помогло.
Он ворчал. Рычал. Ругался матом. Он даже пытался отобрать у неё телефон. Но не потянулся за бутылкой. Или фляжкой. Она демонстративно игнорировала его с момента прибытия на яхту, вела себя так, будто его не было, что, казалось, всегда раздражало так же сильно, как и подтрунивание. Она также заметила, что до сих пор он не пил ничего, кроме газировки.
— Я думаю, нам нужно приступить к нашей игре с Дон Жуаном, — сказала она Харпер.
Взгляд сфинкса метнулся к бассейну, а затем остановился на Хлое.
— О, я забыла спросить, как прошло твоё свидание.
Хлоя просунула руку под бретельку бикини, чтобы нанести солнцезащитный крем на ключицу и плечо.
— Леди о таком не распространяются.
— Но ты не леди, так что выкладывай.
— Ты надела маленькое чёрное платье? — спросила Рейни. — Я не зря называю это платье удачливым.
— Да, и оно действительно принесло удачу. — Хлоя кивнула.
— Я немного расстроена, что парень пригласил на свидание не меня. Он горячий. — Рейни сдвинула солнцезащитные очки выше на переносицу. — Но он явно предпочитает маленьких и психованных.
— Я не такая маленькая, — нахмурилась Хлоя.
— Но психованная.
— Я считаю, что это освобождает.
— Я полностью могу в это поверить, — хихикнула Харпер.
Закончив наносить солнцезащитный крем на ноги, Хлоя посмотрела на Рейни:
— Можешь намазать мне спину?
— Я намажу.
Она напряглась, потому что эти слова исходили не от Рейни, а от человека позади. Кинан.
***
Он был в аду. Находиться рядом с Хлоей, не имея права прикоснуться к ней, и так было достаточно тяжело. Но видеть, как капельки воды стекают по её восхитительному телу — капельки, которые он хотел слизать языком, — и наблюдать, как она размазывает крем по коже… чёрт. У мужчины есть свои пределы.
Его член, такой готовый и тяжёлый, что причинял боль, был твёрже, чем стальной трос. Успокоиться было невозможно. Не тогда, когда её мокрое бикини прилипло к телу, подчёркивая изящные изгибы и давая ему возможность увидеть то, чего он иметь не мог. Он хотел сорвать его с неё, хотел потрогать, попробовать на вкус и, возможно, даже укусить.
И всё же Кинан, возможно, смог бы держаться на расстоянии, если бы не услышал, что она пошла на чёртово свидание. Чёрная ревность сильно охватила его, насмехаясь над собственнической жилкой, которая окружала Хлою Уоллис, как провод под напряжением. Его демон был в ярости. По его мнению, она принадлежала им; ни один другой мужчина не имел права прикасаться к ней. Демон хотел выследить ублюдка, который пригласил её на свидание, и сделать предупреждение, которое никогда не забудет. Он хотел заставить её понять и признать, кому она принадлежит. Что-то примитивное в Кинане побуждало положить на неё руки и в каком-то смысле отметить своим прикосновением — что-то, чего она, возможно, не увидит, но почувствует. И вот он обнаружил, что стоит за её шезлонгом, предлагая нанести ей на спину солнцезащитный крем.
Она взглянула на него через плечо, но ничего не ответила. Он насмешливо выгнул бровь и ждал, зная, что она ответит на молчаливый вызов.
Хлоя прищурилась.
— Хорошо. — Подавшись вперёд на шезлонге, она протянула ему бутылку. — Только не испачкай мне волосы.
Она повернулась к Харпер, будто что бы он ни сделал дальше, не имело значения. Ага? Он на это не купился.
Кинан оседлал шезлонг, окружив её тело своими бёдрами. Он держал достаточное расстояние между их телами, чтобы ему не было неловко правильно нанести солнцезащитный крем.
В тот момент, когда его покрытые лосьоном руки коснулись её плеч, через него пробежал разряд, будто он включил себя в розетку. Он услышал, как она резко втянула воздух, и мысленно улыбнулся. Для неё это было бы не легче, чем для него.
Пока она вела бессмысленный разговор с остальными, Кинан скользил по ней руками, разминая и массируя. В этом не было ничего чувственного. Любому, кто наблюдал бы за этим, это показалось бы почти хладнокровным. Но его прикосновения были твёрдыми и уверенными; он позволил ей почувствовать в них собственнические нотки. Она на него не наехала. Она также никак не отреагировала, когда он просунул пальцы под завязки бикини или очень легко провёл кончиками пальцев по бокам грудей — будто она полна решимости заставить его поверить, что едва замечает его. Чушь собачья.
Он скользнул своим сознанием по её.
«Осталось меньше трёх дней до окончания пари. Начинаешь нервничать?»
«С чего бы мне нервничать?» — спросила она.
Подавив улыбку, он положил солнцезащитный крем на стол и встал.
«Меньше чем через семьдесят два часа я попробую тебя на вкус. Не волнуйся, тебе это понравится».
«Не рассчитывай. И просто имей в виду, что неудачники попадают в ад, ты же знаешь. О нет, подожди, это лжецы».
— Нет! — крикнул Ашер, сердито глядя на своего отца в бассейне.
— Ты не можешь оставаться здесь весь день, — спокойно сказал ему Нокс, направляясь к лестнице.
— Могу, — настаивал Ашер.
— Не можешь
— Могу.
— Нет. Ты. Не можешь. Теперь давай выходить…
Пламя вспыхнуло вокруг Ашера, который затем исчез из объятий отца и появился на шезлонге Хлои. Он надулся.
— Папа злой, Коя.
Она подняла его на руки и крепко прижала к себе.
— О, чувак, твой папочка просто хочет намазать тебя солнцезащитным кремом, чтобы ты не сгорел.
Но его маленькая надутая губка никуда не делась.
Харпер вздохнула и достала бутылочку детского солнцезащитного крема.
— Малыш, давай тебя обмажем.
— Коя, намажь, — сказал он, наклоняясь к женщине-импу.
— Конечно. — Хлоя взяла флакон и начала наносить лосьон. — Ты ещё не проголодался?
Он покачал своей маленькой головкой.
— А пить хочешь?
Он снова покачал головой.
Харпер подалась вперёд.
— Я думаю, ты устал. Хочешь вздремнуть?
— Нет, — сказал он, но от зевка у него чуть челюсть не треснула.
