— Тина никуда не уедет, она переезжает ко мне.
Его мать выглядела удивленной.
— Ты не считаешь это неправильным?
— Нет, не считаю.
За столом воцарилось молчание. Никто не знал, что сказать.
— У нас скоро будет ребенок. — Мэтт переключил всеобщее внимание на себя и Эмили. — Мы хотели вас обрадовать.
— Что? Вы еще не женаты, а живете вместе. Это уже плохо. Что подумают люди?
Миссис Дуглас переводила взгляд с Тины на Тая, затем с Эмили на Мэтта.
— Что происходит в этом семействе?
Тай бросил вилку на стол, и все вздрогнули. Тина поняла по общей реакции, что Тай редко выходил из себя. Он с шумом отодвинул стул и сказал матери:
— Можно тебя на два слова?
Она положила салфетку на стол и вышла вслед за сыном из комнаты.
Тай провел мать в кабинет отца и закрыл дверь. Он был терпелив, он дал ей шанс узнать Тину, но она зашла слишком далеко.
Это была его вина. Мать ужасно вела себя последние недели, но он предпочитал не обращать на это внимания.
— Что это было? Допрос?
Миссис Дуглас скрестила руки на груди.
— Это была твоя идея, ты решил привести ее к нам. Хотел, чтобы я ее узнала лучше, но она совсем не разговаривает. Как я могла узнать ее, не задавая вопросов?
— Вопросы, которые ее унижали и оскорбляли.
— Это, какие?
— Не притворяйся, что не понимаешь. Все поняли, что ты намеренно хотела ее унизить.
— Если ей нечего скрывать, то почему ее обидели мои вопросы? Может, тебе просто не нравится слышать правду?
— Ты до сих пор думаешь, что ей нужны только мои деньги?
— Удивляюсь, как ты этого не видишь! Она уже заняла место в твоем доме.
— Я сам попросил ее. Она долго отказывалась и именно из-за моих денег.
— Она хочет, чтобы ты так думал. А знаешь, что будет потом? Она объявит, что беременна. Что тогда ты будешь делать?
Он не думал об этом, но знал точно, что будет не против.
— Женюсь на ней.
Его мать казалась потрясенной, и это выглядело бы забавным, если бы не ее следующие слова:
— Ты не сделаешь этого, если хочешь оставаться членом нашей семьи.
Тай похолодел, он был уверен, что неправильно понял ее и, что она имела в виду что-то другое.
— Извини, я не понял.
— Я не приму этого. Одно дело — иметь какие-то отношения с такой девчонкой, и другое дело — жениться на ней. Это совершенно невозможно.
Тай начал терять терпение.
— С какой такой девчонкой?
Она выдохнула.
— Посмотри на нее. Она не такая, как мы.
— Не такая? Что это значит?
Мать сжала губы в одну линию, отказываясь отвечать, но он понял, что она имела в виду.
— О чем мы вообще говорим? — По ее выражению лица он вдруг понял, что впервые в жизни повысил на нее голос. — В чем проблема? В принадлежности к разным слоям общества? В этнической принадлежности? Она отличается от нас тем, что у нее кожа немного темнее моей? Она недостойна моей любви? — Он заставил себя успокоиться и понизить голос. — Если ты не можешь полюбить Тину, что ж, я приму это, но я жду, что ты будешь относиться к ней с уважением и извинишься за свое поведение.
— Я этого не сделаю.
— Отлично. Тебе видней.
Если она не хочет пойти ему навстречу, он тоже этого не сделает. Тай закончил беседу, так как боялся наговорить лишнего.
— Спасибо за ужин!
Тай рывком открыл дверь и направился в столовую. Когда он вошел, все замолчали.
Тина сидела с непроницаемым лицом, но было видно, что она обижена.
— Моя жена не имела в виду ничего плохого, просто у нее был трудный день, — сказал мистер Дуглас.
— Меня это не волнует. Ей нет оправдания. Тина, мы уходим.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Тай отъехал от родительского дома, чувствуя ярость и злость. Он знал, что его мать очень упряма и резка в своих суждениях, но сегодня она превзошла себя.
— Я прошу прощения, — тихо проговорила Тина.
— Прощения? За что, черт возьми?!
— За все, что там случилось. Это был кошмар.
— И в чем же ты видишь свою вину?
Она закрыла глаза и откинула голову.
— В том, что я появилась в твоей жизни.
— Тина, послушай меня. То, что произошло в доме моих родителей, не имеет к тебе никакого отношения. Во всем виновата моя мать. Я не должен был позволять ей так обращаться с тобой. Я тебе обещаю, это больше не повторится.
— Если ты передумаешь, то да.
— Передумаю что?
— Чтобы я переехала к тебе.
— Я не передумал.
— Боюсь, так было бы лучше.
— Тина, я хочу, чтобы ты была в моей жизни. В моем доме. Если ради этого я перестану видеться с матерью, значит, так тому и быть.
— Именно этого я и боялась. Ты не знаешь, что такое не иметь семьи. Ты говоришь, что не будешь видеться с матерью, но потом ты остынешь и поймешь, что это неправильно. Вы близки с ней. Я не хочу соревноваться с ней и не буду.
— Тебя никто не просит этого делать.
— Если наши отношения будут развиваться в ущерб твоим отношениям с семьей, ты когда-нибудь обвинишь в этом меня. Не сейчас, позже.
— Единственный человек, которого я обвиняю, — моя мать. Все, разговор окончен.
Они молчали до самого дома. Тина подождала, пока он откроет ей дверцу.
— Я иду к себе переодеться.
Она, вышла из машины, слегка пошатываясь. Он поймал ее за руку.
— Ты в порядке?
— Да, вино слегка мне вскружило голову.
— Ты выпила всего два бокала.
— Это в два раза больше, чем обычно.
— Я провожу тебя наверх.
Ему меньше всего хотелось, чтобы Тина упала с лестницы. Тай думал, что Тина откажется, но она кивнула и позволила ему довести ее до комнаты. Когда он закрыл за ними дверь, она приподнялась на цыпочки и поцеловала его.
— Давай займемся любовью, Тай! — сказала Тина, пытаясь стянуть с него пиджак.
Тай тоже хотел этого, и ему нравилось то, что она сама проявила инициативу. Он поднял ее на руки и отнес на кровать. Тина быстро стянула с себя свитер и брюки. Тай с замиранием сердца наблюдал, как она освобождается от нижнего белья. Она даже не догадывалась, как сильно он ее хочет. Никогда прежде ему не доводилось испытывать такого влечения к женщине.
Тай снял свитер и джинсы. Тина лежала на кровати обнаженная и ждала его.
— Иди ко мне, — сказала она, протянув руки.
Тай подошел к кровати, и Тина, обняв его за шею, стала покрывать поцелуями его плечи и грудь, затем прошлась языком по его животу, и он уже не мог ни о чем думать. Наконец Тай приподнял ее, перевернул на спину и лег сверху. Тина инстинктивно обняла его ногами за талию, и он вошел в нее, почувствовав, что сходит с ума от наслаждения. После нескольких движений он вспомнил, что не надел презерватив, — они остались в его квартире.
