участие в Курской битве: Воронежского, Центрального, Брянского, Западного и Степного округа. Впоследствии Степной округ тоже станет фронтом.
Участок Воронежского фронта составлял 244 километра. Перед ним стояли 4-я танковая армия Германа Гота и оперативная армейская группа «Кемпф» генерала Вернера Кемпфа. О намерениях немцев провести масштабное летнее наступление советскому командованию стало известно задолго до его начала. Стали очевидными и направления главных ударов. Для того чтобы собрать ударную группировку на севере против Центрального фронта (генерал армии К. К. Рокоссовский), весной 1943 года немцы провели операцию по спрямлению линии фронта и ликвидировали Ржевско-Юхновскую дугу. Высвободившиеся войска заняли позиции на Орловском плацдарме, который нависал над Курской дугой с севера и имел великолепные исходные для удара под основание выступа на юго-восток, к Курску. Такое же положение, только на Белгородском плацдарме, занимали войска группы армий «Юг» под командованием генерал-фельдмаршала Эриха фон Манштейна. Согласованный удар с 9-й полевой и 2-й танковой армиями, занимавшими Орловский плацдарм, мог привести к гигантскому «котлу», в котором могли быть запечатаны армии трёх советских фронтов в районе Курска.
Воронежский фронт должен был схватиться с мощнейшими танковыми группировками Манштейна. Началась подготовка к этой схватке. Артиллерия к тому времени имела новые образцы орудий. Новые боеприпасы. Артполки и артиллерийские дивизии прорыва получили новую 152-мм гаубицу. На вооружении Красной армии стояла 152-мм гаубица М-10 образца 1938/40 г. Мощное, надёжное орудие. Но тяжёлое. Не было в войсках таких тягачей, которые могли бы таскать М-10, свободно перемещать её с позиции на позицию, транспортировать на дальние расстояния. М-10 была чрезвычайно металлоёмкой, а потому тяжёлой. К тому же весьма сложной в производстве, особенно массивного лафета. Сложна она была в обслуживании и ремонте. И вот с возвращением в войска корпусной структуры для укомплектования корпусной артиллерии и частей РГК срочно потребовалась гаубица соответствующего калибра и мощности. Конструкторы тут же разработали усовершенствованную модель 152-мм гаубицы Д-1. Весной 1943 года Д-1 поступила в войска. Мощная, более совершенная и лёгкая гаубица предназначалась для ведения огня с закрытых позиций с целью разрушения фортификационных и полевых сооружений обороны противника, а также уничтожения живой силы, танков и других целей. В умелых руках Д-1 могли вести огонь прямой наводкой по танкам и бронетехнике. Для этого в боекомплекте имелся бронебойный снаряд. Д-1 стала на поле боя серьёзным аргументом против новых немецких тяжёлых танков «Тигр» и «Пантера». Гаубицу Д-1 наши заводы производили до 1949 года. В некоторых армиях мира она стоит на вооружении до сих пор.
В истребительно-противотанковых полках и бригадах появилась усовершенствованная пушка ЗиС-2. До её появления на позициях основным противотанковым средством была знаменитая «сорокапятка». К 1943 году её тоже модернизировали, удлинили ствол, усилив, таким образом, начальную скорость снаряда и увеличив пробиваемость. Но против новых тяжёлых немецких танков она была всё же слаба. 57-мм пушка была создана артиллерийским конструктором В. Г. Грабиным ещё до войны. В 1941 году её пустили в серию, но вскоре производство было остановлено. Эксперты Наркомата обороны пришли к заключению, что боевые качества новой противотанковой пушки избыточны, что у неё нет на поле боя достойных целей, что для борьбы с танками и бронетехникой потенциального противника вполне достаточна «сорокапятка». Но вот на поле боя выкатился «Тигр»… Мгновенно вспомнили о довоенном детище Грабина. ЗиС-2, как поясняют справочники, «представляет собой классическое для артиллерии Второй мировой войны длинноствольное противотанковое орудие с раздвижными станинами, полуавтоматическим клиновым затвором и подрессоренным колёсным ходом». ЗиС-2, произведённые в начале войны и имевшиеся в противотанковых дивизионах и бригадах, постепенно были выбиты. С восстановлением серийного производства улучшенной модели противотанковой пушки Грабина она начала поступать в истребительно-противотанковые артиллерийские полки — по 20 орудий на полк. Позже, в 1944 году, ЗиС-2 была введена в штаты гвардейских стрелковых дивизий — в полковые противотанковые батареи и в истребительно-противотанковый дивизион. К концу войны эта чрезвычайно эффективная противотанковая пушка появилась в штатах обычных стрелковых дивизий и кавалерийских полков.
Кроме этих артиллерийских систем, в войсках появились самоходные орудия различных калибров и предназначений. В период подготовки к битве «Воронежский фронт был усилен 31 артиллерийским и миномётным полком, 11 полками и одним дивизионом „Катюш“, 3 полками самоходной артиллерии, 28 полками и 7 истребительно-противотанковыми артиллерийскими бригадами. Всего фронт имел 8219 орудий и 262 боевые машины реактивной артиллерии».
Когда в штабе фронта верстали план обороны, сразу определили: наиболее опасным является левое крыло. Именно здесь заняли позиции 6-я и 7-я гвардейские армии. Это были сильные соединения, укомплектованные по гвардейскому штату. Командовали ими генералы И. М. Чистяков и М. С. Шумилов. Оба сталинградцы, закалённые в боях офицеры. Именно за спиной дивизий гвардейцев, уступом, был развёрнут второй эшелон Воронежского фронта. Здесь же сосредоточили резервы и основные средства усиления, в том числе и артиллерию. Две трети артполков и миномётов были сосредоточены на линии обороны двух гвардейских армий и непосредственно за их спиной.
Формируя оборонительные линии, Ватутин пошёл на риск. По предложению Варенцова в дивизиях второго эшелона были изъяты все артполки и выдвинуты вперёд. Во втором эшелоне оставили лишь полковую и батальонную артиллерию.
«По указанию С. С. Варенцова, — пишет Ю. Б. Рипенко, — штабом артиллерии Воронежского фронта были определены основные элементы общей системы артиллерийского огня в армиях: артиллерийская контрподготовка, огонь на период борьбы за главную и всю тактическую глубину полосы обороны, огонь по обеспечению стыков и флангов дивизий и армий, система противотанкового огня. Кроме того, отдельно разрабатывался план маневра (перегруппировок и перемещений) с целью усиления особо угрожаемых направлений в ходе оборонительного сражения».
Последнее особенно важно. И это покажет сражение. Для того чтобы командование могло оперативно реагировать на изменения обстановки в ходе боевых действий, предотвращать возможные прорывы и заделывать уже прорванную оборону, резервные части обеспечивались устойчивой связью со штабами и командными пунктами. А командиры должны были организовать надёжную артиллерийскую разведку, обеспечить батареи точными координатами основных целей.
Надо признать, что разведка всех видов и уровней на Воронежском фронте работала превосходно. Это помогло, прежде всего, определить направление и участок главного удара противника. Перед началом контрподготовки наши артполки и дивизионы «Катюш» имели нанесённые на карты главные цели — штабы, узлы дорог, артиллерийские позиции, броды, склады с боеприпасами и ГСМ. Артиллерийские наблюдатели и в период сражения продолжали находиться в окопах и на НП первой линии окопов.
Кроме всего прочего, в распоряжение Воронежского фронта прибыли четыре отдельные корректировочно-разведывательные авиаэскадрильи. По распоряжению Варенцова они работали в пользу 6-й и 7-й гвардейских армий. Корректировщики вели разведку местности, фотографировали линии обороны и исходные районы немецких войск. По архивным данным, на Воронежском фронте «только средствами артиллерийской инструментальной разведки в течение мая и июня вскрыто 944 цели, в том числе артиллерийских батарей — 330; миномётных — 41; отдельных орудий — 307; миномётов —
