— Серое Море опасное и бурное. — ответил Глор. — В нем живут чудовища и не дают никому селиться на берегах. Ни эльфы, ни гномы, ни орки не плавают здесь.
"Отлично. Опять чудища какие-то…"
Стало прохладней и это было очень кстати. Сырой морской ветер уже добирался до людей утром, а вечером показалась водная гладь. Эльфы предостерегали людей насчёт монстров. Лагерь попаданцы разбили в примерно двух сотнях метров от воды. Потихоньку смеркалось.
— Пошли по берегу пройдемся? — спросил Барон.
— Жить надоело?
— Да в воду не полезем. Так, ноги промочим.
— Мы осмотрим берег. — поставил точку в их споре Ньяль. — Но на расстоянии от воды. Ночью там будет наш дозор.
Ближе к морю почву заменял песок, казавшийся мертвенно-бледным и неестественно пустым. Илья привык видеть море с пляжами, полными народу. Зонтики, лежаки, кафе, набережные. Он не думал, что дикое море может быть столь неприятно зловещим. Или дело в рассказах о монстрах? Вода действительно имела серый оттенок.
— Ты смотри! — вдруг восхитился Барон. — Смотри, кто там сидит.
Из воды, метрах в пятнадцати от берега, выглядывала женская фигурка. Девушка приветливо улыбалась, смотря на подошедших людей.
— Русалка? — удивился Ньяль.
— Похоже на то. — согласился Давен. — Глянь на волосы.
Длинные, мокрые, волнистые, липнущие к обнажённой коже и с зеленоватым отливом. Глаза такого же цвета. Красивая, прям как с картинки Плейбоя, грудь.
— Ощущение, что в подводном мире изобрели пластику. Грудь такого размера, но не виснет совсем.
— А т-ты я гляжу знаток… — усмехнулся Алу.
— Давай. Иди к нам. — Барон подошёл к самой линии воды и поманил русалку.
— Не лезь к ней. — посоветовал Илья.
— Да она ж просто рыбодевка. — усмехнулся Барон, хлопая себя по ноге, будто собаку зовёт.
Русалка медленно начала приближаться, томно улыбаясь бледно-розовыми губами.
— Вот молодец… — Барон достал из поясной сумки кусочек вяленого мяса. — Ща будем приручать.
Русалка ловко поймала его на лету и медленно облизала.
— Мне уже нравится ее подход. Иди сюда.
"Твою мать".
На мелководье Илья разглядел рыбий хвост существа. Эта была совсем не Ариэль. Мощный и настолько длинный хвост, что она скорее напоминала
женщину-змею, чем рыбу. Русалка уже ползла животом по песку, а Барон разулся и зашёл в воду.
— Умница. Хорошая девочка. Иди сюда, милая.
"Твою мать!"
Когда Барон положил ей руку на голову, то всякая томность пропала из зелёных глаз. Бледные губы растянулись в улыбке. Илья узнал этот взгляд. Такой же был у мерзотного мантикора. Не человеческий, но и не звериный. Полный злорадной жестокости взгляд монстра.
— Беги, дебил!
Русалка с лёгкостью опрокинула человека и, работая огромным хвостом, потащила на глубину.
Илья выхватил меч, бросаясь на выручку. Сам Барон заехал твари в лицо латным кулаком, а Илья с размаху ударил мечом по руке существа. Таким ударом он недавно развалил конечность орку. По русалке клинок скользнул. Вместо крови и мяса в ране было что-то слизистое, бледно-серое. Будто внутренности насекомого. Белые вязкие мускулы рубились с большим трудом. И тут русалка набрала воздуха, издав оглушительный вопль. Мир будто взорвался. Илья совершенно потерялся. Оглох и ослеп. А вопль все не кончался, расходясь волнами боли по телу. Вдруг все затихло. Из горла русалки торчала стрела с белым оперением. Тварь кашлянула кровью, но продолжала тянуть человека в воду. Илья ударил ее по голове. И ещё раз по шее. Копьём ее ткнул Алу. Уже спешил Ньяль. Тварь вздрогнула, захрипела и, бросив жертву, ушла на глубину одним рывком.
— Вот сука… — Илья не слышал своего голоса. С большим трудом он вытащил Барона на берег.
Звон в голове. Внутри ушей будто огонь горит. Тошнота душит горло. Илья обернулся.
В метрах двадцати от них стояла Нимродэль, державшая лук и стрелы.
Глава 12 Перекресток цивилизаций
Три километра от моря. Ручей бежит рядом, но он довольно мелкий. Чудовища вряд ли поместятся. В двух шагах густой сосновый бор. Место на возвышенности и довольно сухое.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Отсель теперь грозить мы будем ш-шведу. — усмехнулся Алу. — Точнее оркам. Сколько мы здесь пробудем, Ньяль? Строимся будто на века.
— Сложно сказать… — ответил Ньяль. — Но думаю, что долго. Сегодня к нам вышли первые делегации гномов. До их гор тут рукой подать.
— А в горы не пойдем? Не пускают?
— Пускают, но не пойдём. Там мало дерева. Да и сложно будет тащить всю нашу ораву на тропики и перевалы… Или ты большой фанат альпинизма, Илья?
— Понял-принял.
— К ним пойдут отдельные делегации. А пока обустроим лагерь на манер каструма.
— Чего?
— Походные лагеря римских легионов. Своего рода античные военные базы. Укреплялись, организовывались по одной схеме. Мы тоже примерно все распланировали. Если придется здесь зимовать, то встретим холода в постоянных домах.
— И чего мы будем ждать?
— Понимания. — вздохнул Ньяль. — Как, с кем и в каком составе воевать. А пока ждем надо будет готовиться к войне. Как там Барон?
— Да лихорадит ещё. — вздохнул Илья. — Как русалка цапнула, так его до сих пор плющит. Говорил я, что с его тягой к другим расам можно волшебный триппер схватить. Оказывается, не шутил.
Территория будущего каструма уже была порядком вытоптана. Ее делили на геометрические кварталы, копали ров, насыпали вал. Инструмента на всех не хватало и большая часть народу проебывалась от работ.
Азби от них свинтил, но обещал скоро вернуться с родней. Гномов к лагерю стекалось все больше. Чуть крупнее гоблов, но широкие и крепко сбитые, с густой растительностью на лице. Злые, пропахшие дымом и пивом бороды с ногами. Одеты они были просто и без эльфячих загонов на тысячи узоров, шнуровок и прочей мишуры. Правда был у них какой-то странный фетиш на ношение железяк просто так. Для гнома было вполне нормально ходить в кольчуге весь день. И ведь не жалко им спины. Таскают на себе кольчи целыми днями и рады.
Гномы шли не с пустыми руками. Они несли сыр, мясо, шерсть, мед, кожу, овощи, различные инструменты из железа и много алкоголя. Однако если эльфы были готовы делиться провиантом безвозмездно, за идею о Светлом Будущем, то гномы хотели именно обмена. Вид оружия и лат приводил их в неописуемый восторг вплоть до конвульсий. Они начинали бормотать, пытались все щупать и, конечно, выкупить. Отказы принимали очень неохотно. Вытаскивали золото, что-то пытались обещать, но языковой барьер пока сильно мешал.
Надо было как можно скорее договариваться как-то о снабжении. Дела пошли на лад, когда появился колдун, спустившийся с гор вместе с гномами. Илья познакомился с ним одним из первых. Ганс зашел спросить насчёт состояния Барона.
— Да температурит ещё. Лежит в палатке.
— Ну как раз есть повод мага испытать.
— Кого?
— Да приперся тут один. Говорит, что заклинатель, врачеватель и мастер рун.
— Прекрасно… — хмыкнул Илья. — Ну тут полно сущностей в виде гномиков, почему бы и магам не водиться.
— Слушай, я понимаю твой скепсис. Сам орал с битв экстрасексов. Но этот колдун, похоже, настоящий. Скоро сам убедишься.
И пришел среднего роста человек очень неопределенного возраста. Можно дать от двадцати до сорока пяти. Темные длинные волосы с каштановым отливом, актёрская короткая бородка, белое одеяние. Ну прям фансервис для девочек лет пятнадцати или пятидесяти.
А затем колдун заговорил.
"Ешкин хрен…"
— Доброго дня. Меня зовут Аулендур, Ищущий Знания. Я, в том числе, врачеватель. Ваш друг попал в беду?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Говорил он не на великом и могучем, но каким-то образом незнакомые слова обретали знакомый смысл.
— Его русалка укусила.
— Можно поинтересоваться, куда? — с вежливой издёвкой произнес Аулендур. — Не в стержень ли его мужского естества?
— Нет, не туда. Всего лишь в щёку. Хотя именно потешить стержень он к русалке и полез.
