— Ласки, — выпалила сразу Сапфирка. — Она в последнее время как с цепи сорвалась, задирает всех без разбору. Нарвалась на конфликт с высокородной. Эрвин ей высказал, а она вместо того, чтобы присмиреть, с ним скандалить начала. Ну, он ее и выгнал.
— Понятно. Не ожидала, — сказала я, чтобы что-то сказать. Впрочем, мне действительно казалось, что Ласка пользуется неограниченным доверием Эрвина. — В вестнике есть какие-то подробности или еще что интересное?
— Нет, там только гадание, помирятся они или нет. Народ ставки делает. Где-то пятьдесят на пятьдесят. А я считаю, что он ее не вернет! — довольно выпалила Сапфирка.
— В вестнике не написано, но адепты шепчутся, что Ласка просто недоласканная, — хихикнула, прикрывая рот ладошкой, Солька. — Что если бы Эрвин приласкал ее, она бы была поспокойней. Но, видимо, он совсем к ней охладел. Поэтому я тоже считаю, что он не вернет ее. А ты как считаешь, Нея?
— Не знаю. Думаю, вернет. Он к ней привык, — пожала я плечами.
— Угу. Как к мебели. А я думаю, что он новую возьмет, — с улыбкой сказала Сапфира и переглянулась с девочками.
И все посмотрели на меня. А я посмотрела на Малку. Ведь это ее мечта была. Она отвела взгляд.
— Вечер смелый, а утро мудрое, так говорила баба Шартю в нашей деревне. Давайте спать.
Утром я задержала Малку.
— Малка, хочешь, я поговорю с Эрвином, чтобы взял тебя к себе?
— Нет, — опустила она взгляд. — Спасибо, Нея, но не надо.
— Ты же хотела. Эрвин хороший защитник. Тебя никто не обидит.
Не далее как позавчера бедную девушку загнали в угол социклики, чтобы поиздеваться. Хорошо, рядом оказалась кирия Азалия и заступилась.
— Мы же подразумеваем, что он меня не тронет? — подняла она меня свои вечно напуганные глаза.
— Да, конечно.
— Тогда я в него могу влюбиться, — прошептала она и снова опустила взгляд.
Я ошарашенно молчала. Не знала, что сказать на такое.
— Вы нравитесь друг другу… Не отрицай, Нея, пожалуйста, — умоляюще посмотрела она мне в глаза.
— За него не могу сказать. Про себя, хорошо, не буду отрицать. Но я не собираюсь становиться его рабыней. Я тринадцать лет была служанкой. Я больше не хочу ни от кого зависеть.
— Это неважно. Станешь ли ты его рабыней или возлюбленной. Все равно его сердце будет отдано тебе. Я не хочу вставать между вами…
Она замолчала. Я уточнила:
— Ты уже в него влюбилась?
— Нет, что ты. То, что я о нем знаю, это пока всё мои фантазии, — помотала головой Малка. — Но живя бок о бок с ним, ежедневно общаясь и пытаясь услужить, я боюсь, что сердце не спросит меня.
— Я поняла, Малка. Эрвин — воин из северного племени херардов. Вы сами говорили, что он не может любить. Так что ни мои, ни чьи-либо чувства для него ничего не значат.
К тому же Фокси запретил мне к нему приближаться.
— Тогда я не буду просить за тебя. Решай сама.
— Я все решила, Нея. Спасибо за желание помочь, — ответила Малка.
Глава 24
Сегодня у профессора Минейрина была тема, которая затрагивала мои интересы. Говорили об эмпатах.
— Итак, мы говорили на прошлых занятиях, что один из исчезнувших магических даров — дар эмпатии. Потому что эмпатов уничтожали. А уничтожали их потому что боялись. А почему их боялись, нам расскажет… — профессор прошелся взглядом по списку: — …у кого у нас мало оценок? Адептка Одригия бран Менжен.
Тихая, ничем не примечательная девушка из средней аристократии, испуганно вздрогнула и вытаращилась на профессора. Пауза затянулась, и профессор поторопил:
— Ну? Вы будете отвечать?
— Я не знаю… — пролепетала, наконец, та.
— Тогда, возможно, ваша подруга подскажет? — обратился профессор к сидящей через одну девушку высокородной аристократке.
Ту перекосило от статуса подруги Одригии. Единственная на нашем цикле из высокородных, она, как и большинство из них, была высокомерной зазнайкой (с молоком они это впитывают что ли?), тем более ее брат и защитник в академии учился на пятом, предпоследнем, цикле боевиков. И если уж кого-то считала подругами, то только равных себе. То, что у нее есть свита из припевал менее родовитых аристократок, в которую ходила Одригия, не делало их подругами. Гордетта, так звали высокородную, не тушуясь, ответила:
— Не владею этой информацией, кирон профессор.
— Адепт Сохар бран Бартоломьи?
— Вы говорили, что эмпаты усилили дар и появились поглощающие и отражающие. Но больше информации про эмпатов мне нигде не встречалось, — пробасил Сохар.
По лицам остальным было видно, что у них также нет ответа на этот вопрос. Даже Вирка нервно ерзала и взгляд ее выражал неудовольствие от ситуации. Она-то старалась по возможности знать ответы на все вопросы.
Я уже знала ответ на вопрос, но не мне отсвечивать в теме про эмпатов, поэтому я благоразумно молчала.
— Не встречалось… — проворчал профессор. И недовольно возопил: — Но неужели вам самим неинтересно?! Попытаться узнать новые сведения? Узнать секреты магии? Понять, почему происходят те или иные процессы? Как же вы хотите быть магами, если у вас нет минимальной любознательности?!
Вирка от таких упреков заерзала сильнее. Не выдержала, подала голос:
— Кирон профессор Минейрин! Можно выдвину предположения? Возможно, эмпатов опасались из-за того, что они могут наслать определенные эмоции? Или усилить? Вот, допустим, у кого-то есть причина для мести, но он не хочет преступать закон. А эмпат усилил гнев и злость, и вот уже человек под действием разрушительных эмоций сходит с ума, вершит месть и губит и себя?
— Или на главу боевой четверки наслать ярость, тогда эта четверка разрушит все вокруг? — оживленно поддержала ее звонким голоском Лея.
Я покосилась на девчонок. Кхм, а я могу? Я такого не умела, а Фокси никогда о таком не говорил. Но мои раздумья прервал резкий ответ профессора:
— Нет.
Он оглядел по очереди всех адептов и продолжил:
— В таком случае они действительно были бы опасны. Это разрушительная сила. Но нет. В том-то и дело, что эмпаты — это те, кто улавливают эмоции других. Чувствуют как свои. Эмпаты не способны на разрушения и причинение вреда. Они же сами будут чувствовать боль жертвы.
— Тогда почему?.. — растерянный выдох Леи повис в воздухе.
Если эмпаты не могли принести вред, чего их бояться? Профессор смог заинтересовать всю аудиторию.
— Это одна из самых постыдных страниц в истории магии, как и уничтожение прорицателей. Еще раз. Кто такие эмпаты? Это те, кто чувствуют ваши эмоции. Они улавливают все оттенки вашего настроения — злитесь вы сейчас, чувствуете боль, ревнуете, любите или ненавидите. Это сила?
— Конечно! — закричали все разом. — Когда человек говорит одно, а чувствует совсем другое, можно сразу вывести его на чистую воду.
— Правильно. Даже мысли можно спрятать за другими. Но мало кто может скрывать свои эмоции, не правда ли? Если человек неприятен, то рано или поздно это проскользнет на эмоциональном уровне. Но кроме того, чтобы вычислить неугодных — в конце концов, испытывать неприязнь это не преступление — эмпат, чувствуя эмоциональное состояние человека, может легко манипулировать, как разговором, так и самим собеседником. Тут, как вы уже высказывали предположения, легко довести человека до крайних эмоций, когда он под их воздействием, может неосмотрительно что-то сказать или сделать. Как и тонко провести беседу в том русле, который выгоден той стороне, на чьей находится эмпат. Поэтому им цены не было на дипломатической службе или в посольских миссиях. Где легче понять собеседника не по словам, а по его поведению и эмоциям.
— О, я бы не отказался от такого дара! — воскликнул один из парней.
Его тут же поддела язвительная Лея.
— Чтобы еще больше пудрить мозги девчонкам? Твоя слава великого бабника уже и так бежит впереди тебя, Анхельм.
Все хохотнули, а Анхельм даже не смутился.
— У тебя что-то личное, Лея? Вот был бы эмпатом, сразу бы понял, то ли ты вредничаешь, то ли я тебе просто нравлюсь и ты ревнуешь, — повернулся он к ней и окинул прищуренным взглядом.
