КОНСТИТУЦИОННЫЕ НОРМЫ должны обеспечивать гармоническое сочетание демократии с крепкой экономикой
Прежняя точка зрения, рожденная в муках многовековой истории господства одних людей над другими, состояла в том, что неограниченная власть людей с ограниченными умственными способностями и излишним самомнением неминуемо приводит к деспотизму, застою и коррупции, а условием прогресса является ограничение власти до границ компетенции и добродетелей правителей… Согласно господствующим ныне взглядам способность властей управлять страной не знает границ, а потому нет нужды устанавливать рамки их деятельности…
Народам, возможно, придется пройти через суровые испытания, прежде чем они снова поверят в забытые истины. Но рано или поздно они поверят в них, как верили прежде; важно отказаться от идей, вводивших в заблуждение.
Уолтер Липман,"Хорошее общество", 1956[16]
Уверенность в том, что демократический процесс сам по себе создает среду, благоприятную для экономического прогресса, является глубочайшим интеллектуальным заблуждением наших дней. И теория, и практический опыт убеждают нас, что это не так.
Если государство хочет содействовать экономическому процветанию, то правила политической игры должны быть установлены так, чтобы приводить корыстные интересы избирателей, политиков и бюрократов в соответствие с потребностями развития экономики. Для этого сфера деятельности государства должна быть ограничена, а его отношение к различным группам населения должно стать беспристрастным.
Когда деятельность государства неограниченна, и политический процесс позволяет легально хапать деньги, процветает борьба хищников. Люди тратят больше времени на ожесточенные политические баталии, сражаясь за куски экономического «пирога», чем на производство самого этого пирога. В результате производство падает, а враждебность, недоверие и даже ненависть между различными группами растут одновременно с усилением экономического застоя. Жизнь в условиях сильно политизированной экономики не особенно приятна.
На протяжении веков развитие наших свобод осуществлялось путем ограничения власти монарха и государства. Великая хартия вольностей 1215 г., впервые законодательно установив пределы их власти, по существу стала декларацией экономических прав народа. Впоследствии власть короля Карла II в еще большей степени была ограничена в пользу народа, представленного парламентом. Основная борьба шла вокруг права государства отчуждать доходы и имущество граждан посредством налогов. Сегодня, однако, парламент, который первоначально был создан, чтобы противодействовать неограниченной власти короля облагать народ налогами, сам захватил эту власть и неограниченно пользуется ею.
Народ стремился ограничить власть государства, дать простор частной деятельности и исключить вмешательство государства в частные дела граждан. Однако с течением времени границы между частной и государственной деятельностью стали стираться, и теперь государство оказалось вовлеченным почти во все. Вторичные эффекты этой политизированной системы очевидны: высокие налоги, чрезмерные масштабы регулирования, расходы, направленные на поощрение групповых интересов, и дефицит бюджета, угрожающий финансовой системе.
Единственная альтернатива — введение конституционных норм, которые, устранив эти недостатки демократии, содействовали бы экономическому прогрессу.
Приложения
В предыдущих частях излагались и обосновывались азы экономики. Последующие приложения, написанные канадскими и российскими авторами, представляют собой попытки применения изложенных в книге принципов и подходов к организации взаимодействия общества и государства применительно к Канаде и современной России.
Ричард Строуп, Джеймс Гвартни
СЕМЬ ПРИНЦИПОВ ЭКОНОМИЧЕСКОГО ПРОЦВЕТАНИЯ
БИЛЛЬ ОБ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ПРАВАХ ЧЕЛОВЕКА
который содействовал бы экономическому прогрессу Канады
(Economic Bill of Rights)
1. Ни одно правительство не может отбирать частную собственность, частично или полностью, основываясь на своем праве отчуждения или регулирования, равно как и на любом другом, за исключением тех случаев, когда это делается для общественных нужд через установленную законом процедуру и после компенсации владельцу полной рыночной стоимости отчуждаемой собственности.
В последние годы власти провинций и особенно округов принимали постановления, позволявшие им отбирать частную собственность без компенсации. Суды, как правило, разрешали им это тогда, когда законодательный орган считал, что данное действие совершается в общественных интересах или что отчуждение не препятствует владельцу пользоваться своим имуществом. Это открывает лазейки для злоупотреблений, и их следует прикрыть.
2. Право людей открыто торговать легальными товарами и оказывать услуги на взаимовыгодных условиях не может подвергаться ограничению федеральными и местными властями. [Пункты 1. и 2. Биля о экономических правах человека заимствованы из: Milton and Rose Friedman, Free to Choose, New York: Harcourt Brace Jovanovich, 1980. См. в частности гл. 10.]
Свобода обмена является краеугольным камнем экономического прогресса. Контроль за ценами, ограничения на занятие определенными видами деятельности, законы, не разрешающие торговлю между людьми различных расовых, этнических или религиозных групп, и другие предписания, ограничивающие торговлю, должны быть запрещены.
Важно провести различие между лицензированием и сертификацией. Лицензионные требования запрещают какую-либо профессиональную деятельность без разрешения государства. Они являются явным ограничением торговли. В противоположность этому, сертификация просто требует от человека предоставления клиенту определенной информации (например, о сданных квалификационных экзаменах или достигнутом образовательном уровне). До тех пор, пока сертификация носит лишь информативный характер, она имеет право на существование.
3. Федеральные власти не имеют право облагать налогом либо ограничивать квотами импорт или экспорт.
Речь идет о международном аспекте права на свободную торговлю, о котором говорилось в пункте 2
4. Для утверждения статей федерального бюджета, касающихся государственных расходов, необходимо одобрение трех четвертей членов обеих палат парламента.
Для утверждения расходов администрации провинции необходимо одобрение, по крайней мере, двух третей членов ее законодательного собрания.
Напомним, что если тот или иной проект государственных расходов действительно является эффективным, всегда найдется такой метод его финансирования, который приведет к всеобщему выигрышу (см. с. 77–79). Таким образом, требование квалифицированного большинства не препятствует принятию проектов, которые действительно улучшают благосостояние, но затрудняет при этом использование политическими группировками рычагов власти в качестве инструмента для распределения средств. Кроме того, это требование помогает сдерживать расходы местных властей, притом, что межрегиональная конкуренция дает им действенный стимул для служения общим интересам своих граждан.
5. Чтобы произвести заимствование средств для финансирования дефицита государственного своего бюджета, федеральное правительство должно получить одобрение трех четвертей членов обеих палат парламента.
Это снизит стремление парламента тратить сверх того, чем он располагает.
6. Федеральные власти не вправе контролировать ни расходы администраций провинций, ни частных фирм без одобрения трех четвертей членов обеих палат парламента.
Без этого положения парламент, пользуясь своей властью, будет распоряжаться средствами провинций и частных фирм для того, чтобы обойти приведенные в предыдущих пунктах ограничения на федеральные бюджетные расходы и займы.
