- А разве когда по-настоящему любишь, можешь сравнивать своего любимого с другими?
- Лея, что за романтические выдумки? Конечно можешь! Сравнивать необходимо. Нужно знать, за кого ты выходишь, быть уверенной в своем выборе. А как я буду уверена, если ни с кем кроме него не встречалась?
Да, мне не понять истины этого мира. Вот я, когда полюбила, отдавалась этому чувству всей душой всем сердцем пусть и очень короткий период. О чем тут говорить?! После одной единственной ночи я оказалась не в состоянии выбросить из головы мужчину, оставившего меня. Я не могла ответить, простила ли я его, но зато точно знала, что по-прежнему испытываю к диору сильные чувства. Мне хотелось увидеться с ним вновь, посмотреть в серые глаза, понять, что он не тот идеал, каким видела его маленькая девочка, едва вступившая во взрослую жизнь. Я хотела разочароваться столь сильно, чтобы вырвать эту непонятную любовь из своего сердца, но пока мечты эти оставались неосуществимы.
Вот с такими тяжелыми мыслями я рассталась с Милой, которая уехала еще до начала ежегодного бала, за Лером должны были прислать карету на следующий после праздника день. Он пригласил меня, сказав, что без подруги ему тоскливо и одиноко, а если я составлю компанию, то будет с кем поговорить о любимой в этот вечер. На бал я надела то самое старое платье, оно было единственным нарядом, хотя и навевало грустные воспоминания. В этом году я даже рассталась с двумя серебрушками, потратившись на чулки и перчатки. Мы довольно весело провели с Лером время на празднике, пусть друг и болтал, по большей части, о Миле, но был весьма занимательным, остроумным собеседником и знал много смешных рассказов об известных магах. Мы танцевали, в основном, вдвоем, но раза три меня приглашали молодые маги с младшего и один со старшего курса. Хорошо проведя время, я тепло попрощалась с Лером у дверей своей комнаты, договорившись встретиться перед началом следующего курса.
Четвертый год ознаменовался сразу несколькими событиями. Первое - я едва не завалила экзамены, только чудом справившись с заковыристым заданием по ВОБ. Несмотря на тренировки и бессчетное количество дней подготовки к теоретической и практической частям, мои усилия едва не пошли прахом, закончившись полным провалом. Спасло то, что преподаватель по ВОБ Селеста ван Мирг, сама являлась магом-полукровкой и оттого благоволила ко мне. Она предпочла закрыть глаза на слабенький ответ, явно не дотягивающий до необходимого для сдачи уровня и, дав совет посещать собственный факультатив для углубленного изучения сего предмета, засчитала попытку. Следующим событием стала потеря обоих друзей. Родители Милы, отчаявшись навязать дочери предполагаемого жениха, пригрозили перевести девушку в меньшую по размерам магическую академию недалеко от дома. Поскольку уговоры оказались бессильны, они осуществили свою угрозу. Мне даже не довелось встретиться с подругой, чтобы попрощаться, а на Лера было жалко смотреть. Наконец, уже после начала занятий он постучал в мою дверь и огорошил заявлением, что с разрешения ректора и своих родителей переводится в магическую академию, куда направили Милу, чтобы быть поближе к ней. Вот так они и покинули меня одну в университете, где кроме нескольких знакомых даже не с кем было поговорить. Я не была изгоем, но и ладить с людьми не получалось. Те, с кем мы учились на одном направлении, занимали более высокое положение, а оттого блюли дистанцию, остальные жили полной жизнью и понять мою зацикленность на учебе не представляли возможным. Оставшись одна наедине с собственными проблемами, о которых и рассказать-то было некому, впала в уныние. Радости не прибавили и новости из дома. Тетка прислала письмо, в котором написала, что старый Томас скончался от редкой болезни, давно уже мучившей старика, вот только хранил он свой недуг в строжайшей тайне, предпочитая никому не рассказывать. Все эти происшествия надолго выбили меня из колеи. Я мучилась, что не поехала на каникулы домой, ведь знала, как всегда радовался моему приезду Томас. Я корила себя, что не замечала никаких признаков этой болезни. Я страдала от отсутствия друзей, которые облегчили бы эту скорбь.
К счастью, времени для раздумий оставалось немного, занятия стали более интенсивными и сложными, особенно практические тренировки. Кажется, из нас собирались сделать магов-боевиков, которыми так славится королевская армия. В комнату я заползала поздно вечером, едва живая, и сразу засыпала. Ко мне подселили новую девушку Амелию ван Ольтер, но наши отношения не развились дальше молчаливого признания общего соседства. Ей не хватало той живости, которой отличалась Мила и которая способствовала раскрытию моего весьма замкнутого характера. Полностью уйдя в себя, я стала еще более необщительной, учась в одиночку справляться со всеми трудностями. Практически не реагируя на подначки остальных адептов, казалась на их дружном фоне белой вороной. Я не ходила и в любимцах у преподавателей, за исключением только госпожи Селесты. Стиснув зубы, рвалась и рвалась вперед к своей цели закончить направление во чтобы то ни стало и быть принятой на королевскую службу. Я совершенствовала свои сильные стороны и избавлялась от слабых мест. Наверное, судьба не зря закаляла меня, ей ради неизвестной цели нужно было сделать из порывистой эмоциональной девчонки хорошего крепкого бойца, который не пасует перед трудностями. Пожалуй, только хитрости и изворотливости мне не доставало, чтобы стать первоклассным придворным магом, но я полагала, что опыта в практическом применении силы и умения постоять за себя будет достаточно.
До окончания университета оставалось всего ничего. Четвертый курс пронесся в череде монотонных дней. Изредка мои будни скрашивали письма Милы, в которых она рассказывала о напряженной борьбе с родителями. Подруга тоже сильно изменилась. Столкнувшись с настойчивостью родных, с предательством, как она считала, с их стороны, Мила была твердо намерена бороться за свое счастье, за право связать собственную жизнь с Лером. Она уверилась в его чувствах, когда он последовал за девушкой в крохотную академию, бросив престижный университет. Милолина не хотела тайной свадьбы, ей нужно было согласие обеих сторон, и она намеревалась его получить. Я от всего сердца желала подруге успеха. Еще я всячески пыталась тренировать собственный дар, развить зависимость между ним и своими чувствами, но пока ничего не получалось. Дар проявлял себя спонтанно: иногда когда я злилась, иногда когда раздражалась, временами, когда смеялась, но порой переставал слушаться и не реагировал на эмоции. Я отточила свои умения, искусство контролировать собственную силу и направлять ее в нужное русло, но усилить дар, в прямом понимании этого слова, не могла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
