доверять, с кем соглашаться. И наоборот.
— Осторожнее, Рэйн! — майор придержал архивариуса за рукав бархатной куртки. — Похоже, кабель все еще под напряжением.
Фиарэйн отклонился вбок и проскользнул в проем, не коснувшись небрежно оборванной оплетки, из которой во все стороны торчали разноцветные провода.
— Это место больше всего напоминает зону отчуждения. Такое количество препятствий и ловушек само по себе не появляется, — Данфи осторожно потыкал острием меча в кучу сваленных посреди прохода мешков, после чего взобрался по ним наверх.
— Вы абсолютно правы, Рауль, все эти «сюрпризы» устроены здесь нарочно. Я выбрал более опасный маршрут, потому что его никто не охраняет. Он как раз и предназначен для наивных простаков, которых мучает любопытство, — волшебник взмахом руки послал светящийся шар в дальний конец коридора, который путешественники только что прошли. — Например, для Леды Арн.
Девушка, тайком пробиравшаяся следом за гостями, замерла в луче яркого света, как пойманный зверек, но ее замешательство длилось недолго.
— Между прочим, вы и меня могли бы пригласить на ночную прогулку, — кивком головы Леда указала на Анну, которая даже в разоренном техническом коридоре выглядела так, словно собралась на светский прием.
— Моя сестра — волшебница, она может гулять, где и когда ей вздумается, а вам сейчас положено быть в постели.
— Я уже давно не ребенок и время от времени нарушаю внутренний распорядок.
— А как вы узнали о нашей вылазке?
— Нетрудно было догадаться, что вы захотите увидеть больше, чем вам показывают, но здесь нет ничего, кроме мусора. Это просто недостроенная часть Убежища.
— Вы сильно удивитесь, когда узнаете, что именно мы здесь ищем.
— Кое-что уже нашли. Вернее, кое-кого… — отозвался Николас, который успел уйти немного вперед.
Остальные поспешили к нему присоединиться.
— Матерь божья! — при виде человеческого скелета, висевшего на железной балке прямо в центре прохода, Юджин невольно отступил на пару шагов. — Похоже, кости мужские. Но как бедняга умудрился умереть в таком странном положении?
Ник обменялся взглядом с карцерибусом, пригнулся и зашел с другой стороны.
— У него проломлен череп, так что на балку его забросили уже после смерти.
— Но зачем нужно было это делать?
— Чтобы никому больше не вздумалось гулять ночью по запретной зоне, — волшебник подвесил светящийся шар непосредственно над балкой, но не обнаружил на костях ничего вещественного. — Вряд ли теперь удастся установить личность убитого.
— С этого человека специально сняли все до нитки, чтобы его невозможно было опознать, — тихо произнесла Леда, которая отреагировала на скорбную находку с полным самообладанием. — В Убежище принято маркировать каждый предмет одежды, все наши вещи именные.
Отогнув ворот комбинезона, она показала несмываемую надпись на его внутренней стороне. Глядя девушке в глаза, Ксан провел пальцем по написанному имени, но прикосновение она почему-то ощутила на своей коже.
Этот квест длиной примерно в четыре фарлонга закончился, как и следовало ожидать, тупиком. Волшебник окинул взглядом глухую стену, небрежно замазанную строительным раствором, и подавил вздох.
— Ренато Шейн до зевоты предсказуем, ему явно не хватает воображения.
— Зато наглости хоть отбавляй, — Юджин огляделся в поисках подходящего инструмента. — Ну что, ломаем?
— Сам справлюсь, — буркнул Ксан.
С виду он не делал абсолютно ничего, просто стоял и смотрел, но серовато-бурая застывшая масса внезапно потрескалась и раскрошилась, а под ней обнаружилась гладкая стена типового бокса с дверным проемом посередине.
— У каждого уважающего себя подземелья имеется подобное пикантное дополнение, — с удовлетворением подвел итог карцерибус.
— И что же это, по-вашему? — спросила озадаченная Леда.
— Как, что? Тюрьма, моя юная леди.
Место заключения своим видом очень напоминало лабораторию, что отнюдь не делало его более привлекательным. Просто узнику там было, чем заняться. Кроме небольшой комнаты, заставленной всевозможным оборудованием, в его распоряжении имелись крохотная душевая, она же туалет, и спальня размером с платяной шкаф, в которой стояла только короткая жесткая кушетка. Поскольку занятие узника было непосредственно связано с тонкой электроникой, его тюремщики не использовали на дверях повсеместно принятые в Убежище кодовые замки. Все три двери, ведущие к его камере, запирались огромными примитивными засовами.
Заключенный сидел спиной к входу, сгорбившись над разложенными на столе крохотными микросхемами. При звуке открывшейся двери он привычно заложил руки за спинку стула и скрестил кисти, ожидая, что сейчас его закуют в кандалы. Когда ничего подобного не произошло, узник, наконец, обернулся и буквально остолбенел. Но смотрел он не на толпу незнакомых вооруженных мужчин, его потрясенный взгляд был прикован к Леде. Лицо узника внезапно резко побелело, глаза закатились, и он свалился со стула прежде, чем кто-то из гостей успел его подхватить.
Глава 7
— Этот человек болен, ему нужна помощь медика! — уже не в первый раз повторяла Леда, но Ксан оставался непреклонен. — Прошу вас, пошлите кого-нибудь за Олин Твил.
— Он не болен, просто в обмороке. Увидел вас и не смог справиться с эмоциями.
— Меня?! По-вашему, я такая страшная, что напугала беднягу до потери сознания?
— Напротив, вы красавица, Леда Арн, и, скорее всего, очень похожи на свою мать.
— Не понимаю, при чем здесь мама? Она погибла очень давно, в самом начале вторжения…
— Вероятно, но этот человек запомнил ее именно такой, какая вы сейчас. Мне нужно ненадолго отойти, побудьте пока с Анной, — с этими словами Ксан поспешно покинул камеру, оставив Леду хлопотать над бесчувственным узником.
— Тэйн рассказал мне о том, что видел за Дверью, — понизив голос, заговорила девушка. — Но вы не волнуйтесь, это
