Я пугаю его и загоняю в угол, пока нму не приходится отступать.
Но все же. То, как быстро он превращается из мышки в гадюку, пугает. Заглушаю машину и стараюсь не думать о том, как жалко смотрелась в его объятиях, глядя на него и умоляя, чтобы его губы нашли мои. Снова надавила на него.
Я видела выражение его глаз, когда наши губы были на расстоянии вздоха. Он был напуган. Я подтолкнула. Его отказ ужалил, но это то, что мне было нужно.
У меня есть дела поважнее. Проведя день с Лукасом и смотря на мамино старое жилье, я полностью разрушаю свои планы. За это время я ни разу не подумала ни о переезде, ни о своем мысленном списке дел. Типичная девушка, которую легко отвлечь внушительными мышцами и красивым лицом. Я даю себе внутреннюю встряску.
Вернись в нужное русло.
Экономь деньги. Убирайся к черту из Пейсона, на этот раз навсегда.
— Доброе утро, папа! — я бросаю сумочку на стол и слышу шелест его газеты.
— Полагаю, ты не выспалась?
Я наливаю себе чашку черного кофе и добавляю тонну сахара, чтобы сделать его высокооктановым топливом.
— Ага. Плохо спала прошлой ночью. — Прокручивая каждую секунду моего дня с Лукасом, в попытках определить, в какой момент все идет не так, все это является паршивым снотворным.
Черт возьми! Вот тебе и добровольный запрет на все, что связано с Лукасом.
— Меня не будет почти весь день. Дела здесь будут идти довольно медленно, так что, если ты хочешь переадресовать звонки, я могу найти для тебя занятие на стройке.
Нет, спасибо.
— О, гм… Я уверена, что смогу занять себя здесь.
Возраст и боль в мышцах заставляют его застонать, когда он встает со своего кресла.
— Ты уверена?
— Да, у меня много… дел, которые я могу сделать. — Делаю глоток горького горячего кофе, прячась за чашкой.
— Как хочешь. Если тебе станет скучно, позвони мне. — Он засовывает мобильник в карман и снимает ключи с крючка, который я вешаю на стену, чтобы он их не потерял. — О, это напомнило мне… Звонила Сэм.
— Ох. — Я машу мобильником, прежде чем подключить его к зарядному устройству. — У меня села батарейка.
Он прислоняется плечом к стене передо мной.
— Ты работаешь в «Пистолс Питс»?
Я пожимаю плечами.
— Просто беру кое-какие смены по выходным то тут, то там, если у них не хватает персонала.
Разочарование затуманивает его глаза, но он кивает.
— Звучит неплохо. Думаю, в эти выходные им понадобится твоя помощь.
Я стараюсь не показывать, как меня радует эта маленькая информация. В конце концов, каждая возможность работать — это еще один шаг к тому, чтобы выбраться отсюда.
— Увидимся. — Он снимает пояс с инструментами с другого крючка, специально для этого предназначенного, и уходит.
Больше времени наедине со своими мыслями. Это хорошо.
Я плюхаюсь на стол и проверяю телефон.
Как только он зарядится достаточно, чтобы звонить, я свяжусь с Сэм и возьму любую смену, которую она мне даст.
Нажимаю на устаревший компьютер на столе и захожу в Internet Explorer, чтобы найти карту.
Курсор перемещается по карте Соединенных Штатов.
— Хм… Куда я хочу уехать отсюда?
Как можно дальше.
Я закрываю глаза и вращаю курсор, затем останавливаюсь и открываю глаза.
— Алабама. Что, черт возьми, делать в Алабаме? — я закрываю глаза и повторяю процесс. — Орегон. Да, я могла бы жить в Орегоне. Горы, прохладная погода. Внесу это в список. — Закрываю глаза в последний раз, перемещаю курсор и… — Ты, должно быть, шутишь. Аризона. Нет. Ладно, значит Орегон.
Теперь с этим покончено.
Я откидываюсь на спинку сиденья и смотрю в потолок.
Мой телефон оповещает, что он включен, а затем раздается сигнал о непрочитанном сообщении.
Ты сегодня будешь на смене? Тебе достается право первого выбора. Похоже, ты нравишься Лорин;)
Не то, чтобы у меня были планы на вечер пятницы, но после моей последней поездки в «Пистолс Питс» не думаю, что разумно участвовать в каких-либо общественных пьянках. Лукас терпит мое купание нагишом возле дома у реки, пока по-настоящему не узнает меня. Что-то мне подсказывает, что, если я появлюсь во второй раз, то он будет менее вежлив. Набираю быстрое сообщение, сообщая ей абсолютно точно, что буду там сегодня вечером.
Супер! В 4:30, не опаздывай.
Сэм заверяет меня, что если вечер будет насыщенным, что я смогу заработать пару сотен долларов чаевых. Это на двести шагов ближе к Орегону.
— Хорошая новость в том, что ты устроилась официанткой? — снисходительный смех Тревора ползет по моей коже, как сыпь. — Я имею в виду, что ты получила высшее образование, черт возьми. Разве ты не могла хотя бы получить должность старшей барменши? И кто, черт возьми, такой Сэм??
Почему я решила, что позвонить ему — хорошая идея?
Потому что ты надеешься, что он скажет что-нибудь милое, что отвлечет тебя от мыслей о Лукасе.
Боже!
— Сэм, сокращенно от Саманты, она была моей лучшей подругой в детстве. И из кожи вон лезла, чтобы устроить меня на эту работу. Чем больше денег я заработаю, тем быстрее смогу вернуться к своей жизни. — Я рисую на клочке бумаги фигурки, которые колют друг друга и плачут над своими окровавленными конечностями. — И полегче с этими штучками про официанток.
— Шай, прости, но… — он прочищает горло, словно это помогает ему избежать нового приступа смеха. — Ты лучше, чем это. У тебя есть работа у отца. Зачем унижать себя в каком-то деревенском баре с Сэм?
— Если я буду здесь, то хочу потратить каждую свободную минуту на то, чтобы выбраться отсюда. Это не значит, что куча друзей ломится в мою дверь, приглашая за покупками и девичниками. Что еще мне делать?
— Возможно, у меня есть способ помочь тебе в этом.
Я сажусь ровнее и, навострив уши, оглядываю кабинет.
— Каким образом? — он безраздельно владеет моим вниманием.
— У меня есть информация, что Лос-Анджелес ищет людей. Они принимают ролики и просматривают их в конце месяца.
Надежда взрывается в моей груди. Тревор думает, что я достаточно хороша для Лос-Анджелеса? Прикусываю губу от пронзительного визга.
— Тревор, это потрясающе! — вырываю из принтера свежий лист бумаги и готовлю ручку. — У тебя есть информация? Я могу прислать свой ролик сегодня же!
— О нет… Я не это имел в виду.
— Что?
Он глубоко вздыхает.
— Я говорил не о тебе, милая.
Не обо… Его хорошей новостью является то, что он собирается устроиться на работу в Лос-Анджелесе?
Мои плечи опускаются.
— Ох.
— Да, я посылаю свой ролик, и, ну, подумал, что если получу работу, устроюсь, то смогу потянуть за какие-нибудь ниточки, чтобы посмотреть, сможем ли мы вернуть тебя в поле.
Потянуть за какие-нибудь ниточки.
То есть я не могу получить эту работу исходя из собственных заслуг. В том смысле, что недостаточно хороша.
Он вообще в меня не верит.
— Да, да, это… Это было бы потрясающе.
Он продолжает говорить что-то еще, но я мертва внутри, далека от осознания его дальнейших слов.
Хорошая новость в том, что я работаю посменно в ковбойском баре.
Он претендует на работу на втором по величине медиарынке страны.
К черту мою жизнь.
— Знаешь, ты могла бы послать туда и свой ролик, но Лос-Анджелес знает о прямом эфире новостей, который транслируют по всему миру.
Держу пари, что да, и почему у меня такое чувство, что это Тревор им рассказывает? Боже, как я могла быть такой глупой? Он, вероятно, продает себя, используя этот инцидент, вероятно, хвастается тем, как спасает выпуск новостей и немедленно снимает меня с эфира своими навыками суперпродюсера.
Эгоистичный придурок.
Почему я вообще удивляюсь?
— … и когда я это сделаю, а ты знаешь, что сделаю, то постараюсь…
— Извини, мне надо бежать.
