— Проследить за ним?
— Нет! — вырвалось у легата. — Нив коем случае, черт побери! Пускай себе идет, никаких хвостов — не такие уж они идиоты. Нет, теперь их ход, а мы только сидим и ждем.
— Вот уже двадцать лет мы только и делаем, что сидим и ждем, — недовольно пробурчал человек.
— Правильно, — кивнул легат. — И еще двадцать будем сидеть и ждать, если понадобится. Но почему-то мне кажется, что все произойдет гораздо быстрее. Катализатор запущен, поживем — увидим.
Где-то в Земном секторе экран погас. Секунду-другую поразмышляв, легат набрал на клавиатуре код спецдопуска и затребовал дело Кервина.
Вид у него был очень довольный.
6
Перед Кервином раскинулась просторная удлиненная передняя, залитая огнями и струящая волны тепла. Он заморгал и отер с лица дождевые капли. За дверью продолжала бушевать буря — впрочем, уже идя на убыль. Несколько секунд это был единственный доносившийся до него звук. Потом тишину разорвал звонкий смех.
— Я выиграла, — заявил девичий голос. — Я же вам говорила!
В дальнем конце передней раздвинулась драпировка, и, обрамленная складками, появилась невысокая девушка с зачесанными наверх золотисто-рыжими волосами и личиком лесной феи. Звонкий смех ее эхом разнесся по передней.
— Это он! — отсмеявшись, объявила она.
Из-за спины ее выступили двое мужчин. «Господи, — мелькнула у Кервина отстраненная мысль, — я что, опять грежу наяву? Или это все один кошмарный сон?»
Перед ним снова были трое рыжеволосых из «Небесной гавани». Хорошенькая Таниквель, заносчивый, гибкий, как кошка, Остер, внушительно сложенный учтивый Кеннард.
— Разумеется, это он, — произнес Кеннард. — А ты что, Таниквель, не догадалась?
Остер сердито зыркнул глазами и промолчал.
Кеннард мягко отстранил Таниквель и приблизился к Кервину. Тот никак не мог стряхнуть оцепенения и все раздумывал, не извиниться ли за непрошенное вторжение.
— По крайней мере, ты доказал нам одну важную вещь, — произнес Кеннард, остановившись за шаг-два до Кервина. — Добро пожаловать, добро пожаловать домой.
Остер что-то зло буркнул, скривив рот в саркастической усмешке.
— Ничего не понимаю, — мотнул головой Кервин.
— Скажи-ка мне, — проговорил Кеннард, — как ты нас нашел?
— Не знаю, — пожал плечами Джефф, слишком ошеломленный, чтоб еще что-то выдумывать. — По наитию…
— Нет, — серьезно сказал Кеннард; — Это было испытание. И ты прошел его.
— Испытание? Какое еще испытание? — взметнулся Кервин.
Ни с того ни с сего его захлестнуло волной гнева, на гребне которой вынеслось предчувствие, будто сейчас должно что-то произойти. С самого прибытия на Даркоувер им пытаются манипулировать. И теперь, когда, как ему казалось, он вырвался из круга, чем это кончилось?
— Подозреваю, вы ждете от меня благодарности. Я же требую объяснений — и прямо сейчас. Что еще за испытание?
— Проверка, — отозвался Кеннард, — унаследовал ли ты ларан: или, если так больше нравится, телепатический дар комъинов. Да, отец твой — землянин. Но мать была из комъинов — Клейндори Эйллард.
Повисла внезапная тишина; только эхо невероятного слова «комъин » металось между стен прихожей.
— Да, — повторил Кеннард, — все мы комъины, Помнишь, в тот вечер мы приняли тебя за одного из нас? Мы были не так уж и неправы.
Остер перебил его длинной репликой, из которой Кервин опять не понял ни слова. Удивительно, как ясно он понимал Таниквель и Кеннарда, но стоило открыть рот Остеру…
— Клейндори… умерла, — замявшись, продолжил Кеннард, — а тебя украли, подло и вероломно. Мы разыскивали ребенка Клейндори; но прежде чем нам удалось тебя найти, ты был уже отправлен на Землю. А потом, несколько недель назад, одна из хранительниц засекла тебя на матричном экране.
— На чем?
— Слишком долго объяснять. Как и то, почему Остер ничего не понял тем вечером, в баре; разве что он был пьян.
Остер разразился очередной бессмысленной тирадой, и Кеннард взмахом руки приказал ему замолчать.
— Ради Шарры, Остер! Побереги дыхание; видишь же, он не понимает ни слова, — он снова повернулся к Кервину. — Ты прошел первое испытание; у тебя есть ларан. — Джефф вспомнил, что это означает телепатические способности. — Это первый подобный случай, но… нынче вообще странные времена. Нам нужна твоя помощь. Со своей стороны, мы предлагаем тебе возможность остаться на Даркоувере. Ты этого хотел, насколько я понимаю?
Не в силах стряхнуть оцепенения, Кервин только и мог, что безмолвно глазеть на Кеннарда.
Что ж, он доверился интуиции и дошел до конца. И если угодил из огня да в полымя, благодарить за это некого, кроме себя самого. «Понятия не имею, куда я направлялся, — подумал он, — но, по крайней мере, вот он я — прибыл».
Предательские ветры и неожиданные воздушные потоки швыряли маленький самолетик из стороны в сторону, но тот упорно держал курс на запад в предрассветно розовеющем над бесконечной горной цепью небе; казалось, от первых лучиков Кровавого солнца в атмосфере разгорается пожар. Вот буря осталась позади, но проплывающие на чудовищном расстоянии внизу пики гор сглаживали слои серого тумана.
Примостившись по-турецки на рассчитанном под непривычную для землянина позу низком сиденье. Джефф Кервин наблюдал из угла крошечной пилотской кабины, как Остер невидимыми рычагами управляет самолетиком. Будь его воля, низа что не сел бы Джефф в одну кабину с Остером, но в задней кабине едва хватало места для Таниквель с Кеннардом; да и, в общем-то, мнением Кервина никто не поинтересовался.
Он все еще не мог прийти в себя от скорости, с какой стали развиваться события. Теперь он понимал, что нашел трех комъинов благодаря телепатическим инструкциям, полученным — по крайней мере, частично — через его матрицу; механизма процесса Джефф так и не понял, но его уверили, что пока это и не важно.
С появления Кервина не прошло и нескольких минут, как его увлекли на небольшой частный аэродром и запихнули в этот крошечный самолетик — он успел отстраненно подивиться, что дарковане пользуются воздушным транспортом — мол, впереди очень длинный путь.
Насколько Кервин успел понять, вся суть испытания заключалась именно в том, чтобы установить телепатический контакт; проверить, обладает ли он этим загадочным лараном, а если обладает, то в достаточной ли степени, чтобы быть полезным комъинам. На что он им нужен, Кервин не имел ни малейшего представления; но Джеффа это почему-то не слишком заботило. Казалось, они относятся к нему… не то чтобы совсем уж дружелюбно, но, по крайней мере, считают за своего, примерно как бабушка с дедушкой на Земле. Да, вот именно: такое впечатление, словно они принимают его в семью. Даже когда Кеннард отмахнулся от его вопросов с нетерпеливым: «Потом, потом!» — ничего обидного в этом не было.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
