хуже, что так выглядит и моя душа.
— Я в это не верю, — Калеб прижал девушку к себе сильней.
— Калеб, — Диана уперлась ладонями в его грудь и мягко отстранилась. Они стояли друг напротив друга, и Диана предостерегающе выставила руку вперед, держа Калеба на расстоянии.
— Ты хотел правды?
— Да!
— Я не должна никому рассказывать, но ты… ты не такой, как все. Ты каким-то образом чувствуешь меня. И ты… ты спас меня, там, когда я угодила в ту чертову сеть.
В голове Калеба вспыхнуло воспоминание о Руфорте и его ловушке. Не зря она показалась ему странной. Внезапно, Калеба осенило.
— Руф… он что, все это время знал о тебе?
Диана изогнула бровь, обдумывая предположение Калеба.
— Он давно на острове. Наверняка, мог что-то слышать — истории, рассказы моряков. Но я уверена, он сам до конца не понимает, что ищет. Хотя… безошибочно знает, когда стоит держаться подальше от океана…
По коже Калеба прошел мороз.
— Когда меняется ветер?
Диана коротко кивнула. Калеб не мог до конца поверить. Старик оказался прав. Он чувствовал, что всякий раз с приходом северных муссонов, со сменой погоды на остров опускается нечто выходящее за грани понимания.
— Это наше время. Тогда, когда мы обретаем силу.
— Мы? Ты не одна? Таких как ты много?
Глаза Дианы вмиг стали испуганными. Она огляделась по сторонам, будто опасаясь, что ее могут подслушать.
— Да. Но… другие не должны знать… Мне… мне надо уходить! Они рядом… Слышишь?!
Диана попятилась назад, не спуская с Калеба пылающих диким страхом глаз.
— Стой. Прошу, Диана, успокойся.
Калеба охватила дрожь. Одна только мысль, что сейчас он может потерять девушку приводила его в состояние паники. Дыхание Дианы стало частым и прерывистым. Сейчас она походила на дикого зверя, понимающего, что его загоняют в ловушку.
— Калеб, тебе тоже нужно идти! Сейчас же! Ты должен увести своих друзей с острова! Пока не поздно!
— Я не никуда не пойду без тебя!
Диана снова тревожно огляделась. Что-то происходило вокруг. Теперь это отчётливо почувствовал и Калеб. Воздух наполнился тревожным гомоном птиц, деревья начали медленно раскачиваться из стороны в сторону, а по глади озера пошла неспокойная рябь.
— Пока еще есть время, Калеб, — взмолилась Диана, оседая на колени. Ветер усиливался с каждой секундой. Он безжалостно трепал волосы Дианы, а она пыталась скрыться от него, закрывая лицо руками. Это было безумие. Но еще большее оно творилось в голове у Калеба. Он не собирался уходить, хоть Диана и просила его.
Однако, когда девушка в следующий раз подняла голову, ее глаза мерцали и светились аквамарином. Калеб отшатнулся от неожиданности. В Диане снова что-то изменилось. Ее голос стал жестким и безжалостным. Может, эта та душа, о которой она говорила, взяла верх над человеческой сущностью? С ней к девушке вернулась и сила. Диана уверенно встала на ноги и двинулась на Калеба. Теперь тот явственно чувствовал угрозу. В голосе этой «другой» Дианы зазвенела манящая сталь.
— Поцелуй меня, Калеб… — позвала она, и в ту же секунду до его слуха донеслись десятки самых различных голосов, тихих, навязчивых словно эхо, проникающих в самые глубины подсознания: «Поцелуй ее», «Поцелуууй», «Поцелуй ее, Калеб».
Калеб закрутился вокруг себя, но рядом никого не было. Диана сладко улыбалась, упиваясь его беспомощностью. Пока тот вел тщетную борьбу с невидимыми призраками, он не заметил, как девушка оказалась прямо перед ним. Все, что Калеб успел увидеть, это ее глаза. В ту же секунду Диана прижалась к нему губами и поцеловала.
Земля покачнулась под ногами, и Калеб едва не упал. Он больше не чувствовал и не воспринимал ничего, кроме холодных жёстких губ Дианы. Ему тут же захотелось большего, хотелось сжать ее в объятиях, овладеть ею прямо сейчас, в ту же секунду. Кровь буквально забурлила по венам. Поцелуй перерос в неистовую страсть, и казалось, что Диана сама хотела этого, заставляя Калеб терять контроль… как вдруг, будто что-то пошло не по плану.
— Нет! — Диана что есть мочи отпихнула Калеба от себя и рухнула на колени. Она обхватила руками голову, цепляясь пальцами в волосы, и в ту же секунду, воздух вокруг сотрясся от злобного воя. Голоса заметались вокруг, хлеща яростным криком по барабанным перепонкам Калеба. От этого он пришел в себя. Туман в голове рассеялся, принося ясность разуму. Наконец, он понял, в чем власть Дианы. Она в совершенстве владела даром соблазнения. Большего ему было не вынести. Он хотел бежать, но внезапно, все вокруг словно по волшебству стихло. Ветер, голоса — будто все это было простым плодом воображения. И Калеб бы непременно счел, что он и правда сошел с ума, если бы не Диана.
Она вскочила на ноги и схватив Калеба за руку, торопливо потянула его к тропе, по которой он пришел к водопаду.
— Что за?…
Диана не дала ему договорить.
— Нам надо торопиться! Себе я уже подписала смертный приговор, но вас я все еще могу спасти!
Калеб едва поспевал за ней. Он понимал, что только что произошло нечто ужасное, и если в его голове этот факт не мог казаться правдой, то это не значило, что последствия не наступят. О них и говорила Диана.
— На остров должна прийти лодка, чтобы забрать Уолбера. Ты поедешь с нами!
Диана резко остановилась и Калеб едва не сбил ее с ног.
— Уолбера не должны забрать! Он не выживет без… — она осеклась и прикусила губу.
Калеб нервно сглотнул.
— Диана? То, что произошло с Уолбером?… Это ты?
Она застонала и отвернулась.
— Я не хотела, Калеб! Я не собиралась! Он сам виноват! Он поцеловал меня, и этим сам обрек себя!
— О чем ты говоришь?
Она обхватила себя руками.
— Поцелуй русалки… — чистый яд. Он проникает в кровь, дурманит разум и заставляет мужчину забыть обо всем на свете, пока тот не получит желаемое…
Калеб побледнел. Вчерашний вечер и то, как Уолберу внезапно стало плохо. Все начало обретать логический смысл, если в жизни Калеба вообще еще осталась хоть какая-то его крупица.
— Уолбер захотел получить тебя? — от этой мысли Калеб стало тошно. Это было совершенно на него непохоже.
Диана содрогнулась.
— Когда вы ушли, я вернулась, чтобы все исправить. Я могла это сделать, но было слишком поздно. Он уже себе не принадлежал. Ему нужно было лишь одно, то, чего я дать не могла. И я остановила его единственно возможным способом.
— Ты ударила его по голове?
— Прости, Калеб! — Диана задохнулась от горечи и стыда, — я пыталась себя
