уже собиралась открыть рот и позвать Нарине по имени, когда услышала ее голос, доносящийся из парадного входа.
— Моя барышня не перестает плакать, я не знаю, что делать, — сказал незнакомый голос.
— А моя даже не хочет быть здесь или выходить замуж. Так что я уже могу попрощаться со своим денежным вознаграждением, — ответила ей Нарине.
Денежным вознаграждением?
— О, Нарине, мне так жаль. Я знаю, как сильно тебе нужны были эти деньги, чтобы оплатить свадьбу твоей младшей сестры.
Нарине проворчала:
— В любом случае это не имеет значения. Независимо от того, насколько хорошо мы сделаем им прическу и макияж и научим их вести себя подобающе, король все равно выберет ту, у кого больше магических сил.
— Аннабет отдала нам обеих девушек из Пепла. Она, должно быть, ненавидит нас.
Нарине хихикнула. Я услышала достаточно.
Я громко прочистила горло, и Нарине подпрыгнула на три фута в воздух, захлопнув входную дверь и повернувшись ко мне лицом с низко опущенной от стыда головой.
— Миледи! Тому, что вы услышали, нет оправдания. Мне так жаль и…
Я махнула рукой, призывая ее остановиться.
— И каково денежное вознаграждение? Так вот почему ты была так расстроена из-за моих слов? Ты получишь какую-то денежную награду, если король выберет меня?
Она громко сглотнула, ее карие глаза встретились с моими, и кивнула.
— В качестве поощрения служанок за то, что они сделали все возможное, чтобы подготовить вас к встрече с королем и пройти соревнование, Аннабет пообещала победившей служанке денежную награду в размере ста нефритовых монет.
Я кивнула. Теперь понятно, почему она вдруг так разозлилась, когда я сказала, что даже не хочу выходить замуж.
— И тебе нужны деньги, чтобы выдать замуж сестру? — спросила я.
Я знала, что здесь, в Нефритовом Городе, свадьбы проходят по-другому. Гораздо более масштабное, тщательно подготовленное мероприятие.
Она кивнула, прикусив губу.
— Моя мама скончалась при родах. Папа умер две зимы назад, служа в королевской армии. Я воспитываю свою сестру одна, поэтому мне приходится оплачивать ее свадьбу.
Что ж, Гадес, если бы это не заставило меня чувствовать себя плохо, то ничего бы не было в силах это сделать. Я могу ее понять. Я тоже забочусь о своей семье. Выплаты моей мамы как акушерки были нерегулярными. Просто в Пепельной Деревне дети рождались недостаточно часто.
Я нахмурилась.
— Мне жаль. Теперь я понимаю, как расстроила тебя встреча со мной, и первое, что сорвалось с моих уст, это то, как я надеюсь, что не завоюю сердце короля.
Она покачала головой.
— И все ж тому, что вы успели услышать из моих слов, нет оправдания. Если Аннабет узнает…
Я усмехнулась.
— Я не стукачка! Твой секрет со мной в безопасности. Нам всем нужно с кем-то поделиться. Я рада, что у тебя есть друг.
Ее голова вскинулась, когда шок пробежал по ее чертам.
— Вы не злитесь? Вы не расскажете?
Я пожала плечами.
— Ну, мне не нравится, что из-за вас «девушки из Пепла» звучат как какие-то аутсайдеры, но нет, я не сержусь. — Я рухнула на диван и закинула ноги на маленький столик перед ним.
Она вздохнула с облегчением.
— Благодарю вас, миледи. С этого момента я буду вести себя более уважительно, обещаю. И ничего не имею против Пепельной Деревни. Я просто предположила, что там не могло быть женщин с сильными магическими способностями, поскольку там в основном люди и полукровки.
Пепел была известен этим, так что я не могла злиться на это предположение.
Я потерла подбородок.
— Могу предположить, что будут устраиваться модные балы и торжественные ужины, на которых мне нужно будет присутствовать?
Ее глаза загорелись.
— О да, мисс. Аннабет спланировала и организовала множество мероприятий, чтобы помочь королю познакомиться со всеми присутствующими дамами.
— И я полагаю, мне предоставят прекрасный наряд по такому случаю? — я указала на дневное платье, которое было на мне сейчас. Несмотря на то что это был всего лишь хлопок, оно было окрашено в дорогой оттенок синего; оборки на линии декольте и подоле были затейливой деталью, которую мы не использовали в повседневных платьях в Пепельной Деревне.
Она с энтузиазмом кивнула.
— О да, я должна сейчас отвести вас к портнихе, чтобы она сняла с вас мерки.
Я ухмыльнулась и встала.
— Тогда я скажу тебе вот что. Каждое платье, которое я получу, или любой другой подарок, я надену один раз, а затем подарю тебе, чтобы ты смогла продать его и оплатить свадьбу своей сестры.
Ее рот приоткрылся, затем закрылся, а затем снова открылся.
— Так, разумеется, нельзя.
— А почему нет? Разве это не подарки мне, чтобы я делала то, что мне заблагорассудится? — спросила я.
В ее глазах заплясали восторженные искорки.
— Вы бы сделали это? После того что я наговорила про вас?
— Да. Потому что у меня тоже есть младшая сестра и я знаю, каково это — хотеть того, чего я не могу себе позволить, — сказала я ей.
Один из уголков ее губ приподнялся в хитрой усмешке.
— Тогда, наверное, мне повезло, что мне досталась девушка из Пепла.
— Могу предположить, что так и есть, — рассмеялась я.
Глава 8
Я провела больше часа со швеей, умоляя ее сшить мне не только платья, но и три пары брюк и несколько коротких туник. Первые три раза она ответила мне отказом, заявив, что брюки и туники не для женщин. Затем я спросила ее, женщина ли Реджина и кто тогда сшил ей брюки и туники. Тогда она просто вздохнула и сказала, что сошьет их. Затем я еще раз упрашивала ее, чтобы она попыталась убрать пятна крови с моего кожаного охотничьего костюма, который подарила мне мама. Как только она согласилась на все, я горячо поблагодарила ее, а затем последовала за Нарине на званый обед.
— Король отсутствует по причине того, что занимается решением проблем королевства, поэтому он не присоединится к вам за обедом, — сказала мне Нарине.
Проблемы королевства. Известные также как нападение королевы Найтфолла на Цыганский Утес, о которых я страстно желала узнать. Меня намного меньше заботил обед с королем, я хотела знать, как продвигается атака.
— Есть ли у нас известия с Цыганского Утеса? Как продвигается сражение? — поинтересовалась я у нее.
Она вопросительно подняла бровь в ответ.
— Как вы об этом узнали?
Я отмахнулась от нее.
— Я была там. Я прибыла сюда на спине короля-дракона! Как ты думаешь, откуда на мне столько крови?
Она кивнула.
— Я
