и гневно завопили, когда поняли, что следуя прежним курсом красный корабль вклинится между ними и каравеллой. На каравелле приготовились к смерти.
Рем видел, как мятежники злорадно улыбались, сжимая в руках оружие и абордажные крюки. Это было для них в новинку, но никто не сомневался в успехе – галера была значительно меньше и численное превосходство должно было стать определяющим фактором.
Одновременно с треском ломающихся весел Рему в голову пришла мысль о том, что своим маневром они убивают возможное пополнение – галерных гребцов! Но поздно: над морем раздались вопли покалеченных, вражескую галеру ощутимо тряхнуло, многие из гёзов кубарем покатились по палубе…
Все звуки перекрыл громовой рёв Разора, и яростные вопли мятежников, ринувшихся на палубу пиратского корабля. Рем перегнулся через планшир, высмотрел широкую спину гёза в кожаной кирасе и, прицелившись, выстрелил. В итоге, попал в ягодицу, а прикончил врага уже Латерн, руководивший одной из абордажных команд.
На этом участие Аркана в бою было окончено. На борту красного корабля остались только он, Микке, другие раненые, которые не могли полноценно драться и теперь охраняли пленных пиратов, и парочка моряков Жерара, спускавших паруса. Рем глянул на каравеллу – команда спешно меняла курс, стараясь как можно скорее удрать с места баталии. Ха! На их месте любой поступил бы точно также! Какая к черту благодарность? Вдруг новоявленные спасители прикончат галеру, а потом набросятся на них?
Пиратский капитан живым не дался. Он мужественно сражался двумя кривыми клинками, прислонившись спиной к мачте, и погиб от руки Разора. Зато в плен попал его старпом, и еще кое-кто из командного состава. Вообще, пленных было много – дюжины две, правда, большинство было сильно изранено и покалечено.
А еще освободили гребцов! К сожалению, многие из них пострадали от ломающихся весел, но около трех десятков бойцов под радостный рёв мятежников вступили в команду красного корабля. Теперь, наконец, хватало своих людей для того, чтобы управляться с кораблем, и в пленных пиратах не было нужды. Просто прирезать их и бросить в море, как предлагали многие – это было слишком даже для зачерствелых душ восставших гребцов. Решение предложил Кирпич:
- Посадите их в две шлюпки с галеры, дайте по бочонку воды, дайте полдюжины весел и пускай гребут в закат!
Так и поступили.
Сложным был вопрос с бывшими товарищами по гребным скамьям, которые в свое время не присоединились к мятежу, и с теми, кто потерял рассудок, а также с ранеными гребцами с галеры. Рем понятия не имел, что с ними делать, как и большая часть команды. А Разор, похоже, не испытывал подобных сомнений. Тех, с галеры, у кого была надежда поправиться и за кого поручились товарищи, присоединившиеся к мятежникам, перенесли на красный корабль. Всех “лишних” со своего корабля наоборот перенесли на галеру. Всех здравомыслящих – избавили от цепей.
- Вы можете бросить якорь и дожидаться проходящего корабля, можете пытаться поставить парус и убраться отсюда… Я не знаю, делайте что хотите! – сказал Разор, пнул ногой трап, соединяющий красный корабль с галерой и скомандовал: - Хо-од!
На гребной палубе ударил в барабан Сухарь и ребята налегли на весла.
В последний момент несколько человек на галере заорали, что хотят присоединиться к мятежникам и будут сражаться. Разор хмыкнул удовлетворенно и крикнул:
- Так плывите сюда!
Тех, кто осмелился прыгнуть в волнующиеся соленые воды с борта корабля, и кому удалось доплыть, встретили спущенные к самым волнам тали и крепкие руки, протянутые для помощи. Черт побери, их приняли как родных, и похлопали по плечу, и дали одеяла чтоб согреться, и никогда больше не вспоминали о том, что они не убивали гёзов с самого начала.
Теперь в команде Разора было почти две сотни бойцов, и на совете старшин было решено, что грести будут все, включая кока, боцмана и квартирмейстера, чтоб никому не было обидно. Освобождались от этой обязанности только моряки Жерара, ведь им нужно было управляться с парусами. Из двух сотен людей можно было наскрести гребцов на две смены, так что с этим всё было в порядке. Оставалось только понять - куда теперь держать курс?
Выяснением этого вопроса Рем с Разором и Микке и занялись в клетушке квартирмейстера, после того как Марк и Латерн приволокли туда старшего помощника с галеры - невысокого полного дядечку с покрытым оспинами лицом и большой лысиной. Как только в старпомы выбился?
Абордажники, видимо, уже поработали над ним, потому как заливался этот помощник соловьем. Вот только он был безграмотный от слова совсем, и, естественно, курс мог подсказать на уровне «держать на четыре ладони правее солнца в полдень». Мол, там побережье Западных провинций! Разор плевался и матерился, Микке молча пожал плечами и вышел из каюты. А Рем решил расспросить пленника еще кое о чём:
- Расскажи-ка, кой черт занес купеческую каравеллу в пиратские воды?
- Так ведь флот наш сейчас на Юге! Пять десятков кораблей, сотни бойцов! Торговцы народ ушлый, у них и шпионы на островах есть! Совет капитанов объявил войну проклятым южанам! Попили они нашей кровушки, им теперь сполна воздастся! Ждали только Красного Дэна Беллами, но он опаздывал… - тут собеседник поперхнулся и затравленно посмотрел на мятежников. – А у нас была сломана мачта в последнем бою… Вот мы и остались на ремонт. Вышли в море - испытать новую мачту, а тут какие-то купчишки решили рискнуть, срезать путь. Срезали…
Старпом-гёз уставился себе под ноги. Рем поразмыслил еще немного и уточнил:
- А много кораблей сейчас на архипелаге?
- Ну, за все острова не скажу, но в общем, наверное, только те, которые на ремонте. Не больше дюжины…
- Та-ак, а с какого вы острова?
- С Кон Ките…
- А есть там еще корабли сейчас?
Дальше он не хотел отвечать, а Латерн и Марк его избивали. Вообще-то Рему было его жалко, потому как били абордажники нещадно, и он харкал кровью и выл, и корчился на полу… Так что в итоге экс-старпом ответил, что на берегу этого острова - Кон Ките - остался небольшой галиот контрабандистов, который только вернулся с Западного побережья с каким-то грузом, и эти проходимцы в общем-то плевать хотели на дела гёзов и отдыхали в своё удовольствие.
- Разор, а как насчёт… - начал Рем.
- Даже не думай! – оборвал его боцман.
- Но если…
- Ни в коем случае!
- Мы ведь можем…
- Ну что ж, вот
