— Извини, но я в это не верю. То, что происходит у тебя внутри, тоже не случайно. И то, что ты решился завершить отношения, было, возможно, вызвано подсознательным желанием уберечь себя от опасности. Давай не будем спешить. Ты ведь скоро надолго уедешь в командировку. Вот вернешься, тогда и поговорим. А пока не звони мне и не пиши. Так будет лучше. Пусть пройдет время.
— Может быть, ты и права. Давай попробуем. Но если я не смогу удержаться и позвоню? Можно?
— Ну, если будет совсем невмоготу, конечно, звони. Я ведь тебя люблю и не хочу, чтобы тебе было плохо.
— Спасибо!
* * *
Через неделю Влад уехал. Десять дней пролетели быстро. 31 декабря, дождавшись, когда в России наступит Новый год, он набрал номер телефона Татьяны:
— Привет, Танюша! Поздравляю тебя с Новым годом! Из массы пожеланий, которые вертятся на языке, скажу самое главное. Пусть в твоей душе живет и никогда не умирает любовь, и пусть никто не сможет посягнуть на твое право получать от этого удовольствие. Прости, что я это себе позволил. Больше этого не повторится.
— А я тебе желаю обрести себя и понять, чего же ты хочешь на самом деле. Тогда у тебя все будет хорошо, и ты будешь счастлив. Живи в согласии с самим собой. А я тебе помогу, чем смогу.
— За эти десять дней я многое понял. Надеюсь, что у нас все впереди. Загляни в почтовый ящик, я тебе там отправил одно стихотворение. Оно о будущем, как я его себе представляю. Прочитай, пожалуйста.
— Спасибо, прочту. Плохо тебя слышу, у нас тут фейерверк. Договорим, когда ты вернешься. Пока.
Закончив разговор, Влад подумал, что не все так плохо в жизни, если есть на свете женщина, которая тебя любит и которую любишь ты.
Накануне он написал стихотворение, несколько раз правил текст и, наконец, удовлетворенный, отправил его Татьяне:
Мы все с тобой преодолеемИ зачерпнем ладонью счастьеЛюбви безудержной и страсти,Рассвет лишь только заалеет.
Преодолеем страх и стыд,Людской молвы многоголосье.Пусть это будет просто осеньИз листьев шуток и обид.
Все решено давно, без нас.Судьбы лишь следуй повеленью.Она скользнет, как будто тенью,Но непременно, в тот же час.
Рассвет придет без промедленья.Жизнь совершит крутой виток.Пусть будет всё на волосок…Но он настанет, день рождения!
Глава 9
День рождения
Татьяна не любила праздновать свой день рождения. Вот и в этот раз она уехала в командировку, а когда вернулась, то все же не смогла отказать своей близкой подруге Надежде Ивановне, которая настойчиво предлагала встретиться по случаю уже прошедшего дня рождения. Татьяна обещала заглянуть к ней в офис вечером и, когда позвонил Влад и тоже предложил встретиться, сказала, что приглашена к Надежде Ивановне принимать поздравления. Влад, недолго думая, позвонил Надежде Ивановне и тоже получил приглашение принять участие в небольшом торжестве. Когда веселье было уже в полном разгаре, зазвонил телефон. Надежда Ивановна внимательно выслушала звонившего.
— Так заходите. — Потом пояснила, обращаясь к Татьяне: — Это Петр Сибиряков. Спрашивал, не здесь ли вы. Странный какой-то. Я сказала, что здесь. Скоро зайдет.
Действительно, через пару минут в дверь постучали, и со свойственной ему стремительностью вошел Петр.
Увидев среди собравшихся сидящего за столом Влада, остановился в нерешительности. Затем, не сказав ни слова, повернулся и вышел.
— Вот. Я же говорю, странный какой-то, — подытожила Надежда Ивановна.
* * *
Ощущение тревоги, возникшее у Татьяны после этого происшествия, постепенно улетучилось, и к концу вечеринки от него не осталось и следа. Они ушли вместе с Владом и направились в сторону ее дома. Им было хорошо, и они целовались, не обращая внимания на немногочисленных случайных прохожих, оказавшихся на улице в этот поздний час. Однако в какой-то момент Татьяна заметила на другой стороне улицы знакомый силуэт мужчины и насторожилась. Когда они повернули за угол, Татьяна, обернувшись, увидела догоняющего их Петра. Вид у него был суровый. Лицо казалось бледным, глаза выкатились. Она схватила Влада за рукав.
— Сейчас он нас побьет, — с дрожью в голосе произнесла Татьяна.
Влад на всякий случай сделал шаг навстречу Петру и произнес:
— Не бойся, не посмеет.
Петр коршуном навис над двумя влюбленными, но сдержался.
— Ты же понимаешь, что тебе не следует больше появляться в моем департаменте? — резко произнес он, глядя Владу в глаза.
— Как скажешь, — ответил Влад, понимая, что продолжать разговор бессмысленно.
Петр бросил на Татьяну уничтожающий взгляд, круто развернулся и направился к своему автомобилю.
Они еще некоторое время шли по вечернему городу, обсуждая происшедшее, затем Влад посадил Татьяну в такси и набрал телефонный номер Петра.
— Алло.
— Петр, давай встретимся и все обсудим.
— Не о чем нам с тобой разговаривать.
В трубке послышались короткие гудки.
Такая резкая реакция озадачила Влада. «Видно, дело серьезное», — подумал он.
Через несколько минут позвонила Татьяна.
— Ты где?
— Иду по улице в сторону дома.
— Будь осторожен. Он явно не в себе. Представляешь, не успела я закрыть за собой калитку, как с другой стороны ограды появился Петр и начал ругать меня разными непотребными словами. Назвал меня предательницей. Сказал, что я разрушила всю его жизнь, что он от меня такого не ожидал и никогда мне этого не простит. Попробовала с ним поговорить, но он ничего не хотел слышать. Сказал, что угробит тебя. Я за тебя боюсь.
— Да, видно, что он не в себе. Но не бойся, я подумаю, как с этим справиться. Спокойной ночи! Люблю и целую!
Влад вышел на набережную и остановился, в задумчивости глядя на темную гладь реки. Он стал размышлять над тем, может ли Петр в запале предпринять какие-либо действия, способные причинить ему вред. Верить в это не хотелось. Оба работали в Центре больше двадцати лет и поддерживали дружеские отношения, помогали друг другу в разных делах, хотя, пожалуй, настоящей близости и доверительности, как бывает у друзей, между ними не было. Тем не менее Влад, как ему казалось, достаточно хорошо знал Петра, его порядочность, доброту и настоящий мужской характер. Правда, что сейчас творилось у него в душе, не знал, пожалуй, никто.
На следующий день Влад позвонил своему приятелю, работавшему в департаменте стратегического развития.
— Привет, Виталик! Как служба?
