— Пока до этого дойдет, — возразил Жорик, — я успею как следует укрепить позиции, так что Шеллар уже ничего не сможет сделать ни мне, ни Багги.
— Молодежь… — грустно развел руками старший товарищ. — Сами работать не умеют и советов не слушают. Полагаю, господин Хаббард за сутки до своей смерти был так же свято уверен, что максимально укрепил позиции и что Шеллар ему ничего не сделает.
— Убьют тебя, дурила, — добавил Саня. — Вместе с твоим компаньоном. Как только у вашего Шеллара будут развязаны руки, первое, что он сделает, — посчитается с вами. И заодно разберется со всеми проблемами, что вы ему доставляете. Причем изобретать несчастные случаи или еще как церемониться не станет, стрела в затылок — и попробуй доказать, по чьему велению. Могу поспорить, официальная версия будет гласить: «До господина Дорса все-таки добрались кинутые им мистралийцы и заодно случайно пришибли оказавшегося рядом ортанского купца, в чем от всей души раскаиваются и приносят глубочайшие извинения…»
— А попробуй его кто-то обвинить, — добавил дядя Гриша, — сделает большие удивленные глаза и разведет своими граблями: «Какой господин Айзек? Кто это такой? Никогда о нем не слышал…» Прохлопали мы возможность его приструнить, да ничего уж не поделаешь. Не успели наши подготовить для него бабу, а неподготовленную посылать не рискнули. А баба — это единственное, на чем его можно было поймать. Теперь поздно, теперь и на этом не поймаешь.
— Значит, убирать его надо, — сделал вывод Саня.
— Возможно, но не сейчас. Сейчас слишком опасно, попасться можно. Немного позже. Главный правильно сказал — сначала разобраться с дедом Максом, потом убрать из Ортана его верного Мануэля, а уж потом…
— А от меня каждый божий день результаты требуются… — горестно вздохнул Мишель.
— Так тебе вроде бы проще всех, — заметил Саня. — Короля свергать не надо…
— Да уж лучше бы надо было! Поверьте, монсиры, свергнуть этого алкоголика было бы плевым делом, а вот заставить его делать то, что надо… Во-первых, он, проспавшись, начисто не помнит, что обещал вчера, во-вторых, имеет склонность резко менять свое мнение после разговора с придворным магом и, в-третьих, никакими делами практически не занимается.
— Ты напрасно тратишь на него время, — сказал дядя Гриша. — В твоем случае лучше было бы взяться за королеву. Именно она занимается всеми теми делами, которыми пренебрегает ее муж. И еще она озолотить готова добродетеля, который избавил бы ее от постылого супруга. Чего ты, Саня, морщишься? Понятное дело, не красавица, не семнадцать лет, потрепана жизнью, но в целом вполне справная тетка. Ты с Лисаветой дела не имел, вот и морщишься.
— С этой бы я вообще не смог, — признался агент Сидоренко. — Как вы ее до сих пор терпели, дядя Гриша? Охотно верю, что вам было бы приятно ее прибить.
— А вот так и терпел. Такая у нас работа, за это нам деньги платят.
— Насчет королевы вы правы, — вздохнул Мишель, — но она сейчас зациклилась на своей беременности, отошла от светской жизни и на мужчин временно не обращает внимания. Может, потом, когда родит, можно будет… Кроме того, возле нее все время вертится их придворный маг, черти раздери это эльфийское отродье! Как бы мне от него избавиться, а? Ничего не посоветуете?
— Одно могу посоветовать: не пори горячку и ни в коем случае не пытайся подстерегать в темном коридоре и стрелять в спину. Это маг. Высокого уровня. Ты никогда не знаешь, сколько на нем щитов и от чего именно, ты никогда не можешь быть уверен, попал ли ты куда целился, и, даже видя безусловно мертвое тело, ты не будешь иметь гарантии, что оно не встанет и не даст тебе сдачи. Если тебе так уж необходимо, найми специалиста. Есть особая каста наемных убийц, которые специализируются именно на магах. Они безумно дорого стоят и, возможно, с мэтром Аленом побоятся связываться даже они, но на крайний случай можешь попробовать.
— Ага, — проворчал Жорик, — я одного такого нанимал. Джоана из него кисель сделала прежде, чем он успел перелезть через подоконник. Уж лучше заложить противопехотную мину или там взрывчатки пластиковой…
— Опять ты за свое! Главный что, неясно сказал — не светиться с технологиями, действовать исключительно местными методами! Достаточно того, что местные обнаружили кубик. Причем не кто попало, а Шеллар, у которого хватает консультантов, не зря же он переселенцев приваживает. Еще один такой прокол — и нас вычислят! Если уже не вычислили. Тебе мало того, что ты устроил в Лондре?
— Нет, вы слышали? Я устроил! Я, значит, виноват, что Пол ничего не способен сделать толком?
— Пол все сделал правильно, — опять перебил его дядя Гриша. — Он рассказал чистую правду, Мишель там был и подтверждает. Сам план был рискованный, я об этом уже говорил, но никто не послушал. Да, виной всему глупая случайность, но, когда все на соплях делается, вероятность таких случайностей возрастает, и, поверьте моему опыту, они непременно случаются. И правильно сделал Пол, что убежал, если бы он остался и попытался отмазаться, ему бы никто не поверил.
— А с чего местные за этот кубик так схватились? — решился наконец спросить Пьетро. — Ну понятно, рухнула какая-то корова и свалила. Но почему она на него внимание обратила? Мишель ведь говорил, там все в кучу смешалось и его не видно было… Да если даже и видно, мало ли что могло свалиться! Чего она разоралась?
— А съемку кто-нибудь вел? — поинтересовался дядя Гриша. — Мишель, это к тебе вопрос. У тебя этот момент заснят? Ты же один там был, мы все особы недостаточно приближенные.
— Есть у меня этот момент. — Мишель с готовностью пошарил в столе и добыл из футляра мини-диск. — Но почему-то с огрехами получилось, сам не знаю почему. Пятна какие-то посторонние. То ли на объектив что-то село, то ли аппаратуру надо техникам сдавать для проверки…
— Но сам момент падения хорошо виден?
— Виден. Вот смотрите…
— Ага, смотрим… Помедленнее вот здесь, покадрово, и глядите внимательно… О, останови. Это и есть та самая рухнувшая корова, как выразился Пьетро? Не особенно она похожа на корову, очень изящная, миленькая девушка, хотя поморцы бы не оценили…
— Наслышан я об этой миленькой девушке, — подал голос Жорик. — Ганзи мне рассказывал, как ее пытались похитить и что из этого вышло. Особенно меня умилило описание дона Аугусто, вплавленного в стенку и помещенного затем в музей…
— Да, ребята, — согласился дядя Гриша, — это вам не какая-нибудь корова или дура, а особа известная, причем как геройски, так и скандально. Шашни с королем, нежная дружба с королевой, убиение дракона, это мы все слышали, и значения это в данном случае не имеет. Учитесь, мальчики, выделять главное.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
