Читаем без скачивания Бюро волшебных случайностей - Татьяна Рябинина

- Не знаю, Лизуня, стоит ли рассказывать, - засомневался он. – Как известно, меньше знаешь – лучше спишь.

- Так серьезно?

- Дамочка такими делами ворочает – закачаешься. Если тебя просто любопытство гложет, лучше не стоит.

- Ну, не стоит так не стоит, - покладисто согласилась я. – Пойду, пожалуй.

- Увидимся, - кивнул Макс.

«Думаешь, никто не видел, как ты оттуда выходила?»

Интересно, что под этим подразумевалось?

Ты, Лизочка, губу-то не раскатывай! Мало ли что!

А почему, собственно, нет? Выйдя из туалета, дамы разговаривали достаточно громко, так что я вполне разобралась, какой голос кому принадлежал. Фразу эту сказала Наталья. А выходила откуда-то Вера. Все это смахивало на небольшой шантажик. Конечно, по такому короткому обрывку сложно судить, но… Однако, как говорил чукча, тенденция. Шантаж на шантаже сидит и шантажом погоняет.

Ладно, я лопухнулась, но почему Пашка обошел вниманием Веру Чинареву? Случайно? Или?..

Я снова вспомнила нездоровый блеск в его глазах и младенчески глуповатую улыбку. Нет, не буду больше ни о чем его просить. Сама как-нибудь управлюсь.

Будем рассуждать логически. Во всяком случае, попытаемся. Могла ли теоретически эта фраза иметь отношение к Брянцеву?

Короче, могла ли Вера Чинарева быть той самой женщиной, которая открыла мне дверь Вовкиной квартиры? А если да, то можно ли предположить, что его убила именно она?

А зачем ей это? Если верить собранным данным, конфликтов на работе у Вовки не было. В том числе и с начальством. Явных конфликтов. Просто Вера не считала его достойным стать начальником отдела, только и всего. Имелись ли у них какие-нибудь другие отношения, кроме служебных? Или Брянцев решил жениться на ней просто так, с бухты-барахты? Мне он ничего об этом не говорил. Как бы это выяснить? Но сначала надо было узнать, есть ли у Чинаревой алиби на вечер 16 июня. А то и возиться не стоит.

Для начала я позвонила в фирму «Верэкс» и поинтересовалась у писклявой секретарши, в какое время можно застать Веру Леонидовну. А по какому вопросу, с подозрением спросили на том конце провода. Да она налогов переплатила, надо подписать кое-что, тогда в следующий раз меньше платить придется.

- Разве такое бывает? – из трубки так и сочился густой коктейль зависти и ненависти. – Чтобы человек лишнее заплатил и чтобы это ему потом возвращали?

- Бывает, бывает, - заверила я. – И не такое еще бывает. Того и вам желаю.

- Спасибо! – хмыкнула девица. – У меня бухгалтерия налоги высчитывает. А Вера Леонидовна сегодня будет часов до двух, потом уедет и больше не вернется.

- Совсем?

- Сегодня, - «к сожалению» вполне угадывалось.

В половине второго я села в машину и поехала к Финляндскому вокзалу, недалеко от которого расположился «Верэкс». Фирма находилась в непрезентабельном сером здании, которому не помешал бы хороший косметический, а то и капитальный ремонт. Вот странно, ворочают такими деньжищами, а офис в натуральном сарае. Маскировка? От кого только? Все и так знают, где собака порылась.

Ровно в четырнадцать ноль-ноль тяжелая парадная дверь открылась, и на крыльцо вышла Вера. Там она постояла немного, глядя в хмурое небо, - наверно, прикидывала, не пойдет ли дождь. Сегодня на ней были черные шелковые брюки и синяя двойка – топ и длинная блуза, украшенные стразами. Светлые волосы подстрижены классическим каре с символической челкой, неброский макияж. В общем и целом, выглядела Вера для сорока лет неплохо. Если б я не знала о ее возрасте, то подумала бы, что она максимум моя ровесница. Наконец Вера подошла к серебристо-голубой «ауди». Молоденький водитель предупредительно открыл перед ней дверцу заднего сиденья. Резко взяв с места, машина скрылась из виду. Я выждала еще минут пять и направилась в офис.

- Чем могу помочь? – дорогу мне преградил охранник в черных брюках и белой рубашке с коротким рукавом, из кармана которой выглядывала рация.

- Я из курьерской службы «Меркурий». Вашему директору не доставили письмо, нужно выяснить причину.

- Документики, - пошевелил пальцами страж ворот.

Поколебавшись секунду, я достала из сумки паспорт.

- А служебное удостоверение?

- Мы сейчас их меняем, могу только временную справку показать.

Справку эту, удостоверяющую мою принадлежность к данной конторе, реально существующей, я изготовила утром на компьютере, довольно топорно, но охранника она вполне удовлетворила.

- Проходите в приемную, - кивнул он. – Только директора все равно нет.

- А мне директор и не нужен, хватит секретаря.

Пройдя по длинному коридору, застланному зеленой ковровой дорожкой, я очутилась перед солидной, блестящей лаком дверью. «Чинарева В.Л., генеральный директор», - гласила надпись на табличке.

- Слушаю вас, - старательно пытаясь подавить профессиональную ненависть к посетителю, улыбнулась тощенькая востроносая секретарша. Странно, но примерно такой я ее себе и представляла – похожей на гибрид мелкой сорной рыбешки и такой же мелкой птички. Только с мастью ошиблась – не крашеная блондинка в мелких кудельках, а крашеная, коротко стриженная шатенка.

Я повторила весь тот бред, который поведала охраннику, помахала справкой.

- Видите ли, вашей начальнице 16 июня был адресован пакет. Пакет этот курьер не доставил, вернул обратно с письменным объяснением, что адресата на месте не было. Обычно каждый такой случай мы сразу проверяем, но так уж вышло, что пакет с объяснением затерялся среди бумаг и нашелся только сегодня, когда отправитель предъявил претензии. Я понимаю, прошло уже много времени, но речь идет о том, останется ли человек работать, или нам придется его уволить.

С «Меркурием» мне приходилось пару раз сталкиваться, поэтому я знаю, что порядки там действительно очень строгие. Деньги за доставку конфиденциальной почты берут бешеные, но зато можно не сомневаться, письмо немедленно доставят или вернут с объяснениями, почему оно не было доставлено.

- 16 июня, говорите? – с сомнением переспросила девица, листая перекидной календарь. – Даже и не знаю, что сказать. Утром Вера Леонидовна точно была на месте, потому что у нее была встреча с юристами, а вот после обеда…

Она сняла трубку и набрала номер.

- Ваня? Это Ира. Скажи, 16 июня твоя смена была? Глянь-ка в свой склерозник, Леонидовна после обеда моталась куда-нибудь? Да? Спасибо.

Секретарша снова повернулась ко мне:

- У нас водители свое рабочее время учитывают, чтобы сверхурочные получать. Так вот 16-го Вера Леонидовна после обеда домой уехала. Так что если ваш курьер приходил после обеда, то он не врет. Правда, я лично никакого курьера не помню. Может такое быть, сунулся кто-то, спросил и тут же убежал, ничего не объясняя.

Та-ак, уже неплохо. Теперь прямиком на Большую Зеленину. Насколько мне известно, в Верином доме имеется то ли консьерж, то ли охранник. Впрочем, охранники обычно обитают при въезде во двор, а мне нужен именно консьерж. Желательно бабушка-пенсионерка.

И на этот раз мне повезло. Охранник сидел в будке перед шлагбаумом, а в подъезде действительно обитала бабушка с пронзительным взглядом и крючковатым носом – форменная баба-яга.

- К кому? – строго вопросила она.

- К вам, - улыбнулась я и, не дав опомниться, сунула ей под нос фотографию Веры. – Знаете эту женщину?

- А ты кто такая? – баба-яга взвилась змеем-горынычем.

- Я из частного детективного агентства.

- Ну и катись обратно в свое агентство. Мы о жильцах справки не даем.

Когда мы изучали древнегреческий язык, приходилось много биться над долготою звуков, потому что от этого порою зависел смысл фразы. Зато теперь я просто великолепно разбираюсь в оттенках интонаций. В последней бабкиной фразе выжидательное повышение было настолько красноречивым, что я едва удержалась от смеха.

- Да, понимаю,  - елейно кивнула я. – Но мне справки и не нужны… Надо же, - тут я притворно ахнула и нагнулась. – Кто-то денежку потерял. Не вы случайно?

Баба-яга прекрасно знала, что денег не теряла. Да и вообще никто не терял. Поэтому напружинилась, как для прыжка.

- Давайте сюда. Пусть полежит. Вдруг кто схватится, да придет искать. Так что там у вас за вопрос? – совсем другим тоном поинтересовалась она, разглядев достоинство купюры.

- Совсем маленький вопросик. Причем, от этого зависит жизнь человека, - я понизила голос до зловещего шепота. – Скажите, вы каждый день работаете или посменно?

- Посменно.

- А 16 июня ваша смена была?

- Моя.

- Точно?

- Абсолютно. 15-го у внучки моей день рождения, я у нее была, торт пекла.

- Мне нужно знать, была ли эта дама 16-го после обеда дома или уходила куда-нибудь.

- Дома была, - с абсолютной уверенностью отрезала бабка. – И не сомневайтесь. Я как раз торт ела, взяла кусок именинного чаю попить. А эта идет. Где-то после обеда как раз. Чего это вы торт лопаете, говорит, праздник что ли. У внучки день рождения, говорю. Она хмыкнула, хрюкнула и пошла. И не выходила больше никуда.