Крит припарковался, взял меня за руку и помог слезть с байка. Ячуствовала свои ноги, ното чувство было забавным, однако оно быстро ушло. Я начала снимать шлем, но Крит оказался рядом и сделал это за меня.
- Спасибо. - сказала я, улыбаясь ему, я надеялась сказать ему, что хотела быть его другом. Я была готова к тому, что необходимо ему. Раньше я никому не была нужна. Идея, о том, что ему что-то от меня понадобиться, заставила почувствовать себя особенной.
- Тебе понравилось? - спросил он и повесил шлем на руль, до того как оглянулся и посмотрел на меня.
- Да. Как только поняла, что не умру. - честно ответила я. Крит засмеялся и потянулся за моей рукой. - Пойдём, дорогая. Поедим тут. Тебе понравится местная еда.
Я должен был трахать кого-то вчера ночью. Это вертелось в моей голове. Я встал с рассветом, потому что только так я мог взять Блайт позавтракать, это было безумием. Я мог бы выспаться, а затем поужинать с ней. И посадить её сзади на свой байк, была ужасной идеей. Мы должны были взять её машину.
Это должно было выглядеть как моя попытка спасения той дружбы, которую мы начали. Я не должен был думаьб о том, насколько хорошо её грудь смотрелась в этом топике и насколько хорошо я себя чувствовал, когда она прижималась ею к моей спине. Я собирался позвать Брит, когда всё это закончится. Она снимет напряжение.
- Ты действительно талантливый. Мне понравилось как ты пел прошлой ночью. - сказала Блайт своим сладким мелодичным голосом.
Я надеялся на то, что на моём лице не отражалось то, что я представлял её обнаженной и обёрнутой вокруг моего тела.
- Я рад, что ты пришла. Моя сестра была рада встрече. Грин упоминал о нашей новой соседке и ей было любопытно. Скорее всего,
Грин сказал Трише, а я искал причины, чтобы навестить эту соедку всё это чертово время.
- Она была действительно мила. Я обедала с ней на этой неделе. - сказала Блайт, улыбаясь, но я увидел, что она нервничает. Я имею ввиду.. Я надеюсь, что всё в порядке. Я ничего не имею ввиду. Просто она пригласила меня на обед. Она кажется действительно милой и всё, и я не стала другом, точно.
Это задело. Я это заслужил, но всё же это задело. Она распахнула глаза и с испуганным выражением лица покачала головой.
Чёрт, она была восхитительна.
- Я имею ввиду. Ты, конечно. То есть, я думаю мы, я имею ввиду, ты, то есть, ох. Я знаю ты.. друг.. своего рода.. - она остановилась, пытаясь понять свой бред. Затем он сжала губы и опустила свои глаза, смотря на стол.
Я трахал её мозг, убежал, как и должен был. Большинство девушек показались бы у моей двери, требуя внимания. Блайт просто приняла моё отсутствие и пошла дальше. Она ни у кого ничего не требовала. Как правило, девушки похожие на неё использовали свою красоту в качестве оружия.
Она даже не подозревала. Она действовала так, как-будто заслуживает такого отношения.
- Об этом. - сказал я, зная, что должен извиниться. Она не подняла глаза чтобы взглянуть на меня. - Я сожалею, что выбежал от тебя в ту ночь и что не проведывал тебя. В моей голове происходило некое дерьмо, и я волновался.. Я просто не знаю.. Чёрт. - Мне нужно было сказать это. Получить её там. Убраться оттуда, - Я не хочу чтобы у тебя возникло неверное представление о том, что мы делали.
О том, почему после ужина я приходил в себя так долго. Ты не.. - я не собирался говорить, что она не из тех девушек, которых я трахал, потому что это было неправильно. - Мне нравится быть возле тебя. Ты заставляешь меня улыбаться и мне нравится это. Я скучал по тебе эти две недели, и всё же хотел бы быть твоим другом. Если ты считаешь меня другом, пускай будет так. - я закончил.
Она подняла глаза и встретилась с моими, облегчение в них сказало мне всё, что я хотел знать. Она не хотела ничего кроме дружбы, однозначно. Я не собирался причинять ей боль. Она знала, что слишком хороша для меня. Если она даже не знала о своей красоте, то знала, что я не тот парень которого она заслуживает.
- Я бы хотела этого. Мне тоже с тобой весело. И я скучала по тебе. И ничего не ожидаю, кроме дружбы. - передо мной поставили тарелку блинов, которую я заказал и такой же заказ положили перед Блайт. Не было никакой возможности, что она съест всё это, я полагал, что она не закончит.
- Это выглядит действительно хорошо. - улыбаясь сказала она, а затем захихикала. - Я не верю, что на них взбитые сливки. И арахисовое масло.
Я подмигнул ей, прежде чем взял вилку и нож.
- Милая, если на блинах нет взбитых сливок и арахисового масла, то они не стоят того чтобы их есть.
Она облизала губы, в результате чего я почти уронил проклятую вилку с липкими вкусностями себе на колени. У меня были фантазии связанные с её языком. Дерьмо! Я должен был взять себя в руки.
- Я никогда не ела блины. - призналась она. В этот момент я все так уронил свою вилку.
Глава 9
БЛАЙТ
Пастор Уильямс не звонил мне практически месяц с тех пор, как я уехала. Я и не ожидала этого от него, правда, потому, что мы не так много общались, но с дургй строны он был моим защитником всю жизнь. Его не волнует, как я тут? Или он просто рад, что я уехала? Последнее предположение, было вероятнее всего.
У меня было всего одно фото с моего детства, и его сделала моя учительница. На нем я была запечатлена со своими одноклассниками, когда мы учились в четвертом классе. На день Святого Валентина учительница подарила каждому эту фотографию в рамке в виде сердечка. У меня никогда не было телефона с камерой, и такие вещи, как Фейсбук были для меня недоступны. Если бы миссис Уильямс увидела меня за этим занятием, я бы поплатилась за это.
Оглядев свою квартиру, я поняла, насколько она была безликой. В ней не было ничего, что говорило бы о моей жизни. Я бы хотела иметь хоть какие-то воспоминания, которыми я буду дорожить. Нет причин оплакивать прошлое. Все, что мне нужно сейчас, это сосредоточиться на своей жизни. Теперь у меня были друзья. У меня также был телефон с камерой и планшет.
Входя в дверь, я хотела бы видеть фотографии людей, заставляющие меня улыбаться. Я бы хотела видеть те моменты, которые навсегда останутся в моей памяти. Если я не хочу выделяться на фоне других, тогда
мне просто необходимо научиться жить как нормальный человек. Я думала, что переехав сюда, спрятавшись в своей квартире и погрузившись в написание книг, это все, чего я хотела.
Теперь я знаю, что ошибалась. Я ничего не знала о жизни: о том, насколько приятным может быть поцелуй, или каково это находиться в чьих-то объятиях. Мне никогда не доводилось выслушивать чьи-либо рассказы о жизни, и чтобы меня слушали в ответ. Испытав все это, я не хотела снова становится той девчонкой, которая отрезала себя от мира и ото всех, кто может причинить ей боль.
