расстояние между нами до предельного минимума, а затем медленного упер свои ладони по обе стороны от моей головы, заставляя затаить дыхание.
— Разве я отпускал тебя?
— Я просто…
— …забыла, что здесь только я принимаю решения, ― закончил он, ― а я не позволял тебе уходить.
Почувствовала, как задрожала и начала инстинктивно стискивать пальцами стенку, к которой была прижата. Не сводила с Дарена взгляда, и он тоже ― не сводил. Возвышался надо мной, как огромная отвесная скала над плоской равниной ― заставляя всецело ощутить свое величие и власть. От него исходил едва уловимый аромат кофе, но его нотки перебивал притягательный и дурманящий запах, который невозможно было не почувствовать ― «мужской» запах. Запах, от которого сердце начинало биться в сто крат чаще, а пульс самовольно замедлялся.
Стиснула пальцы сильнее, замечая, как напряглись скулы человека, напоминавшего мне грозного Зевса, владеющего не только небесным сводом, но и всем миром. Его глаза неожиданно загорелись, словно на какое―то мгновение в них засверкала мощнейшая молния, а затем буря в них стихла так же быстро, как и появилась, и он резко убрал руки.
— Ты едешь со мной.
— Что?
— Господи, она еще и глухая, ― еле слышно прорычал он, забирая со стола свой мобильный. ― Я сказал, что ты едешь со мной, ― затем он подошел к телефону и нажал кнопку связи, ― Элис, скажи Владимиру, пусть подготовит машину. Мне нужно уехать.
Я молча наблюдала за действиями Бога, боясь неосторожно шевельнуться.
Когда он направился к двери, что―то набирая на своем смартфоне, я лишь сильнее прижалась к стене, почти что уверенная в том, что сейчас он пройдет мимо. Выйдет за эту дверь и тем самым даст мне понять, что все его слова были просто игрой моего воображения и ничем иным. Что я услышала лишь то, что хотела услышать. Наверное. И что на самом деле с моим слухом все в порядке.
Но вместо этого он остановился у самого порога и повернулся.
— Тебе, что, нужно особое приглашение?
— Да… то есть, нет, ― исправилась я.
— Тогда поехали, ― подытожил он.
По его виду я поняла, что он едва сдерживался.
— Куда?
Дарен раздраженно стиснул зубы.
— Ко мне домой.
Мои глаза испуганно расширились.
— Что? Зачем?
— Потому что я так хочу, ― властно ответил Дарен, заставляя меня замереть.
Я сильнее вжалась в стенку, дрожащими пальцами практически соскабливая с неё краску. По всей видимости, он заметил страх в моём взгляде, потому что выражение на его лице несколько смягчилось.
— Ты собираешься осмотреть зал для приема или тебе, волшебнице, это ни к чему?
— Зал…
— Да, зал, ― рассердился он. ― Тот, на оформление которого у тебя остались сутки.
Я внезапно сложила руки на груди.
— Вы никогда не пробовали разговаривать с людьми иначе?
Заметила, как он застыл, а затем его брови слегка сдвинулись.
— Собираешься учить меня хорошим манерам?
— То, что вы здесь главный, не дает вам права вести себя со всеми так надменно.
— Не тебе говорить мне о моих правах, ― плотно сжав зубы, ответил Дарен. ― Ты здесь просто для того, чтобы выполнять свою работу. А если будешь открывать свой рот не по делу, то лишишься и этой привилегии. Подвести Гарри было бы для тебя большой досадой, я прав?
При упоминании о нем, сердце мгновенно сжалось.
Я на самом деле боялась не оправдать его надежд.
Боялась, что он разочаруется во мне и станет смотреть на меня совершенно другими глазами. Но самое главное ― я боялась, что Гарри перестанет мне доверять.
Вряд ли я смогла бы это пережить.
— Я только возьму сумку, ― сказала, не желая смотреть этому человеку в глаза.
Пусть он считает, что имеет козырь в рукаве.
Пусть думает, что упоминание о Гарри, помогает ему усмирять мой нрав.
Пусть полагает, что я сдалась.
Ведь он даже не представляет, как сильно ошибается.
― Пятая авеню, ― сказал Дарен, когда мы сели в машину.
— Пятая авеню, ну конечно, ― пробурчала себе под нос, ― где же ещё этот павлин может жить. И как это он вообще решился доехать до своего дворца на офисной машине.
— Карета была занята, ― услышала голос, заставивший моментально замереть.
Его глаза сверлили, но я решила держаться до конца и ни за что не давать этому человеку понять, что он хоть немного меня напугал.
— Подслушивать нехорошо.
Заметила, как он шокировано повёл бровями.
Э―эм…
— Подслушивать? Мы сидим в этой машине вдвоем, ― сказал он, затем мельком взглянул на водителя и добавил, ― втроем. И если ты произносишь что―то вслух, то это непременно будет слышно всем.
— Могли бы заткнуть уши, ― проворчала.
— Могла бы держать свои мысли при себе.
Хотела ответить индюку так же язвительно, но промолчала, гордо отвернувшись к окну. Стараясь отвлечься, смотрела на проезжающие машины и мелькающие дома. На смеющихся и сосредоточенных на чём―то людей. На кипящую вокруг жизнь.
И это успокаивало.
По крайней мере, отвлекало от этого вечно злого, спесивого, напыщенного и…
— Мисс Дэвис, ― мужской голос заставил повернуться. ― Позвольте вашу руку.
Владимир ― их водитель, стоял немного склонившись и вытянув свою ладонь вперед. Еще до того, как я села в эту машину, мне представился шанс узнать этого человека поближе. Пока Дарен что―то обсуждал с Полом, ― тем милым и приветливым брюнетом, который очень мне импонировал, ― между нами тоже завязался диалог.
И пусть говорили мы всего несколько минут, этого оказалось вполне достаточно, чтобы я могла составить о Владимире своё мнение ― и мне оно понравилось.
Когда он улыбнулся, я подала ему руку и вылезла из машины.
— Спасибо.
— Помогать красивым девушкам ― мой долг, ― его глаза блеснули, и я не смогла сдержать улыбки.
— Владимир, ― грозный голос заставил нас повернуться, ― ты можешь ехать. Сегодня ты мне больше не понадобишься.
— Да, сэр, ― послушно кивнул он, а затем ненадолго задержал на мне свой взгляд. ― Надеюсь, мы скоро встретимся. Ведь я еще не поделился своим мнением насчет несчастной любви Наташи и Андрея.
— Буду рада его услышать.
— А я ― им поделиться, ― с улыбкой ответил он, а затем наклонился и коснулся своими губами моей руки.
Я слегка вздрогнула от неожиданности, но руки не убрала.
Краем глаза заметила разъяренные глаза Дьявола и его напрягшиеся скулы, словно всё это по какой―то причине выводило его из себя. С чего бы это?
— Ты отвлекаешь его от работы, ― резко бросил он, когда Владимир
