— Это было чертовски круто!
Вот тогда-то это и происходит. Приступ смеха, на который я не знал, что способен, вырывается из моей груди и эхом отражается от каменных стен, и в этот момент я свободен. Она не может знать, какую победу я одерживаю, но то, как ее взгляд встречается с моим, и выражение ее лица смягчается, поэтому не могу не задаться вопросом, знает ли она.
Мой смех затихает, когда я гребу в воде, чтобы удержаться на плаву, потерявшийся в ее глазах.
— Я не думала, что ты это сделаешь! Видел, какое расстояние ты преодолел? — ее подбородок то опускается в воду, то выныривает из нее, когда она гребет ногами, чтобы удержаться на плаву. — Тебе было больно, когда ты приземлился?
Моя кожа чувствительна, но я не думаю, что это от удара.
— Не совсем.
— Понравилось? Я имею в виду, тебе должно было это понравиться, верно?
Улыбка практически разрезает мое лицо надвое.
— Мне это понравилось.
— Ты полон сюрпризов, Лукас. — Она брызгает на меня и, смеясь, уплывает к скале, освещенной ярким солнечным светом.
Приподнявшись, она ложится на спину, и совсем не так грациозно, как я себе представляю, когда читал сказку Ганса Христиана Андерсена о русалке на скале. Нет, она падает на спину, раскинув руки и ноги, тяжело дыша.
— Тебе следует выйти на солнце. — Ее глаза закрыты, и свет заставляет ее кожу светиться. Мой взгляд следует по тонкой шее, которая ведет к углублению между круглыми грудями с горошинками на вершине.
Мое видение чернеет.
Нет! Я мысленно отталкиваю его назад. Почему именно сейчас? Мне ничего не угрожает, и я чувствую себя лучше, чем когда-либо за долгое время. В безопасности. Она не представляет угрозы.
— Надо обсохнуть, чтобы мы могли отправиться в путь. — Ее черные волосы рассыпаются по камню вокруг плеч.
Я закрываю глаза и сосредотачиваюсь на том, чтобы сдержать темноту. Шайен, почти голая передо мной, слишком отвлекает, и если я не сосредоточусь, то никак не смогу удержаться от потери сознания.
Мои ноги дрыгаются, держа меня на плаву, и я приветствую холодную воду, молясь, чтобы она охладила мою разгоряченную кровь, чтобы я мог восстановить свои стены.
Голос в глубине моего сознания шепчет свое предупреждение.
Я слишком близко. Слишком беззащитен перед этой женщиной. В ее присутствии вся моя защита испаряется, и провалы в памяти становятся постоянной угрозой, с которой мне придется бороться, чтобы сдержаться.
Я бы никогда не хотел причинить боль Шайен.
Но если провалы в памяти вернутся, нет никаких сомнений… Я это сделаю.
Глава 11
Шайен
— Мы на месте.
Я моргаю и понимаю, что полностью отключилась на последние тридцать минут поездки. Хотелось бы сказать, что из-за выброса адреналина, но это было бы ложью.
Мое состояние больше похоже на сон наяву. Фантазия проигрывается по кругу, снова и снова, и в ней рядом со мной безумно сексуальный и разочаровывающе сложный мужчина.
Представляю, как он выглядит без рубашки, но зрелище, увиденное мной, повергает мое воображение в смятение. Я замечаю, что у него телосложение пловца. Широкие, мощные плечи, переходящие в узкие бедра, впадины и долины, созданные длинными крепкими мышцами, а его задница… Скажем так, смотреть, как Лукас выходит из воды даже лучше, чем видеть, как он прыгает в воду.
Но это не самая впечатляющая часть его тела. Как сильно это ни заставляло бы меня чувствовать себя грязной старухой, я не могла не посмотреть на его промежность, и это зрелище настолько же сексуальное, насколько и пугающее.
О, кого я обманываю? Мужчина упакован, а его попытки скрыть это не увенчались успехом. Белые трусы-боксеры плотно прилегают к каждой части его тела, и даже после пребывания в холодной воде это невозможно не заметить.
— … ты можешь взять его.
У меня сбивается дыхание, затем я кашляю, чтобы прочистить горло.
— Что?
Он смотрит на меня прищуренными глазами.
— Тако. У тебя их три, верно? Я сказал, что если хочешь оставить его на ужин с семьей, то можешь взять его. — Он подъезжает на грузовике к месту работ и ставит его на место рядом с двухэтажным дощатым домом с крыльцом.
Мое лицо пылает, но, к счастью, он слишком занят парковкой, чтобы заметить это.
— О, точно. Нет, все в порядке, я взяла это для тебя.
Мой брат поднимает взгляд от настольной пилы и снимает защитные очки, прежде чем направиться к нам.
Мы выпрыгиваем и встречаем его у платформы.
— Отличная работа. — Коди осматривает стопку поддонов. — Все здесь?
Я открываю рот, чтобы сказать.
— Да. — Лукас передает бумагу, которая, я клянусь, была у меня. Или я отдала ее ему? — сверил с заказом.
Возможно, пребывание рядом с его почти обнаженным телом портит мою кратковременную память.
— Отлично. — Коди засовывает список в карман. — Мы заканчиваем здесь. Можешь зайти и посмотреть, что ты можешь сделать.
— О, меня нужно отвезти обратно в офис. Мой грузовик…
— Папа забрал твой грузовик. — Коди ухмыляется, как будто он зажег фитиль фейерверка и сидит, наслаждаясь зрелищем.
— Что он сделал?
— Да, сказал, что нужно кое-что доделать.
— Он даже не спросил меня! — контролирующий, настырный горный человек! Я стону, но отпускаю борьбу, от которой у меня сжимаются кулаки. Выброс адреналина и последующее падение после прыжка в «Приюте мертвеца» все еще бурлят в моих венах и охлаждают пыл. — Неважно.
— Я могу отвезти ее домой.
Наши взгляды устремляются к Лукасу, который возится с козырьком своей бейсболки.
— Мне все равно нужно поработать над резьбой. Я завезу ее к Нэшу по дороге.
Коди хлопает Лукаса по плечу.
— Звучит неплохо. Спасибо, чувак.
— Эм… Алло? — я машу руками между братом и Лукасом. — Хотите верьте, хотите нет, но последние пять лет я справлялась без вашей помощи. Уверена, что смогу справиться с решением проблемы, как мне вернуться домой. — Я скрещиваю руки на груди.
Лукас молчит, но Коди отвечает мне прямым вызовом.
— Да? Тогда вперед.
Я окидываю взглядом рабочую площадку и вижу, что каждый свободный мужчина чем-то занят. Прочищаю горло и распрямляю плечи.
— Я решила, что Лукас отвезет меня домой.
Мой брат качает головой и хлопает меня по плечу своей грязной рукой.
— Хорошая идея, умная задница. — Затем уходит.
— Умная задница? Думаю, я просто оставлю себе тако с жареным хлебом, которые я принесла тебе из…
— Стоп… — он поднимает руку и поворачивается ко мне. — Ты сказала то, что, как мне кажется, ты только что сказала?
— О, я сказала это, но съем все сама, если ты не скажешь мне, что я лучшая старшая сестра в мире, и что твоя вселенная перестанет вращаться без меня. — Я постукиваю ногой, ожидая.
— Ты самая лучшая старшая сестра на свете. — Он обнимает меня и стонет. — Боже мой, я чувствую, как от тебя пахнет! Зеленый чили?
— Ага.
— Я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя! — его глаза сужаются, затем он смотрит в глаза Лукаса, которые скрыты под кепкой. — Шай, почему ты мокрая?
Это простой вопрос с простым ответом. Мы остановились в «Приюте мертвеца», но почему-то это кажется скандальным. Я прочищаю горло и говорю непринужденно.
— На улице жарко, как в аду. Лукас там не бывал, поэтому мы остановились у «Приюта мертвеца».
Взгляд Коди становятся еще жестче. Лукас шаркает ногами рядом со мной, пока мы мучительно переживаем несколько секунд напряженной тишины.
— Круто. — Коди пожимает плечами, все признаки обвинения стираются с его лица. — Не забудь оставить мне тако, моя любимая сестренка.
Я выдыхаю, немного расслабляясь, и поворачиваюсь к Лукасу. Его полные, мягкие на вид губы растягиваются в улыбку. Я решаю, что мне очень нравится видеть это. Он замечает мой взгляд и опускает глаза, но я вижу, что его губы все сильнее тянутся вверх. Праздную маленькую победу в том, что именно я тот человек, который становится причиной его улыбки.
