— Крепость была срыта волшебниками и королевскими войсками, — пояснила она, — все, что осталось от нее, так это несколько полуразрушенных стен и какая-то дыра в земле. Это все где-то там, за холмами!
— А ты не хочешь съездить туда вместе со мной? — поинтересовался Керис.
Девушка заколебалась — но этого колебания Керис и ожидал, весь похожим образом колебались все, когда он только начинал заводить разговор о чем-то, касающемся хоть немного Темного Волшебника. Затем она кивнула:
— Если мы только вернемся обратно к четырем часам!
Керис кивнул — он знал, что у нее сегодня дежурство, к тому же Ле тут была подруга.
Как только они миновали Башню Тишины, дорога стала более старой, по обеим ее сторонам высились черные камни-указатели, которые были столь ненавистны жителям Кимила. Временами Керис пробовал свое умение ориентироваться и запоминать — он пытался отыскать здесь знаки, которые когда-то оставил его дед, но ничего подходящего обнаружить так и не смог. Да, ему и в самом деле еще многому предстоит научиться! Дорога теперь уже не только вилась между холмами, но и взбиралась на них. С тех, которые были выше остальных, можно было видеть весь открывающийся пейзаж. Кругом холмы, холмы… Только там, к востоку, холмов было меньше. Где-то там лежала загадочная страна Сикерст, малонаселенная и неизведанная.
Ветер свистел в ушах и трепал волосы людей и конские гривы, по небу двигались мрачные тучи, которые приняли форму самых диковинных существ. Но тишина просто угнетала Кериса!
— И в самом деле, это место не должно находиться слишком далеко! — сказал он, больше желая ободрить себя самого. Глядя на эти бледные холмы, он не мог поверить, что здесь вообще кто-то когда-то жил. И жил ли вообще?
— Надо проехать еще несколько холмов! — невозмутимо отозвались Ле, — к тому же отсюда мы ничего не увидим, ведь холмы все заслоняют!
Керис вздрогнул — он внезапно осознал, каким ничтожеством человек является в сравнении с этими холмами, с тучами, вообще с природой. Непонятно зачем, воин стал оглядываться. Да, на этой земле наверняка все еще лежат заклятья Темного Волшебника. На дальнем холме он углядел еще один стоящий вертикально камень — очевидно, еще один указатель. Антриг сказал деду, что Цитадель была выстроена на месте пересечения каких-то линий. Те жалкие остатки волшебства, которые еще не ушли из его души, могли уловить ток волшебной энергии по этой старой дороге. Нет, Цитадель эта была выстроена наверняка не Сураклином, а людьми куда более сведущими в том, какая энергия матери-земли и в каком направлении течет.
Вообще-то волшебники называли это линиями мест. Мало кто понимал, какой смысл вкладывался в это понятие, и вообще никто не знал, для чего эти линии существуют. Но они все-таки существовали, эти самые линии — и наверняка по какой-то специальной схеме, подвластной высшему разуму, и по этим линиям текла волшебная энергия. Все волшебство, и вся жизнь вообще — протекала по таким вот линиям — так пояснил ему дед. Дом Волшебников в Кимиле стоял на такой линии. Несомненно, что на такой линии находилось аналогичное сооружение и в городе Ангельской Руки. Там, кстати, было еще одно довольно одиозное сооружение, тоже поставленное над током волшебной энергии — та самая линия из камней, которую называли Чертовой Дорогой. Подобно прикосновению ветра к коже, молодой человек чувствовал душой, как течет своим путем куда-то волшебство. Ток тут явно был очень сильным — даже лошадь его, и та прядала ушами.
Та самая известная Цитадель Сураклина находилась в чашеобразной долине между холмами. Судя по размерам руин, можно было определить, что в свое время это было очень грандиозное сооружение, которое трудно было взять штурмом. Впрочем, у него не было оснований не верить архимагу в том, что без помощи Совета Кудесников имперские войска не смогли бы справиться с крепостью и ее защитниками. И хотя сам Сураклин был уже вот как двадцать пять лет мертв, но все-таки наложенное им заклятье продолжало витать над этим местом. Керис не слишком понимал это, когда вдруг Ли пронзительно закричала:
— Керис, берегись!
И воин словно очнулся от какого-то дурманящего сновидения, он находился совсем недалеко от края громадной ямы, которая, видимо, осталась тут еще с тех времен, поскольку вся заросли сплетшимися между собой кустами ежевики. Повсюду валялись оплетенные же ежевичными кустами камни различной величины.
— Иногда такое на меня тоже находит! — пришпорив коня, девушка подъехала к Керису, а они вместе осторожно приблизились к краю огромной выемки в земле.
— Осторожно, — предупредила его Ле, — не свались вниз, яма старая, край может осыпаться!
Тут она обернулась назад — наверное, так, на всякий случай, но в то же время она схватилась за рукоять меча.
Лошади, пробираясь среди опутанных ежевикой руин Цитадели, тоже то и дело нервно прядали ушами. Керис хорошо понимал их беспокойство — ему тоже не нравились эти развалины, этот зловещий свист ветра. Кое-где по остаткам стен можно было угадать то, что тут было раньше — тут вот башня, это зал, там какие-то мастерские или что-то наподобие. Трава упорно пробивалась среди щелей на бывшем просторном дворе, мощеном камнями. Но во многих местах виднелись те самые громадные ямы — следы ярости Кудесников, которые и помогли снести эту Цитадель с лица земли.
— Наверное, они тоже боялись его! — мягко сказала Ле, — посмотри, как они все здесь неистовствовали — вообще камня на камне не осталось. Впрочем, это понятно! Ты не жил в этих местах в то время, когда тут еще стояла эта Цитадель! Говорили, что его шпионы были повсюду, и нельзя было быть уверенным всякий раз, что содержание твоего разговора не становится известным Темному Волшебнику. Вот мой дядя Веллигер был одним из той группы, которая собиралась обратиться к архимагу, там все люди доверяли друг другу. Там были люди, кого Темный Волшебник или ограбил, или кто-то по его вине погиб в семье. Но Веллигер ослеп еще не доходя до города Ангельской Руки…
Поднявшийся ветер швырнул Керису за шиворот пригоршню каменной пыли, а затем все вновь стало тихо. Тучи вновь стали заслонять солнце. Заглянув в одну из исполинских ям, Керис увидел несколько слоев земли — песок, камни и глину. Все это было оплетено ежевикой и плющом. На дне ямы лежало несколько белых камней, похожих на выбитые зубы. Это гнев его деда, выразившийся в молнии, ударил в землю и сделал эту яму! Благодаря Совету Кудесников было все, равно очень странно представить себе, что такой хрупкий человек, как его дед, мог так гневаться, что от его недовольства в землю били такие молнии.
Меж камнями продолжал свистеть ветер — как далекий голосок заклятий Сураклина. И только по этому свисту Керис понял, что должно случиться нечто необычное.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
