затхлую постель, прикрыл глаза.
Мысли побежали в голове. Новые, разные, неожиданные. Сколько же силы дано людям с разумом! А они и не понимают этого.
И правильно, чтобы понять силу разума, нужно его сначала обрести. Как он — не было столько лет, а потом — бах! — и появился!
А эти… нормальные люди родились с ним, поэтому привыкли и не знают, что за сила дана им с рождения.
— Идиоты! — рассмеялся я, и хохотал во весь голос долго, пока не охрип, и слезы не залили мне щеки.
Я сегодня родился заново, стал другим. И все благодаря ему — Хозяину!
Теперь-то уж он позаботится обо всех нормальных людях! Он все им припомнит! И мне не надо составлять список, вспоминая фамилии, имена, клички и особые приметы. Нет. Я знаю его наизусть: ВСЕ! Все нормальные люди, которые ненавидят меня и таким же, как я. Издевались столько лет!
Все!
Глаза медленно закрываются, я повернулся на бок. В душе поселился полный покой.
— Они называют меня Уродом. Что ж, имя вполне подходящее! Так даже лучше, потому что страшнее, — сказал я, проваливаясь в приятную дрему. — Спасибо тебе, Хозяин.
Впереди меня ждет новая потрясающая, интересная жизнь.
Я так быстро провалился в сон, что не заметил, как пролетела ночь.
Проснулся рано, глянул на пожелтевший будильник на полке — нет и шести. Но голова ясная и полна новых планов. В это раннее весеннее утро чувствовал в себе прилив сил, ведь теперь я другой. Измененный. Новый. Свободный. Сильный.
Одним рывком вскочил с постели и ухмыльнулся. Я сразу вспомнил, что было вчера вечером. И выдохнул с облегчением. Я больше не увижу эту неприятную старуху, не буду больше терпеть от нее унижения! Я свободен!
Время не ждет, надо успеть очень много. Я прожил уродливым дебилом почти тридцать лет, надо наверстывать упущенное.
Выйдя на кухню, наткнулся на тело бабки, бывшей его любимой и единственной бабушки. Темно-багровая застывшая лужа под ней залила за ночь половину пола ну маленькой кухне.
— Та-а-ак, — сказал я, пиная окоченевший труп в бок, — вот и первое мое задание.
Аккуратно переступил через лужу, подошел к холодильнику. Достал батон полукопченой колбасы, пакет кефира, из хлебницы вытянул зачерствевший батон. Присел на табурет у столика и, жадно уплетая любимый завтрак, посмотрел на тело.
Я немало удивился, почему вид крови и появляющийся запашок разложения и испражнений, нисколько не смутил меня и аппетит не испортил. Скорее даже наоборот. Я с удовольствием это отметил, продолжая думать, куда спрятать труп, при этом не переставая откусывать от завтрака большие, запрещенные раньше, куски.
Особо много вариантов в голове не родилось. Самый удачный — это просто закопать бабку в огороде. И сделать это именно сейчас, рано утром, пока никто из соседей еще не проснулся.
Я встал, вытер руки о скатерть, подошел к телу. Если просто тащить ее по полу, то отмывать потом придется слишком много — всю комнату, тамбур, крыльцо, дорожку.
Я почесал затылок, обвел взглядом комнату, в поиске решения.
— Во! — озарило меня.
Вбежал в гостиную, где раньше спала бабка, содрал с пола большой выцветший ковер, который лежал здесь сколько я себя помнил. Выволок его на кухню, расстелил у тела, легко перекатил на него тело, приподнялся, немного подумал и туда же бросил погнутый ковш с прилипшими к нему осколками гнилых зубов. Все это плотно завернул, легко поднял, закидывая на плечо, словно бревно, хотя бабка была килограмм под сто. Пройдя через низкие темные сени, вышел в маленький дворик. Легко ступая, подошел к дощатой некрашеной двери, ведущей в огород. Медленно, прищурившись от тихого скрипа, приоткрыл ее и прислушался.
Где-то у соседей закукарекал петух, глухо забрехала собака, вдали зачирикали ранние пташки. Больше звуков никаких не было.
Как шпион, проскользнул на тропинку, делящую огород пополам, остановился, с удовольствием вдохнул свежий прохладный воздух, выдохнул бледную струйку пара, которая тут же растворилась в воздухе.
Как раньше всего этого не замечал?
Но сначала дело. Я тяжело вздохнул, поправил тело на плече и пошел по тропке к заброшенному сараю в конце заросшего бурьяном огорода. Я вспомнил, что маленьким ходил туда раз в неделю мыться. Когда-то это была баня.
Я тихо про себя радовался обретенной силе разума, пока нес тело на плече, но не забывал при этом внимательно смотреть по сторонам, на соседние участки. Легкий утренний туман помогал скрываться, хотя он же и мешал, потому что в этой влажной тишине каждый его шаг, каждый шорох был отчетливо слышен.
Я бросил рулон в крапиву у серой от времени бревенчатой стены старой бани.
Еще раз осмотрелся и прислушался — никого. Вернулся под навес за лопатой.
Быстро орудуя инструментом в мягкой почве, вырыл неглубокую могилу, несколько раз примеряясь, войдет ли тело. Тратить слишком много времени на старую, воняющую бабку не хотелось. Она и так доставила мне в жизни много гадостей.
Ловко орудуя лопатой, вспомнил все, что было с ней связано. Как она постоянно отбирала деньги, пропивая их со своими собутыльниками. Как заставляла стирать и зашивать свое грязное и рваное белье, часто изгаженное по пьянке. Как убирал за ней и ее дружками в заблеванных и заваленных пустыми бутылками и окурками комнатах. Как…
Нет, больше не хочу об этом думать.
От этой памяти прошлой жизни лучше поскорее избавиться.
И начать сегодня же новую.
Могила уже готова. Я еще раз померял лопатой длину тела, сопоставил с размером ямы. Нормально. Должна войти.
А если не войдет, утрамбую ногами.
С удовольствием.
Я столкнул тело в яму ударом ноги. Быстро закидал землей, утоптал ногами почву. Сверху слегка посыпал сухой травой и гнилыми обрубками досок. Хоть и понимаю, что это лишнее — ну кто будет искать эту старую пропойцу на собственном заброшенном огороде?
Отошел на несколько метров, посмотрел на качество проведенных работ.
Вроде, все отлично.
Но чего-то не хватает.
Это же могила. Значит, должен быть какой-нибудь крест, камень с надписью или еще что-то…
Ладно. Хочешь себе памятник? Будет тебе памятник!
Я сломал черенок от лопаты через колено и воткнул в едва заметный со стороны холмик.
— Вот тебе могила, старая уродина. Большего ты не достойна, — сказал я, смачно плюнул и, развернувшись, пошел к дому, насвистывая на ходу любимую мелодию.
Теперь пришло время прибраться. Надо полностью вычистить свое жилище от этой старой уродины. Чтобы даже намека, даже запаха от нее не осталось. А все барахло сжечь на огороде.
Будет тебе и прощальный костер, ведьма!
Сделать это
