Приложение:
Книги: «Теория относительности — мистификация ХХ века»
«Теория относительности — шедевр шарлатанов»
5 марта 2010 г. В.И. Секерин
* * *
Генеральная Прокуратура РФ
31.05.2010 №7/2-р-2010
Российская академия наук
Ленинский пр-т, д.14, г. Москва
Секерину В.И.
Направляется для рассмотрения в соответствии с компетенцией обращение Секерина В.И. от 05.03.2010 об опровержении теории относительности и исключения ее из учебной литературы.
О результатах проверки, принятых решениях и их мотивах в установленном порядке уведомите заявителя.
Заявителю сообщается для сведения.
Приложение: на 1 л. в первый адрес.
Начальник отдела управления по надзору за соблюдением прав и свобод граждан М.В. Зайцева
* * *
СИБИРСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ РАН(СО РАН)
20.08.2010 № 15010-15015-1851/С40
В.И. Секерину
Копия: Начальнику управления
по надзору за соблюдением прав и свобод
граждан Генпрокуратуры РФ
Уважаемый Владимир Ильич!
Объединенный ученый совет СО РАН по физико-техническим наукам внимательно рассмотрел Ваше обращение и признал, что с точки зрения сомнений в существе дела теория относительности давно перешла в разряд «инженерных приложений», следовательно, ее никак нельзя назвать «ложной» и нет оснований исключать ее из программ школ и вузов.
Главный ученый, Секретарь СО РАН, Чл.к. РАН Н.З. Ляхов
* * *
Российская Академия Наук
11.10.2010 № 4-С-827-1851
В.И. Секерину
Уважаемый Владимир Ильич!
В соответствии с решением экспертной группы по физике Экспертной комиссии РАН по анализу и оценке научного содержания федеральных государственных образовательных стандартов и учебной литературы для начальной, средней и высшей школы, а также в соответствии с решением объединенного ученого совета СО РАН по физико-техническим наукам оснований для исключения из учебников раздела, посвященного теории относительности, нет.
Вице-президент РАН, Академик В.В. Козлов
Этюд 5.
Из современных релятивистов звание шарлатанов безусловно должно быть присвоено экспертам по физике Экспертной комиссии РАН по анализу и оценке научного содержания Государственных образовательных стандартов и учебной литературы для высшей и средней школы. Это они в ответ на прямые доказательства отсутствия явления, называемого постулатом c=const, и на просьбу привести прямые доказательства истинности постулата c=const, как того требует школьный учебник, лаконично без обоснований пишут: «оснований для исключения из учебников раздела, посвященного теории относительности, нет».
Что могут написать шарлатаны, если обоснований нет?!
К сожалению, их имена засекречены.
Этюд 6.
Вторыми званием шарлатанов по праву награждается Объединенный ученый совет СО РАН по физико-техническим наукам. Его члены тоже не оставили автографы, но этот список заверен подписями Главного ученого секретаря СО РАН чл.к. Н.З. Ляхова и вице-президента РАН академика В.В. Козлова.
На просьбу привести доказательства в пользу обоснования постулата c=const отвечают: «Объединенный ученый совет СО РАН по физико-техническим наукам рассмотрел Ваше обращение и признал, что с точки зрения сомнений в существе дела теория относительности давно перешла в разряд «инженерных приложений», следовательно, ее никак нельзя назвать «ложной» и нет оснований исключать ее из программ школ и вузов».
Понимать ответ ученого совета СО РАН следует так, что постулат доказывается следствиями ТО. Но если согласиться считать постулат c=const описанием природного явления, то после этого доказать логически и математически ложность самой теории относительности, при всей ее парадоксальности, невозможно. Ложность теории относительности доказывается только через доказательство ложности постулата c=const, так как все следствия ТО величины не измеряемые, а вычисляемые. В теории относительности единственная величина, которая должна быть основана на прямых измерениях - это постулат c=const. А проведенные измерения как раз показывают, что скорость света подчиняется классическому закону сложения скоростей.
Здесь прав С.И. Вавилов: «опора на следствия, сколько бы их ни было», не могут служить доказательством истинности постулата! Теория относительности является следствием постулата c=const, поэтому она не может быть его подтверждением.
Но это в науке. Релятивисты же, подобно Мюнхагузену, который сам себя за волосы тащил из болота, ставят в качестве доказательства истинности ТО следствия ее постулата c=const.
* * *
В продолжении списка шарлатанов-релятивистов Ричард Фейнман, Макс Борн, Г.С. Ландсберг и т.д.
В.И. СЕКЕРИН, mist-ia#mail.ru
ПО ПОВОДУ СТАТЬИ АКАДЕМИКА А.Ф. ИОФФЕ
“О положении на философском фронте советской физики”1
Мотивом настоящего моего выступления является то обстоятельство, что А.Ф. Иоффе в своей статье, формально представляющей ответ А.А. Максимову, по существу, пытается возразить не только ему, но и мне, и всем, кто в большей или меньшей степени разделяет мои установки в отношении основных физических воззрений. Статья А.Ф. Иоффе выходит за пределы его личных высказываний по поводу начавшейся на страницах “ПЗМ”2 дискуссии. Он неоднократно напоминает, что говорит не только о себе, но и о С.И. Вавилове, В.А. Фоке, Я.И. Френкеле и И.Е. Тамме. Поэтому в дальнейшем я буду иметь в виду всю защищаемую им группу физиков.
Акад. Н.Я. Марр совершенно правильно проводил ту мысль, что между нашим языком и нашим мышлением существует глубокая связь. Он не отделял языка от мышления и именно поэтому создал новое учение о языке. По его инициативе при Академии наук СССР бы организован Институт языка и мышления. Исследования Н.Я. Марра в области языкознания в высокой степени поучительны в отношении соответствия между языком и мышлением как у первобытного человека, так и у человека, стоящего на более высокой ступени развития. Лексикон слов, которыми пользуется в своей жизни и деятельности та или иная группа людей, даёт много материала для суждения о характере мышления этих людей и о степени их культурности. Это положение оказывается справедливым всегда и везде. Всякая группа людей, обособленная в социальном или ином отношении, имеет свой собственный лексикон слов, необходимых ей для выражения своих мыслей. Мы знаем даже примеры специфических жаргонов, которыми пользуются некоторые группы людей, объединённые общностью интересов. Таким образом, известную поговорку о друзьях можно переформулировать так: “скажи мне, каков лексикон слов, которыми ты пользуешься, и я скажу, кто ты”.
В связи с изложенным приобретает известный интерес тот своеобразный и несколько необычный лексикон, которым обогатили язык научно-философской дискуссии А.Ф. Иоффе и его единомышленники. Например, в рассматриваемом выступлении А.Ф. Иоффе против его идейных противников встречаются, между прочим, следующие слова и выражения:
Наивные.
Вроде киселя.
Копаться в “мистических” проблемах.
Устранился от живой науки.
Эфирный кисель.
Наивность.
Колесница Ильи-пророка.
Наивный оппонент.
Кисельный эфир.
Рекламируемый.
Замаскировать математическим туманом.
Нелепые предпосылки.
Открещивается от математики.
Стремясь скрыть от советской молодёжи…
Стремясь… сохранить свой авторитет…
Отгородились от новых идей.
Недостойная клевета.
Реакционная кучка.
Поражающая безграмотность.
Сознательные извращения.
Вопиющая путаница.
Чудовищный по своей нелепости.
Наивное незнание.
Физическое невежество.
Развязная безграмотность.
Недоучившийся физике “философ”.
Сам… не разобрался.
Явная недобросовестность.
Клевета.
В обывательски извращённом виде.
Попахивающий славянофильским душком.
Легкомысленные обвинения.
Кружковые интересы.
Вздорная клевета.
Путая физику с философией…
Легкомысленная статья.
Научная отсталость.
Подобными словами и оборотами речи изобилует выступление акад. А.Ф. Иоффе. Такой же язык, в одних случаях более утончённый, в других ещё более яркий, фигурирует и в полемических выступлениях
С.И. Вавилова, В.А. Фока, И.Е. Тамма и Я.И. Френкеля.
Этот богатый и весьма образный лексикон имеет особенное значение в двух отношениях.
Во-первых, большое количество специфических и не применявшихся до сих пор слов и оборотов речи, введённых определённой группой советских физиков в язык научно-философской дискуссии, переходит в качественную характеристику физического мышления, оказывающегося неспособным к чёткому и недвусмысленному формулированию суждений по существу научно-философских вопросов, стоящих перед нами.
