Читаем без скачивания i 1495e07c15fb5d3e - Admin

  - Взвар.

  Затем средний:

  - Каву!

  Младший.

  - Сбитень.

  И наконец, сама царевна:

  - Каву!..

  Одновременно со словами выбора вновь проснулись родственные средоточия... С тем, чтобы через мгновение уснуть вновь. Неспешное поглощение десерта сопровождалось довольными фразами и тихими шутками - пока нежное личико Евдокии вдруг не надумало чуть побледнеть, а потом и вовсе приобрести едва заметный зеленоватый оттенок.

  - Ох!..

  Потеряв интерес к пахлаве и какао, десятилетняя сладкоежка быстро покинула обеденный стол, сопровождаемая сочувственными взглядами братьев. Среднего и младшего - уж они на собственном примере знали, как тянет на нужную бадейку после пропущенного в еде и питье зелья. Иван, прикончив последний кусочек халвы, не выдержал и подошел к стулу сестры, вновь пробудив свои источник. Чуть помедлил, перепроверяя, затем взял изящный серебряный кубок и сравнил его содержимое с большим кувшином - уже догадываясь, отчего оплошала Дуня. Как-никак, самого на подобном подлавливали...

  - Так и знал, отрава под ободком!..

  Действительно, секрет оказался простым - всего лишь слабительное, замешанное на меду, и нанесенное тонкой и почти неприметной полоской на столовое серебро.

  - Очень хорошо, Иван.

  Средний из царевичей польщено улыбнулся.

  - А я?!?

  - И ты молодец, Федя.

  Подхватив с полки серо-коричневую плоскую коробочку из картона, хлебосольный брат вручил ее в цепкие руки младшенького.

  - Награда тебе.

  Вскрыв коробочку и обнаружив в ней ровно-одинаковые торцы чертилок, Федор счастливо рассмеялся, просто-таки не веря своим глазам.

  - Сорок восемь цветов и оттенков... Беги, испробуй подарок в деле.

  Вернувшиеся стольники убрали все следы обеда, всего через минуту оставив царственных братьев наедине.

  - Завидую тебе, брат.

  Приоткрыв оконце, Дмитрий вздохнул свежего воздуха, проследил как двенадцатилетнее "чадушко" со всего маха упало на его ложе, и поинтересовался:

  - В чем же?

   - Ну как! Батюшка тебя всюду одного отпускает: в иные святые обители, на Ярославль и Рязань в прошлом году посмотрел. В Туле целых полгода провел! А в Твери и вовсе, все полтора своей головой и разумением жил!.. Теперь вот в Полоцк съездишь... А я вот дальше Сокольников и Лосиного острова и носу не высовывал.

  - А кто с отцом по святым местам зимой катался?

  Почесав живот, и еще больше развалившись на зеленом покрывале, Иван огорченно отмахнулся:

  - Да что там разглядишь, по пути-то? Квохчут надо мной, словно я цыпленок неразумный! Туда нельзя, сюда тоже. Даже просто проехаться по какой деревеньке, поглазеть на черный люд - и это невместно достоинству царевича!

  Засмеявшись, хозяин покоев искренне посочувствовал:

  - Прямо стон души!

  - Тебе хорошо говорить!..

  - Ладно уж, замолвлю за тебя словечко батюшке, чтобы отпустил на месяц-другой к отцу Зосиме. По дороге всласть наскачешься, наохотишься, в Тверском кремле пару дней поживешь да на город поглядишь. Ну и на обратном пути тоже не теряйся...

  - А отпустит?

  - У нашего рода особые отношения с Кирилло-Белозерской обителью - ты разве забыл?

  Поерзав в нешуточном возбуждении и предвкушении, средний сын великого государя мечтательно улыбнулся. Действительно, как это он не подумал о такой возможности?..

  - Настало время урока.

  Иван тут же выкинул из головы все свои мечты и сел на ложе, приготовившись внимать. Однако Дмитрий не торопился показывать что-то новое, отвернувшись к окну.

  - Меня радует, как далеко ты продвинулся в освоении наследия крови, брат. Твое упорство, старательность и в особенности - ум. Но более всего меня радует то, что я не вижу в тебе дурного жестокосердия.

  Помолчав немного, наследник все же повернулся к младшему лицом:

  - До этого дня я учил тебя, как стать сильнее и выносливее, справляться с болезнями и не бояться ядов... Ну и еще кое-каким полезным мелочам.

  Средний из царевичей тут же покосился на нарядный полавочник, скрывавший следы его недавнего экзамена. Вспомнил, с какой легкостью пробил насквозь толстенную буковую доску. И преисполнился заслуженной гордости. Ха, брат еще не знает, как ловко у него получается удар саблей!

  - Ай!..

  - Не зазнавайся.

  Потерев лоб, в который только что отвесили увесистый щелбан, Иван сосредоточился и сел ровнее - ничего-то и не скрыть от старшего!

  - К сожалению, несмотря на все мои старания, твои чувства и дар недостаточно... Тонки и изощренны. Для воина и победоносного воеводы, кем кое-кто себя искренне видит в будущем, этого было бы более чем достаточно. Но для самовластного правителя - нет. Ему должно знать настроения подданных, дабы вовремя разглядеть справедливое недовольство простого люда и упредить любую крамолу и бунт среди своих бояр-князей. Поэтому с сего дня мы начнем изучать одну из граней лекарского дела под названием гипноз - не прекращая, впрочем, и прежних твоих занятий. Ибо?..

  - Нет предела совершенству, брате.

  - Правильно.

  Дойдя до небольшого поставца в Комнате, хозяин покоев подхватил блюдо с виноградом и яблоками, вернулся в Опочивальню - где и подсел к брату, начав потихонечку общипывать крупные темно-фиолетовые ягоды.

  - Искусство гипноза очень древнее, старше книг Ветхого завета. Неизвестно точно, где именно оно зародилось, но уже жрецы Древнего Египта, Греции, Индии и Рима вполне уверенно им пользовались. От них оно перешло восточным знахарям и лекарям, а так же и волхвам славян... Которых старательно топил в воде и крови наш предок великий князь киевский Владимир Святославович, получивший за сии беспримерные труды достоинство святого. В странах католического креста это умение напрочь утеряно с падением старого Рима под напором варваров - но печаль по сему поводу мы с тобой отложим на другой раз.

  С звучным хрустом вкусив плоти наливного яблока, Иван согласно покивал головой. Хоть вымри они все там, проклятые папежники - уж он по ним плакать точно не будет!

  - Суть гипноза в том, что лекарь с сильной волей...

  Выслушав пояснения и тщательно поразмыслив под внимательным взглядом тринадцатилетнего учителя, средний из братьев подвел итог:

  - Получается, это как тайный ход в пределы разума, минующий охрану и крепкие стены?

  - Хм, скорее как ключ к калитке в толстых и высоких крепостных воротах, ведь согласие и сила воли человека играют не последнюю роль.

  Отставив опустевшее блюдо на прикроватный поставец, старший царевич обтер пальцы, испачканные в соке виноградной лозы.

  - Однако, в соединении с даром нашей крови гипноз оборачивается не ключом, но тараном тяжким, коему что ворота, что стена - все без разницы. Поэтому запомни основное правило этого искусства: разум человеческий очень хрупок, и сломать его всегда проще, нежели оставить в целости. А уж собрать такие осколки в единое целое может только Вседержитель.

  Коротким молчанием завершив вступительную часть, Дмитрий перешел к конкретным указаниям:

  - Итак, первое твое упражнение!..

  ***

  - Пошла!

  Щелк!..

  Вот уже шестой день кардинал-епископ Хелма и Вармии, секретарь короля Польского, опытный теолог и одаренный дипломат терпел тяготы и лишения осенней дороги, а заодно терпеливо скучал. Надо сказать, что чувство это было Станиславу Гозию привычно, и не вызывало какой либо тоски или же упадка духа - тем более, что причина, заставившая пожилого клирика бросить все свои дела и выехать в полоцкое воеводство, была очень весомой. Вернее сказать, их было ровным счетом две: во-первых, повеление христианнейшего государя Сигизмунда Августа. А во-вторых, возможность сильно досадить великому князю Московии - если только его знатнейший вельможа и троюродный племянник князь Бельский действительно решился сменить сюзерена и отринуть византийский канон. Выгоды сие деяние сулило куда как немалые!.. Если уж кровный родственник государя северной Руси его покинет - то что же говорить об остальных? Зерна вечных сомнений, злобного раздора и предательства в душах боярских наверняка дадут обильные всходы! А если и нет, то осведомленность князя в замыслах царя Ивана была такова, что сама по себе с избытком оправдывала все возможные хлопоты. Опять же, такой перебежчик наверняка знает немало интересных подробностей о гарнизонах порубежных крепостей и городов, припасах и воинской силе... Так что плата за подобную услугу в виде какого-нибудь староства в наследственное владение совсем не выглядела чрезмерной.

  - Надеюсь, переговоры выйдут удачными.

  От монотонного звука осеннего дождя Гозий впал в сентиментальные воспоминания. Лет семь (или уже восемь?) назад он как-то навещал по делам церкви Полоцк. Доблестная шляхта, пронырливые евреи-зерноторговцы, основательные купцы-литвины, старательные ремесленники и благочестивые горожане... Сохранилось ли все это? Да нет, вряд ли. Злобные московиты огнем и мечом прошлось по многолюдному и процветающему полоцкому воеводству, превратив его в некое подобие пустыни.