Пол собирался понаблюдать за движениями руки, но взгляд застрял по дороге, и он вдруг обнаружил, что вниматнльно изучает ее лицо. У Арчин оказалась забавная детская привычка сосредоточенно просовывать сквозь зубы кончик языка.
Она развернула к нему бумагу, и он не сразу понял, что там написано ЖЕНСКАR ПАVАТА.
"Неплохо для человека, который предположительно не знает алфавита. Указывает на хорошую зрительную память. Только это не то, что я хотел."
Он взял блокнот, перегнул страницу и попытался изобразить те остроконечные значки, которые она рисовала в первый вечер. Поначалу она растерялась, но через несколько секунд звонко рассмеялась и схватилась за ручку.
На этот раз она действовала быстрее. В результате на листе появилась квадратная таблица из двадцати пяти символов. Подвинув стул так, чтобы сидеть с той же стороны стола, что и Пол, она принялась указывать ручкой на каждый значок.
- Бех, - назвала она первый, - вех, пех, фех, уех. - Ручка дошла до конца ряда.
"Уверенно держишься, юная леди. Не похоже, что ты учишь меня алфавиту, который от нечего делать сочинила сама. Хорошо бы еще знать, какие звуки соответствуют каким буквам."
Со вздохом, потому что это отнимало время, которого и так было мало, он начал записывать транскрипцию каждого звука. Затем в замешательстве остановился. Два или три звука переводу не поддавались - в английском языке не было ничего похожего. Один из них отдаленно напоминал резкое придыхание, похожее на шведское "tj" , которое он не мог даже повторить. Еще:
"Более чем странно. Нет гласных. Тем не менее в такой структуре больше логики, чем в обычном алфавите. Сгруппированы по сериям: звонкие, глухие, взрывные согласные, и соответствие по вертикали: Если ты все это выдумала сама, ты определенно не глупа."
Он вырвал лист из блокнота и хотел убрать, чтобы отправить потом в университет, но Арчин с обиженным видом его остановила.
"Черт возьми, ты думаешь, мы собрались учить языки? Как же тебе объяснить, что у меня просто нет времени?"
Он показал на кипу бумаг, сложенных на столе и изобразил пантомиму, как складывает их, перелистывает, раскладывает, и наконец выбрасывает в корзину. Она наблюдала за ним, и выражение ее лица сменилось трижды: замешательство, понимание и, наконец, радость от этого понимания. Она остановила его, схватив за руку, и на мгновение ее холодные тонкие пальцы переплелись с его.
С чувством, похожим на погружение в воду, Пол вдруг осознал, в какое трудное положение он попал.
"О, боги: Ты симпатизируешь мне и ты доверяешь мне. И значит, я обязан помочь тебе больше, чем кто угодно другой."
И он безропотно смирился и потратил довольно много своего невосполнимого времени на то, что при желании можно было бы счесть прихотью ее больной фантазии. В обмен на ее таблицу символов он написал на листе английский алфавит, добавил, где можно, соответствующие буквы из ее набора, затем произнес звуки.
В ответ она продемонстрировала ему, что ее система является на самом деле силлаботонической, а не алфавитной, и что к таблице букв прилагается еще набор, состоящих из точек и тире, огласовок, как в иврите. В довершение она написала внизу страницы два коротких слова - свое имя и его.
"Довольно!"
К неудовольствию Арчин Пол отодвинул блокнот и включил магнитофон. Взяв в руку микрофон, он сказал.
- Сейчас я попробую записать образец речи пациентки Чентской больницы, которую мы назвали Арчин. Возможны один или два фальшстарта, так как она не знает английского.
Он проиграл то, что записал. Звук его голоса, доносящийся из динамика, совсем ее не удивил. Это добавляло еще один пункт в список ее странностей: едва ли в современном мире у нее было больше шансов не увидеть ни разу машину, чем магнитофон.
Пол протянул ей микрофон.
- Стэна, - сказала она, показывая на стенку, - полл, акно, двер, паталок:
Он со вздохом нажал на клавишу. Кроме прекрасной зрительной памяти эта девушка обладала не худшей слуховой, но пока ее изучение английского не принесло еще ощутимых плодов, это было слабым утешением. Перематывая ленту, он раздумывал, как ей объяснить, что ему нужно.
Но ничего объяснять не пришлось. Она все мгновенно сообразила и быстро проговорила что-то на своем языке. Пол широко улыбнулся и включил магнитофон.
Ему удалось записать почти две минуты абсолютно незнакомой речи. Она звучала довольно ритмично, трудно было сказать, то ли это потому, что она читала какое-то стихотворение, как, наверно и всякий, кому предложили бы наговорить что-нибудь на магнитофон, то ли это было свойство самого языка. В любом случае экспертов запись должна удовлетворить. Он нажал на выключатель.
Арчин схватила его за руку и посмотрела молящим взглядом.
"Почему я не могу понимать тебя так же быстро, как ты меня?: Гм: Кажется, доходит. Ты хочешь услышать голос, пусть даже свой собственный, который будет говорить то, что ты понимаешь."
Он перемотал ленту и, включив магнитофон, понял, что не ошибся. Она сидела, зажав между колен сцепленные руки, и губы ее еле заметно шевелились, откликаясь эхом на каждое слово. Потом она часто заморгала, и по щекам покатились крупные слезы.
"Господи, ну почему никто не придет и не заберет тебя из этой идиотской больницы? Я понятия не имею, что ты делала той ночью в лесу, но ты не сумасшедшая."
И все же:
В его воображении раздался звук ломающейся кости. Он вздрогнул и призвал на помощь все свое профессиональное равнодушие. Механически, под неотступным взглядом ее больших темных глаз, он позвонил сестре и приказал отвести девушку обратно в палату.
Дождавшись, когда он повесил трубку, Арчин с вопросительным видом дотронулась до блокнота. Он согласно кивнул. Она взяла ручку и начала рисовать. Уже на половине работы он узнал рисунок: карта мира стреугольником и ромбом двух Америк, растянутым массивом Евразии, грушевидной Африкой и Австралией, небрежно обозначенной в нижнем углу скорее из желания продемонстрировать, что она знает о ее существовании, чем для того, чтобы указать точное место.
"Эта девчонка умнее меня в десять раз! Мне ведь и в голову не пришло дать ей в руки атлас и попросить ткнуть пальцем туда, где находится ее родина."
Он вскочил на ноги и бросился к книжной полке в дальнем углу кабинета. Где-то здесь должна была быть карта или что-нибудь похожее. Он наугад схватил "Климатические и другие экологические факторы в этиологии заболеваний". На внутренней стороне обложки была нарисована карта мира.
Он положил книгу перед Арчин, и она с возгласом восхищения отбросила ставший уже ненужным свой недорисованный чертеж. Палец ее уткнулся в Британские острова.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
