– Хэд, как слышишь меня? – вызвал я наших новых попутчиков.
– Слышу чисто и громко, – откликнулась рация почти мгновенно.
– Мы не поедем в Пэйсон, попытаемся объехать его по окраинам. Если пойдете следом, сворачивайте в первый поворот направо после указателя черты города, на Ист-Ридж-лейн. Не ошибешься, там небольшая развязка и дорога огибает скальный склон. Как понял?
– Понял, так и сделаем, – послышалось в ответ.
Я отпустил тормоз и вывернул руль вправо. Не надо нам лишнего общения, точно не надо. Остается надеяться, что эту боковую дорогу никто не перекрыл. Но не должны, потому что толку от этого никакого, уже через сто метров, если верить навигатору, есть еще одна такая же, а затем еще… Тут все "параллельно-перпендикулярно", как хочешь, так и езжай. Из-за такой городской планировки в Юме полиция с национальной гвардией ни черта перекрыть не могли, в каждом заборе по сто дыр получалось.
Сразу же за холмом оказался очень приличный район, застроенный симпатичными и не бедными с виду домами, осаженными соснами и туями, вкопанными прямо в красную землю. Трава здесь отсутствовала как класс, и не было газонов, тех самых, которые вынуждали стричь американских детей и тех самых, на которые изводилось невероятное количество пресной воды.
Немного попетляли по улицам на которых обнаружились признаки нормальной жизни – люди у домов, припаркованные автомобили, кошки и собаки. Смотрели на нас с подозрением, видать, уже отвыкли от чужаков, и я подумал, что то ли еще будет, когда вся колонна втянется сюда. Но надеюсь, что ничего худого не случится.
Попутно мысленно похвалил в очередной раз создателей как самой системы GPS, так и навигаторов, благодаря ей работающих – улочки были путанными, и если не знать, как отсюда выбираться, можно и заплутать. А тут сервис – "через сто ярдов сверните направо, а потом еще через сто – опять направо" и так далее.
Дальше дорога стала совсем узкой и не слишком ровной, с двух сторон потянулись холмики, уже густо заросшие деревьями, то есть уже надоевший пустынный пейзаж понемногу отступил. Город остался позади, и навигатор повлек нас обратно к шоссе. Мелькнули по правую руку подстриженные зеленые поля местного гольф-клуба, затем развилка со светофором, и снова гладкий асфальт под колесами. Его еще явно уложили недавно, вся разметка свежая и цвет пока еще сочно-серый.
– Хэд, как у вас?
– Нормально, – ответила рация. – Местные смотрят, но ничего не предпринимают. Девочки из окон стараются улыбаться изо всех сил, вроде бы действует.
Девочкам на самом деле меньше бы мелькать в окнах, мало ли кому успеют стукнуть местные жители насчет того, что целый "цветник" повезли на модных машинах. Ой, нет ума у этой компании, точно нет. Никакого.
Вскоре промелькнул пустынный городок, больше напоминавший смесь стройки, складских дворов и трейлерных парков, а дальше дорога снова понеслась между холмов, но на этот раз таких зеленых, что глаз радовался. Да и воздух вроде как изменился, запахло зеленью, а не пылью. Правда, шоссе сузилось до двух полос, да и пространство для маневра исчезло на случай непредвиденных встреч. Вот так всегда, все не слава богу, не бывает идеала в этом мире.
– Красиво здесь, да? – подала голос Дрика, крутившая головой во все стороны.
– Красиво, верно, – согласился с ней я.
– А стоит этим ребятам ехать на север? Смотри, мы уже сколько едем, и пока никаких зомби не видели. Если и были, то их, наверное, перебили здесь.
– Наверняка, – согласился я, – Но здесь весь штат живет в прямой зависимости от воды, а ее мало, на всех не хватит. Ты знаешь, что почти все производство фруктов в этой стране существует лишь потому, что есть река Колорадо? Из нее откачивают воды столько, что хватает, чтобы залить любое из полей в Аризоне или Калифорнии на две метра. Каждый год. Поэтому мексиканцам воды почти не остается, ее всю разбирают здесь. А кто теперь будет этим всем заниматься?
– Ну… ну "община плотины" из Юмы, где мы жили.
– А насколько им оно надо? – возразил я, – Кто их кормит, будет селиться вдоль реки, им достаточно, а остальным… остальным придется как-то договариваться. Или идти на поклон. Или уходить. И как мне кажется, уходить проще.
– Куда?
– Туда, где люди жили раньше, например, до появления плотин. К Миссисипи, например, или к Миссури. К большим рекам. Людей стало мало. Не знаю насколько, но мне кажется, что очень мало. Больших городов больше нет и даже непонятно, сколько людей успело оттуда убежать. Непонятно, сколько выживет из тех, кто пока вроде бы спасся.
– А что с ними может произойти? – удивилась Дрика.
– Как что? – в свою очередь удивился вопросу я, – Много людей бесполезных, по большому счету, тех, что не умеют ни себя прокормить, ни семью. Уметь предсказывать котировки и выступать в суде – это одно, а хотя бы нарубить дров, не отхватив себе палец на ноге и не надорвав спину навсегда – совсем другое.
– Я не сумею наколоть дров, – усмехнулась Дрика.
– А тебе и не надо, – возразил я, – Наколоть могу и я, а ты уже можешь прикрыть меня с винтовкой. А еще ты можешь обработать рану. Оказать помощь. Не всем же дрова колоть. А кто-то не умеет ничего полезного. Еда получалась в ресторане или привозилась с доставкой из супермаркета. Причем даже получала ее горничная. Машину чинили в сервисе. Стирали и гладили в прачечной. А сам человек изучал все законы касающиеся уплаты налогов в этой стране, и искал в них дыры. Или точно знал, как встать на защиту сексуальных меньшинств и как стрясти денег с кого угодно за неудачно сформулированную фразу. И какая от него польза может быть теперь?
– Ну, не знаю…, – пожала худыми плечами девушка, – Из адвокатов обычно получались политики, верно?
– Ты не находишь в этом некоей иронии? Если человек ни на что другое не пригоден, мы отправляем его править нами?
– Ну… да, странно, – смутилась она, – Но так обычно и бывает.
– Было, – поправил я ее, – Сомневаюсь, что сейчас адвокаты сумеют править выжившими. Даже биржевые маклеры наверняка не сумеют.
– Наверное, – кивнула она, – Но кроме того, что некоторые люди ничего не умеют, что еще ждет нас?
– Мертвецы никуда не делись, – ответил я, – Никто не дает гарантий, что они не покинут города и не пойдут искать добычу в других местах. Банды. Банды будут настоящей проблемой. Власти нет и они становятся властью в разных районах. Затем люди попытаются перераспределить самое ценное из того, что осталось от цивилизации. А затем будет зима, к которой не все готовы. Те, кто переживет ее, в большинстве своем будут жить и дальше. Она будет последним отбором для слабых, глупых и просто неудачливых.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
