— Но масса! Я запрограммирован…
— Ну ладно, ладно! И вообще, лучше займись управлением кораблем. Идем обратно к той пирамиде. Только на этот раз я захвачу с собой два тяжелых бластера. И зонтик против стрел.
Мохса оказалось не сложно найти: когда «Сокол» приземлился, он сидел на песчаной дюне в тени пирамиды и разогревал на костре ящерицу.
Глава 13
Крошечный костер, будто разведенный в чайной чашке, тянулся язычками пламени к небу из выкопанной в песке ямки. Ландо никак не мог согреться, сидя скрестив ноги в полуметре от огня. Сесть ближе он категорически отказался. Отвратительный запах, что шел от насаженной на вертел маленькой уродливой рептилии, было невозможно переносить. Поганая смерть даже для ящерицы, подумал он. И обед из нее такой же.
— Дважды постигали меня сомнения в тебе, о господин! И дважды показал ты, что ошибочно было мое суждение. Убей же твоего несчастного слугу, дабы не позорил он тебя более!
— Слушай, Мохс, с этим приходи, когда я не буду таким усталым, может, я приму твое предложение. А пока лучше скажи, ты еще хочешь попробовать воспользоваться Ключом?
— Без всякого сомнения, господин! Слишком долго мой народ, несчастные тока, страдали под тираническим гнетом…
— Прибереги речь для общественного собрания, Певец. Я всего лишь хочу знать, что открывать этим ключиком. Если кто-то — например, твой народ — выиграет в результате, а кто-то проиграет, я даже торжественную иллюминацию не включу на «Соколе».
Свежеиспеченный звездный капитан тайком наслаждался возможностью говорить, как он воображал, подобно закаленным в полетах космическим волкам. Сейчас, после горячей еды и большого количества потребленного кафа, одетый в чистую целую одежду, он чувствовал подъем сил, несмотря на малоприятную ночь в саду жизни.
— Я ломаного визора не дам и за выигрыш Гепты. Главное, чтобы я выбрался из этой кошмарной системы с полным трюмом и целой шкурой. Не обязательно именно в таком порядке.
Мохс подскочил при упоминании колдуна и теперь откровенно дрожал, умудряясь при этом заламывать руки.
— О господин, твой слуга ведает, что говоришь ты эти циничные слова лишь дабы испытать его веру, стойкость и иные добродетели…
— Которые слишком малы, чтобы о них упоминать.
— …которые слишком малы, чтобы о них упоминать, как говорит господин. И все же, не мог бы ты, о господин, не высказывать подобных злых, нечестивых и торгашеских мыслей в присутствии твоего скромного слуги? Они причиняют смущение.
— О, неужели?
Ландо кинул взгляд через плечо. Он был уверен, что как минимум половина «смущения» старика вызвана внушающей уважение внешностью «Тысячелетнего сокола» в пятидесяти метрах от них, чьи орудия стояли в готовности на случай повторения атаки. Во внутреннем кармане куртки Калриссиан держал маячок, который не дал. бы пушкам стрелять в него. Необходимая предосторожность, потому что Вуффи-Раа не сидел в оружейной башне — ему мешала программа. Некоторое время назад Ландо перестал возмущаться заложенным в дроида пацифизмом и начал планировать обходные пути. В правом наружном кармане капитан держал другое устройство, которое позволяло ему пустить в ход оружие на корабле. Вуффи-Раа было дано задание спустить трап, к которому будет бежать Ландо, случись все-таки что-нибудь неприятное. Спасение жизни не противоречило этике чересчур щепетильного робота. Даже наоборот.
Но стоило вернуться к насущной проблеме.
— Так и быть, богослов, сменим тему. Как ты узнал, что мы выжили, и почему ждал нас здесь, хотя понимал, насколько я недоволен прошлой ночью?
Ландо очень хотелось убраться подальше от огня. Тысяча метров прекрасно бы подошла. Рептилия в процессе готовки, достигнув промежутка между второй стадией горелости и третьей стадией обугленности, пахла как… как… в общем, тающие под струей обжигающего пара минокки, и пахли то аппетитнее. Но костер был один, и согревала даже мысль о нем. Чувства комфорта и безопасности не было с тех пор, как они приземлились на этот дурацкий клочок песка. Не было даже на борту корабля.
— Господин… — снова открыл рот престарелый Певец.
— МАССА, ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ ФОРМЫ ДВИГАЮТСЯ ЗА ТЕМИ ДЮНАМИ.
Мохс подпрыгнул на метр. Голос маленького дроида, усиленный корабельными динамиками, звучал устрашающе.
— Спасибо, старая шестеренка, — спокойно и негромко ответил Калриссиан; у «Сокола» были отличные микрофоны, как и у Вуффи-Раа.
Шаман кое-как вернул себе достойный вид под тихое хихиканье Ландо.
— ПОХОЖЕ, ОНИ НЕСУТ ТЕ ЖЕ САМОСТРЕЛЫ, МАССА.
— Мохс, — ровным тоном сказал Ландо, — даю тридцать секунд, чтобы ты отозвал людей. Если к тому времени они все еще будут здесь, ты поменяешься местами с бедным существом, которое ты жаришь. Я должен бы сдать тебя организации по правам животных или по меньшей мере клубу эпикурейцев.
Певец медленно поднялся на ноги, продребезжал несколько несогласованных строф, затем сел обратно, перевернул жаркое из ящерицы и обратился к Калриссиану:
— Я велел им уйти, господин. Они явились только для твоей защиты. Теперь, если твоему слуге дозволено будет потратить несколько секунд на подкрепление себя и удовлетворение телесных нужд, после мы можем отправиться к месту, которое известно мне… туда, где может быть использован Ключ.
Он взял ящерицу за голову и движением, каким снимают шкурку банана, оторвал ее от палочки. Ландо сглотнул подступивший к горлу ком и попытался утихомирить желудок, который от такого зрелища вознамерился вернуть наружу все содержимое.
— Ты что, и правда будешь есть вот это?!
* * *
Пятнадцать минут спустя они стояли у подножия пирамиды. Стена, хоть и наклоненная в противоположную от них сторону, тем не менее нависала над троицей, словно фантастический бесконечно высокий утес, готовый в любой момент опрокинуться и погрести малявок под собой. Певец тока шарил по визуально гладкой стене в поисках какой-то одному ему известной приметы. Наконец, он остановился и указал ладонью.
— Там, — сообщил он и опустил руки, — на глубине примерно в метр, господин.
— Ну и не смотри на меня. Я Носитель Ключа. А слуга здесь ты. Лопату дать или проведешь церемонию выкапывания голыми руками?
— Я, господин?! — в ужасе воскликнул старик. — Я Певец…
— Минуточку, — вмешался робот. — Я могу сделать работу быстрее, чем вы закончите ваш спор.
Его щупальцы задвигались слишком быстро, чтобы за ними можно было уследить. Дроид стал Напоминать блестящую циркулярную пилу с тлеющим угольком в центре. Песок летел сухим фонтаном, образуя кучки по обе стороны от ямы. И вскоре работа действительно была завершена.
— Во имя Неизвестности! — выругался Ландо, увидев то, что им выкопал Вуффи-Раа.
Пораженный Мохс упал на колени и скулящим голосом завыл песнопение. Того, что они увидели, просто не должно было существовать. Попробуйте нарисовать на песке линию по контуру собственной ладони и выкопать внутри контура ямку глубиной в сантиметр. Это легко. Теперь попробуйте проделать то же самое с венчиком для взбивания яиц. В простейшем представлении человеческая рука двумерна. Предмет, обязательно имеющий три измерения, не может быть переведен в двумерное пространство с сохранением всех деталей его трех измерений. Если только этот предмет не создан самими шару. Стена в этом месте казалась прозрачной — хотя таковой не была, — и артефакт словно бы врос в нее. Что тоже было неправдой. Складывалось впечатление, что это вывернутый наизнанку Ключ, приклеенный к стене пирамиды, только вот «изображение» не выпирало из поверхности и не вдавалось в нее. Вся эта конструкция была столь же нелепа и невозможна, как сам Ключ, и даже больше. И от нее точно так же болели глаза. Ландо отступил на шаг, помотал головой и протер глаза кулаком, чтобы вернуть себе зрение.
— Так, Мохс, предлагаю тебе сказать все, что знаешь — из песен или откуда еще, — что это за штука и что случится, если мы воспользуемся Ключом.
Старик погудел себе под нос, будто настраивал горло под песню, которую запомнил механически, и должен был найти правильную тональность для воспроизведения.
— Это великий Замок, господин. В течение жизни бессчетных поколений ни единый тока — и ни единый из любящих совать носы в чужие дела пришельцев со звезд — не входил даже в самую малую из множества святынь, оставленных Ими.
