. Эксперты засели за сравнение. Будут проверять каждую мелочь в облике. Но и это не все. Четыре месяца назад в горах пограничниками был задержан безоружный боевик, находящийся в розыске. Он рассказал, что на их джамаат напали гигантские пауки, разговаривающие по-русски, захватили всех членов джамаата – шестерых, и только ему одному удалось спрятаться, и убежать. Пограничники тогда решили, что боевик «обкурился», поскольку при нем нашли большой запас «травки», и не придали большого значения сообщению. На суде боевик эти показания не повторил. Понял, видимо, что ему не верят, и посчитал, что в «психушке» ему будет хуже, чем на «зоне». Однако месяцем раньше другой бандит, захваченный раненым, рассказывал на допросе, что их банду одолели громадные пауки. Украли за месяц троих моджахедов. И других украли бы, если бы банду не уничтожил спецназ ФСБ. По описанию того и другого бандита их пауки тоже идентичны твоему. Больше всего бандитов угнетало то, что пауки разговаривали по-русски. Про акцент ничего сказано не было, но местные жители акцент не воспринимают, потому что сами говорят с акцентом. Автоматные очереди пауков не убивают, хотя на какое-то время останавливают, и сковывают движения. Но пули, как утверждал один из них, в тело к ним проникают, не нанося большого вреда. Он даже аналогию провел: как человек, в которого из пневматики стреляют. Убить невозможно, но остановить на какое-то время получается. Исходя из обобщения сказанного и увиденного на твоей видеозаписи, мы имеем право сделать вывод, что пауки-«птицееды» пытаются колонизировать горы в этом районе. И уже достаточно давно. И Арсамаков в этой части своего предложения не врал. Возможно, не врал, и когда говорил, что знает о местонахождении базы пришельцев. Было бы просто великолепно захватить эмира, и принудить его к точным показаниям.

– Или заставить привести туда взвод, – предположил я вариант. – эмир Магомет сам предлагал сотрудничество.

– Нет. Это исключено. Наше современное вооружение исключает боестолкновения с инопланетянами. Мы не дошли еще до их технического уровня. Будет гораздо проще накрыть их базу издали ракетой. Так хоть без потерь обойдемся.

– А если там есть рудник, как говорил Арсамаков? Может быть, на руднике люди трудятся. Просто украденные пришельцами люди. Не только же вооруженных боевиков они захватывали. Гораздо проще было захватить невооруженных мирных жителей. Товарищ полковник, я считаю, что необходимо провести анализ всех данных МВД Дагестана по случаям исчезновения людей. Это может дать нам какое-то конкретное направление поиска. Это, во-первых. Во-вторых, как я думаю, у них могут быть противоракетные системы, и ракету они смогут сбить вне Земли Отчуждения. До того, как она пересечет границу Резервации. И это может произойти над каким-то населенным пунктом, что обязательно приведет к беде, чем ни будет начинена ракета.

– Да, я понял, старлей. Я сейчас же заряжу группу на связь с МВД Дагестана. Насчет ракеты вопрос пока открыт. Твое дело – если получится, найти место базы и, возможно, рудника. А дальше уже вопрос будет решать командование на высшем уровне, которое нас не знает, и никого из нас, конечно, не спросит. Мы же должны подготовить для решения командования всеобъемлющие данные. В остальном, у меня все! Вопросы или просьбы есть?

– Пока нет. Жду сообщения на «планшетник» о точке встречи. Пока не пришло. К шести ноль-ноль выйдем на место. Надеюсь, авиация нас не сможет задержать, – я так критически посмотрел на слегка оплывшую фигуру подполковника Коломийца, который ходил с голым торсом, что подполковник смутился, и для чего-то осмотрел свои штаны, а потом стряхнул с колен налипшую землю. Но, судя по фигуре, спортом он когда-то занимался активно, и выносливость иметь должен. В крайнем случае, я всегда могу оставить летчиков под прикрытием отделения своих солдат где-то в укромном месте, а сам отправиться с остальными дальше. – Да, товарищ полковник, что касаемо авиации. Нам бы для выполнения задачи хотя бы пару легких разведывательных беспилотников. И подробную инструкцию по работе с ними. Лучше вертолетного типа. С такими мы знакомы. В случае чего, наши летчики помогут с ними справиться.

– Ладно, Троица, я сейчас прикажу еще отправить тебе карту, где отмечена Земля отчуждения и Полоса Отчуждения, чтобы ты знал, куда соваться не следует. Мне только что такую принесли. Потом узнаю насчет беспилотников. Где взять поблизости от вас один, я знаю. Попробую и второй найти там же, чтобы не тащить самолетом из Москвы. Пойду к командованию на «поклон». Что еще потребуется, обращайся. Конец связи.

– Конец связи, – подтвердил я, встал, и вытащил из большого нагрудного кармана «планшетник». Такой карман я специально для «планшетника» подбирал. Подозреваю, что он специально для него и шился, потому что среди других карманов на складе, значился, как «командирский». Кроме того, карман с двух сторон имел мягкую, хотя и плотную, прокладку. Наверное, чтобы экран не поцарапался, хотя он и прикрыт защитной пленкой. А прокладка с двух сторон потому, что иногда приходится убирать «планшетник» второпях, и не всегда имеешь возможность посмотреть, в какую сторону экран поворачивается. Хотя я чаще ношу свой гаджет в рюкзаке в жестком футляре, чем в этом кармане. Там, мне кажется, ему безопаснее.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Мы вышли в маршрут уже через пять минут после того, как я получил на «планшетник» координаты точки, где для нас должны оставить контейнеры. Особо не торопились со сборами, но и время зря не тянули. Тогда же, перед выходом, я внимательно просмотрел карту Земли Отчуждения. В нее вошла значительная часть Цумадинского района Дагестана, часть Шаройского района Чечни, и значительная часть Тушети – это область в составе Ахметского района Кахети в Грузии. Географию я, сколько себя помню, уважал всегда, и всегда любил рассматривать карты. Внимательно изучал карту и сейчас, совмещая то, что я видел на изображении с тем, что я знаю. Порой это не совпадало, поскольку мои знания тоже были не абсолютными, да и меняться может разное. Какие-то мысленные изменения я в карту мог и внести, какие-то вносить не стоило до уточнения, какие-то данные следовало принимать, какие они есть. Так, например, я знал, что стоит нам сдвинуться несколько южнее, как изменятся горы, и со склонов почти исчезнет лес, но останутся только кусты, растущие пучками. С такими горами я тоже был знаком, поскольку в одной из командировок мне доводилось добираться до самой грузинской границы. И хотя дальше я не ходил, но знал, что такое Тушети – местность, почти полностью вошедшая в Землю Отчуждения, лежащая в горной котловине в верховьях реки Андийское Койсу. Тушети отделена с юга от основной Грузии отрогом Главного Кавказского хребта точно так же, как отделены друг от друга Северная и Южная Осетии. Но тушины, народность, проживающая в Тушети – это тоже грузины, с Грузией, со своим райцентром Ахмета их соединяет только дорога через перевал, высотой немногим меньше трех километров. Зимой в деревнях Тушети почти никто не живет. Но сейчас лето, и летом деревни населены. И жители их, таким образом, попали в Землю Отчуждения, и застряли там на неизвестное время, как и мы, по эту сторону границы. Только в Грузии Полоса Отчуждения не целиковая, а напоминает на карте пунктирную линию, то есть перекрывает только те участки, где реально можно пройти в Грузию пешим ходом. Но, как я понимаю, исходя из своего знания географии и еще армейского знания человеческих возможностей, имея все же альпинистское снаряжение и обязательную альпинистскую подготовку. И именно потому, видимо, американо-грузинский научный десант будут поддерживать бойцы спецназа корпуса горных стрелков США, то есть, люди, специально обученные ведению боевых действий в горах. Для сравнения стоит заметить, что бойцы моего взвода не имеют высокогорной подготовки, то есть, непосредственной подготовки альпинистов, тем не менее, имеют подготовку скалолазов. У нас в бригадном спортивном городке на «полосе разведчика»[15] стоит, завершая ее, скалодром – специальное приспособление, которое порой приходится преодолевать на одних руках по стене, наклоненной в твою сторону. Впрочем, я не намереваюсь со своими бойцами переходить государственную границу. И моему взводу альпинистская подготовка не нужна. А подготовки в области скалолазания солдатам хватит для того, чтобы не чувствовать препятствий не только здесь, среди лесистых гор, но и южнее, вплоть до той самой границы, где горы скалистые. Там, наверное, и пограничники такую же подготовку имеют. У них служба весь срок проходит в горах, и без такой подготовки солдаты-пограничники будут мало на что пригодны. Так что, в случае чего, мы вместе с пограничниками вполне в состоянии остановить спецназ горных стрелков США. Не думаю, что им сможет помочь альпинистская подготовка. Но на нашей стороне ни им, ни их ученым, ни их роботам делать совершенно нечего. Для здешних дел есть мы и пограничники.