вот, – продолжила, когда внимание вернулось назад, – я все время забываю, что нужно удерживать эталонное состояние и следить за мыслями. Просто, если это делать качественно, то когда жить?!
Антон резко остановился.
– Жить?! – переспросил с каким-то странным выражением. – Эти две практики даются каждому ученику для контроля над собственным вниманием. Ведь человек, не способный на это, не может считаться живым. У него нет права выбора. Оглянись, люди в большинстве своем ежедневно занимаются самоедством, накручивают внутри негатив, переживают из-за каждой мелочи. Но если спросить их, желают ли они себе плохого настроения, ответят – конечно нет! А может, секрет в том, уточнишь ты, что если будешь глубоко переживать, проблемы разрешатся сами? И тоже нет. Но тогда зачем вредить самому себе?! И они скажут, что не могут ничего поделать… не могут это контролировать… Здесь дело в том, что их внимание не принадлежит им, такие люди, к сожалению, просто программы реагирования. Им не рассказывали, что можно по-другому, а кому говорили – те не услышали. И нет у них времени на «ерунду», о которой мы с тобой толкуем. Они заняты, вовлечены и на всю катушку используются Системой, а вся энергия ежедневно утекает на быт или бесцельные развлечения…
Катя засопела и покосилась недобро. Может, это и относится к другим, но при чем тут она? Ведь студент-медик просто обязан хорошо учиться… поэтому и приходится тратить на это почти все свое время.
– Ой! – Антон внезапно присел и схватился за носок кроссовка. Это только что подброшенный камушек шлепнул его по ступне. Парень поморщился и сдавленно просипел: – Ты поняла, что я хотел сказать?
– Больно?! – Катя участливо проигнорировала его вопрос.
– Н-нет… – разогнулся и продолжил движение вперед, но уже прихрамывая. И вновь заговорил: – Нужно всегда ставить практики на первое место, прикладывать максимум усилий – тогда они начнут получаться, и ты обретешь то, что невозможно выразить словами. Ведь все вокруг – пустое. Жизнь пролетит как одно мгновение и лишь в конце поймешь, что спустила ее в никуда, гоняясь за призрачными миражами.
– Красиво заворачиваешь, – пробурчала девушка. А ведь действительно – ценности, к коим сейчас тяготеет человечество, после смерти «туда» не взять. Но есть ли вообще что-то там, за чертой? Душа и все такое… Это, пожалуй, был главный вопрос и камень преткновения. Ведь можно всю жизнь так зазря спустить, разыскивая внутри то, чего нет. А в это время другие, более предприимчивые, реализуют свой шанс: заработают деньги и доберутся до власти. И под конец, пока ты, жалкий неудачник, будешь на одну пенсию лапу сосать, эти дальновидные люди окажутся в шоколаде. Сядут и примутся в потолок поплевывать, наслаждаясь возможностями и могуществом. Ох, знать бы точно, где истина, а где ложь, чтобы не прогадать… а то всю жизнь сплошные колебания и сомнения. И снова на душе сделалось тоскливо и муторно.
Дальше они шли молча. Антон глазами выискивал подходящий объект для тренировки. Девушка обдумывала свое, все сильнее мрачнела и тоже косилась вниз. Но камни больше не встречались – только трещины на земле, бегущие в стороны паучьими сетками. Возникла странная мысль, что это они и попроглатывали камни. Слишком давно не было живительных дождей, чтобы затянуть разломы. А те покорно закатились и погрязли на дне. Ведь что с этих камней взять, сколько ни кидай – не полетят, только по макушке приложат, да еще глубже в грязи увязнут.
– Проще перешагнуть и дальше пойти, – голос Антона раздался над самым ухом.
Вздрогнула и выдохнула:
– Что?!
– Ну ты уже пару минут перед траншеей стоишь. Все не решаешься. Но она же не широкая – половина шага, чего испугалась?
Опомнилась и опустила глаза под ноги. Действительно, дорогу пересекала глубокая узкая рытвина и тянулась налево за забор. И кому, интересно, понадобилось налаживать тут водоснабжение?
Преодолев препятствие, они двинулись вдоль ограждения. Катя продолжила ныть:
– Моя тайная практика совмещает в себе неприятное с бесполезным…
Антон на ходу сорвал с дерева листочек, пожевал, резко выплюнул, высунул язык и замотал головой:
– Бе.... Горький!
Покосилась на него с укором и вновь печально поджала губы:
– В этом слове 12 букв…
Хотелось, чтобы он угадал, согласился, что задание дурное и посоветовал не делать. Тогда бы совесть перестала пихаться копытами и подхрюкивать, что это не практика плоха, а просто хозяйка не в меру ленива.
Но спутник неожиданно широко улыбнулся и заключил:
– Да это тебе еще повезло! В моем секретном задании в четыре раза меньше…
Катин взгляд невольно задержался на трех буквенном слове, вычленив его из многообразия назаборных надписей.
– Ну ладно, ладно, – Антон закрыл собой обзор. – Скажи по секрету, я никому не проболтаюсь.
– Перепросмотр…
– Ах, это… И в чем проблема? Достаточно ежедневно прокручивать перед сном прошедший день и перевспоминать неприятные события из своей жизни. Воскрешаешь эмоционально заряженные моменты – сегодняшние или более ранние и из спокойного состояния смотришь, где в них совершил ошибку и повелся на негатив. А потом мысленно поступаешь по-другому, правильно. Формируешь установку в подобной ситуации больше так не подставляться.
– И все?! – не поверила Катя. – Откуда такая информация?
– Наша группа существует два года, я много практиковал…
– Угу-угу, – девушка критически осмотрела его с головы до ног. – Однако я не заметила, чтобы хоть кто-то из вас хорошо владел первыми двумя практиками.
– Ну… – сузил глаза собеседник, – кое-кто, может, и владеет, да так искусно, что ему не составляет труда притворяться, что не владеет вовсе. – Он сказал это с таким явным намеком и выражением лица, что сразу стало понятно – парень подозревает себя лично. Ну и самомнение! И девушка, не удержавшись, захохотала.
– Что такое? – обижено проворчал Антон. И наклонился, обнаружив еще один чертов камень. Через мгновение раздалось хриплое: – Ой, блин… По больному месту прям!
Глава 13. Сентябрьские хлопоты
– Красавица! Может, все же вас подвезти? Ну надорветесь же?! – из машины выглядывал приятный на вид парень и настойчиво предлагал свою помощь.
– Сказала же – нет! Спасибо, но я сама донесу, – отшила Катя очередного кавалера.
И хоть внешне она казалась сердитой – пристают мол, со своими комплиментами и помощью, внутри как бальзам по душе растекался.
На календаре алело первое сентября, день клонился к вечеру, и девушка устало брела из института домой. Сегодня она рано проснулась и успела тщательно навести марафет, благо, синяки уже посходили. Накрасилась, накрутила волосы, надела туфли на шпильке и красивое платьице, самое откровенное из имеющихся.
Учеба в меде имела приятный бонус – можно в чем угодно на занятия заявиться: в топике, шортах, да хоть в купальнике! Никто не
