– Пожалуйста, задай мне любой вопрос, я отвечу тебе. Да, я инсценировал все это, да, я подговорил своих друзей…
– О чем это он?
– Рич, я не хочу с тобой говорить.
– Ты могла догадаться: ты же заставала меня за телефонными разговорами, помнишь? Ты видела, как мы петляли на дороге. Это была совсем не та дорога, Марго, ну ты же не могла этого не понимать!.. – Рич поднимался к ней. Казалось, Мика он просто не замечал. – Я позвонил приятелям…
– Ты слышишь? Мне не интересно все это.
– А помнишь, я пригласил тебя к себе встречать Рождество? Но ты отказалась, и тогда я решился на эту авантюру. Марго!
– Я не хочу…
– Эй! – Мик помахал рукой между ними. – А ничего, что я тут стою? А они все, – он указал вниз, где четверо с интересом смотрели это захватывающее представление, – сидят!
– Ничего! – Рич отодвинул его плечом, взял за руку Марго, вошел в номер и закрыл за собой дверь.
Происшедшее настолько потрясло и изумило Мика, что впервые в жизни он не смог разозлиться как следует. У него в прямом смысле слова полезли глаза на лоб, и это вызвало смешок у Марты. Беспомощно разведя руками, он пробормотал, ни к кому не обращаясь:
– Нет, ну, а? Это что же получается?..
Но, увы, ответа никто не знал.
– Это я-то!.. Да ему-то!.. Ну ничего себе! – Мик дернул и оторвал ручку. – Вот черт!
Но дверь оказалась не заперта. Там, на середине тесной комнаты, стояли двое, напряженно глядя друг другу в глаза.
– Но почему, Рич? Почему именно обман?
– Да потому что ты никогда не поехала бы со мной! Ты никогда не дала бы мне шанса!
– А зачем он тебе был нужен, этот шанс?
Рич шагнул к ней:
– Потому что я люблю тебя. И это правда.
– Что-о-о?!! – взревел Мик.
– Я не верю тебе, Рич. И не хочу больше тебя слушать. – Марго опустила глаза, вспомнив совсем другую сцену, в лесу, когда он впервые тихо-тихо произнес эти слова, сделав ее самой счастливой на свете.
– …Да я тебе не только нос! Да я тебе не только лицо! Да я тебя сейчас всего!
– Мик, уймись и дай нам поговорить! – вне всякой логики закричала Марго.
– Что-о-о! А ничего, что ты – моя? И что он себе позволяет при мне… – Мик постукивал кулаками друг об друга и даже пружинисто подпрыгивал на месте, но почему-то не решался подойти к сопернику.
– Рич, ну хорошо. Ты так и не ответил на вопрос: как зовут того, кто считался Джонни?
– Это смешно, но его действительно зовут Джонни. Вот только он мой друг, а не Мика. И мы часто отдыхаем у меня в домике, он знает его, как свой собственный, поэтому так подробно тебе все показал.
– Любопытно. А остальные? Джулия и твоя любимая Мария?
– Девчонок я и сам едва знаю, их пригласили без меня. Они были не в курсе всей интриги, знали только…
– Это меня не волнует!
– Марго! Тебе просто нужно понять: я не хотел обманывать тебя.
– Просто, как всегда, разыграл, да?
Мик, затаив дыхание, переводил взгляд с одного на другого. Он начал что-то понимать.
– Все очень просто, – начал Рич. – Сначала я понял, что влюбился в тебя.
– Что-о-о?
– …Потом, когда его величество, – он кивнул в сторону Мика, – уехало в неизвестном направлении, я постарался придумать, как нам оказаться вместе, ну, чтобы… чтобы…
– Чтобы что? – хором произнесли Мик и Марго: один с угрозой, а другая с отчаянием в голосе.
– Чтобы мы оказались вместе, как бы по воле обстоятельств, и вынуждены были провести несколько дней в обществе друг друга.
– И ты придумал своего Джонни.
– Я не придумал. – Рич впервые за этот разговор улыбнулся. – Он был настоящий. Я подумал: ты будешь жить там, в этом домике, они все – изображать друзей твоего Мика, а я – пострадавшего от непогоды.
– Да я тебе сейчас!
– Подожди, Мик… – Марго чувствовала себя великим детективом, который выслушивает исповедь преступника, как тот спланировал, а потом совершил убийство. – И что же было дальше, Рич?
– Кстати, погода мне очень помогла: когда я вез тебя к Джонни, с утра обещали буран, и я ждал его, как своего спасения, точно рассчитав все по минутам.
– А, вот почему ты всю дорогу смотрел на часы!
– Конечно. Ну а остальное ты знаешь.
– А ведь я постоянно чувствовала что-то не то… – Марго стала прохаживаться по комнате. – Ты был в этой чужой компании своим, а я – нет.
– Конечно, ведь мы знакомы лет двадцать! Ты, кстати, очень понравилась моим друзьям.
– Ах вот как?
– Да, они оценили мой вкус, а заодно и мой режиссерский талант.
– Ах вот как!
– Особенно – Джонни.
Марго вспомнила, как тот потирал руки, когда выходил из дома «на вечеринку к приятелю», с которой так неожиданно вернулся Рич… Наверное, ему было очень весело, ведь они заранее обо всем договорились. Да, они специально оставили ее одну в доме, чтобы Рич мог… Лицо ее залила краска. Она приложила ладони к щекам. Рич почувствовал, о чем она думает в эту минуту:
– Марго, никто ничего не знал!
– Да. Джонни, наверное, оценил твой режиссерский талант, когда ты сказал ему, что собираешься вернуться с вечеринки ко мне, и попросил его…
– Марго! Не надо так! Я же говорю тебе…
– А потом ты собирался поделиться с ним впечатлениями? Чтобы он еще раз оценил твою гениальность!
– Марго! Никто ничего не знал! И даже Мария…
Вдруг такая огромная волна обиды и ревности поднялась в душе Марго, что на секунду она даже перестала слышать звуки. Мария! И она тоже все знала! И играла этот спектакль, чтобы разозлить ее, Марго! А Рич, наверное, каждый вечер разучивал с ней роль!
И, еще сама не понимая, что она делает, Марго шагнула к Ричу, тот раскинул руки и улыбнулся ей навстречу своей игривой, ее самой любимой улыбкой! Так улыбается человек, который не ожидает беды. А она, как следует размахнувшись, со всей силы влепила ему звонкую пощечину! Эхо этого звука еще несколько минут стояло вокруг… Потом все замерло.
– Зря, – тихо сказал Рич и вышел из номера.
Некоторое время Марго была оглушена этой тишиной, наполненной отзвуками последних слов. Господи, как все чудовищно, как пошло, как низко! Как могла она, взрослая, опытная девушка, влюбиться в первого встречного, который обманул ее, сделал из нее посмешище, а теперь еще и хвалится, что она понравилась его друзьям!.. Она закрыла глаза.
Господи, но почему ей так невыносимо одиноко оттого, что он ушел, навсегда закрыв за собой дверь? Почему несколько минут, проведенных без него, стали настоящей пыткой, и она уже скучает по нему?! И почему в душе наступило такое опустошение, как будто она предала сама себя?! Что происходит? Как вылечить эту тяжкую болезнь?
Она с размаху упала на кровать, ее трясло, как в лихорадке. Марго перекатилась на бок, свернулась «в позу зародыша» и сжала зубы, чтобы остановить рыдания, подступившие к горлу. Она потеряла его! Совсем потеряла! Все это время Рич давал ей шанс опомниться, он простил бы ей все, даже самые обидные слова, но пощечину… А за что она, собственно, его ударила? Разве на это есть причина? Или право?.. Всему виной ее темперамент и ревность.
Марго тихо заскулила, поскрипывая зубами, и только тут заметила, что Мик по-прежнему здесь. Он сидел на уголке кровати и завороженно смотрел на женщину, с которой прожил два года, но увидел такое в первый раз. Кажется, он абсолютно утратил способность говорить.
– Мик. Извини, что все получилось при тебе.
– У!
– Нам надо ехать. Я не хочу здесь больше оставаться.
Глаза Мика были величиной с циферблат на стене.
– У!
– Мик! Очнись!
– Ну, ты! – Он качнул головой и присвистнул, даже не собираясь трогаться с места. – Молодец!
– Мы едем, или ты сильно выпил?
– Я думал, что ты не сможешь! Марго! Ты… Ну просто!..
– Мик! – Она прошлась по комнате. Почему-то во всем теле была чудовищная слабость. Почему-то дрожали коленки и руки. Ну да, конечно, такой стресс, а она к тому же почти не спала всю ночь. Лицо ее снова загорелось, Марго инстинктивно прикрыла глаза и шумно выдохнула, вспомнив то, что было между ними… Всю ночь.
