Мы подошли к воротам. Я с трудом перебирала ногами. Микаэль заметил это и подхватил меня на руки. Я попыталась было оказать сопротивление, но он шикнул на меня:
– Не спорь со мной. Я все равно сделаю по-своему. Потому что знаю, как лучше.
– Это я уже заметила, – прошамкала я ртом, скованным холодом. – Ты всегда делаешь по-своему…
Надо сказать, ворчала я совсем не потому, что мне не нравилось на руках у Микаэля. Скорее, наоборот. Мне было слишком хорошо в его руках, сильных и в то же время мягких. Я чувствовала себя нужной и оберегаемой. Я чувствовала, что меня ценят и обо мне заботятся. Но это ощущение было слишком призрачным, чтобы ему поддаться. В один прекрасный день все кончится. И я это знала. А потому не хотела предаваться бесплотным иллюзиям…
На крыльце дома нас встретила невысокая плотная женщина с румяными щеками и глазами красивого фисташкового цвета. На ней была цветастая юбка и короткий темный тулуп, чем-то похожий на тот, что был на Марине. Она выглядела довольно бодрой, и, казалось, холод ей нипочем. Мне сразу понравились ее открытое лицо и улыбчивые глаза цвета фисташек.
Увидев меня, съежившуюся на руках у Микаэля, она всплеснула руками и залопотала что-то на румынском. Ее причитающие интонации напомнили мне Ба. А, кстати, что бы сказала мне Ба, если бы увидела на руках у незнакомого мужчины? По головке не погладила, уж это точно. «Мод, деточка, ты доведешь меня до сердечного приступа», вспомнила я и улыбнулась своим воспоминаниям.
Женщина, встретившая нас, очевидно, решила, что я улыбаюсь ей, и улыбнулась мне в ответ.
Микаэль занес меня в дом и усадил на подобие тахты, неподалеку от печки. Мое тело тут же начало впитывать в себя тепло дома. Я чувствовала, что растекаюсь по тахте, как желе, и уже ничего не могла с собой поделать. Последнее, что я увидела перед тем, как закрыла глаза и погрузилась в сон, – испуганное лицо Микаэля, который пытался стащить с меня сапожки…
6
Пробуждение далось мне весьма тяжело. Я с трудом открыла глаза и вначале даже испугалась, потому что совершенно забыла о том, где я нахожусь. К тому же вчера я даже не успела разглядеть дом, в который меня занес Микаэль. Неудивительно, что все казалось мне незнакомым.
Я лежала на узкой и довольно-таки жесткой кровати, прикрытая двумя или тремя толстыми одеялами. Да, обо мне явно кто-то позаботился. Микаэль или гостеприимные хозяева дома? Оглядевшись вокруг, я поняла, что нахожусь не в той комнате, где сидела вчера. Эта комната была маленькой. Мебель, за исключением огромного сундука в углу и колченогого столика, отсутствовала. Над моей кроватью висело распятие. Трансильвания, усмехнулась я про себя, куда же без него…
Мне захотелось встать и найти Микаэля. Без него в этом доме я чувствовала себя неуютно. Мне вспомнилась наша вчерашняя поездка на телеге, стая голодных волков и наш сумасшедший поцелуй… Сколько событий всего за каких-то пару часов!
Раньше целыми неделями было одно и то же. Работа, учеба и снова – работа. А по выходным прогулки с Джефом, надо сказать, довольно скучные… Фантазии у этого парня, в лучшем случае, хватало на то, чтобы сводить меня в театр или прогуляться по парку… Так бывало по праздникам. Как правило, мы сидели в каком-нибудь кафе, где он пичкал меня светскими анекдотами, а я делала вид, что мне это интересно… На свои вечеринки Джеф брал меня всего пару раз. Раньше мне казалось, что он меня стесняется. А потом, узнав о его измене, я догадалась, что дело было не только в этом. Зачем брать с собой свою девушку, когда можно развлечься с другой, с той, которая вращается в твоем кругу?
Еще несколько дней назад я не могла себе представить, что буду думать о Джефе с такой иронией. Что со мной случилось? Впрочем, ответ был прост как дважды два… Со мной «случился» Микаэль Миршан. Он разрушил мои привычные представления о жизни и изменил мое мировоззрение. Теперь уже мне не хотелось становиться колючим ежиком-скептиком, который относится к жизни и любви с непроходимым цинизмом…
Я не знала, хороши или плохи перемены, произошедшие со мной. Но мне казалось, что именно в тот момент я жила полной, настоящей жизнью. В которой было все: страхи, радости, безумства, приключения, любовь…
Стоп! – одернула я себя. – Какая еще любовь? Разве то, что я испытываю к Микаэлю, можно назвать любовью? Ведь я знаю его всего-навсего несколько дней… Но любовь не подвластна срокам, опроверг мои доводы кто-то, сидящий внутри меня, она не терпит ограничений. Она может родиться в первые же секунды знакомства, а может вынашиваться годами. И совершенно не важно, что ты знаешь человека несколько дней. Иногда дни бывают больше, чем годы. Ты же думала о своей жизни… Эти несколько дней, что ты провела с Микаэлем, стоят нескольких лет той жизни, что была у тебя до встречи с ним. Разве ты не согласна?
Я была согласна… Кажется, этим «кем-то внутри меня» была моя душа. С которой я могла говорить. Значит, Микаэль был прав: достаточно заглянуть в свою душу, чтобы она открыла тебе правду о себе самой…
И опять Микаэль… Я поймала себя на том, что уже не могу не думать о нем. Он – в каждом моем вздохе, в каждом движении, в каждой мысли… Я словно бы наполнилась им и теперь представляю собой его отражение…
Что же я буду делать, когда он уйдет из моей жизни? На этот вопрос я не могла ответить. Так же как не могла понять, что мне делать дальше, как относиться к тем изменениям, которые произошли во мне. Я думала, что самое простое решение – пустить все на самотек. Оставить все, как есть. Говорят, что так рассуждают люди поверхностные и ни к чему не стремящиеся. Но я не была согласна с этим утверждением. Мне казалось, что так мыслят реалисты, которые ничего не загадывают наперед. Ибо знают, что жизнь непредсказуема и позывы души невозможно предугадать…
Ежась от одной мысли о холоде – во мне еще жило воспоминание о вчерашней ночи, – я выбралась из-под одеял и тут же надела свои вещи, которые были аккуратно сложены на стуле. Жаль, в комнате не было зеркала и я не могла узнать, как выгляжу. Мне казалось, что мои волосы торчат в разные стороны. О лице я вообще боялась задумываться. Щеки странно пощипывало и покалывало, как будто вчера мне натерли их какой-то ядреной мазью…
Я заправила постель и вышла из комнаты. Мои опасения насчет холода не подтвердились: в доме было довольно тепло. Откуда-то доносился соблазнительный запах еды. Желудок тотчас же напомнил мне, что я ела в последний раз вчера, в одном из ресторанчиков Сигишоары.
Я пошла вперед, ведомая своим носом, который прекрасно ориентировался по запаху. И, надо сказать, нос меня не подвел. Вскоре я услышала голоса и поняла, что нахожусь рядом с той комнатой, где вчера заснула. Мне было неловко выходить к незнакомым людям, но я переборола смущение и вошла в комнату.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
