— Я уверена в нем, адмирал Квиери. Понимаю, вы из вежливости не спрашиваете о моей семье, и очень ценю это. В моей семье все по-другому. Этот брак совершенно не похож на ваш с миссис Квиери. Мой отец… ну, он не такой…
Адмирал порывисто поднялся со стула и обнял Руби.
— Думаю, что понимаю вас. Но хочу сказать еще несколько слов. Если когда-нибудь вам что-нибудь понадобится от меня или моей жены, только поставьте нас в известность. Обещаете?
Руби вытерла слезы.
— Обещаю.
— Теперь успокойтесь и приготовьтесь к ланчу с миссис Квиери. Я уже хорошо пообедал у начальства. А моя жена поведет вас в чудесный ресторан. Я сам сообщу ей о нашем разговоре. Она тоже беспокоится за вас. Ладно, хватит об этом.
Закрыв двери офиса, Руби почувствовала легкое головокружение. У нее словно гора с плеч свалилась. Она могла быть довольна, пока все складывалось вполне благополучно.
Однако в пятницу вечер прошел не так чудесно, как надеялась Руби.
— Мы с тобой похожи на двух мокрых куриц, — заметила она Ноле, потягивая маленькими глотками вишневый сок.
— Сожалею, но я плохо чувствую себя с утра и ничего не могу есть, — пожаловалась подруга. — Но ты не обращай на меня внимания.
— Да я не очень-то и голодна, — ответила Руби.
— Господи, а если меня завтра затошнит в автобусе?
— Откроешь окно. Что ты еще можешь сделать? Калвин будет ждать нас на вокзале. — Руби протянула через стол двадцать семь долларов. — Это тебе на всякий случай.
Глаза Нолы наполнились слезами.
— Как же я возьму это?
— Вот так и бери. А теперь пошли отсюда.
Руби великодушно оплатила счет, прекрасно зная, что подруга нуждается в каждом центе, чтобы удержаться на плаву. Ей хотелось бы заглянуть в будущее Нолы, но она тут же отбросила эти мысли, убеждая себя, что с подругой все будет хорошо. У Нолы мужественный характер. Она сумеет преодолеть трудности. Кроме того, у нее есть чудесная любящая семья.
На следующее утро Калвин и Руби приехали на автовокзал и теперь терпеливо ожидали, пока Нола погрузится в автобус, который должен был доставить ее в штат Мичиган. Прощаясь, обе девушки плакали, крепко обнимали друг друга, обещая писать письма.
— Обязательно дай мне знать, кто родится: мальчик или девочка. Я обязательно пришлю для малыша что-нибудь из одежды.
В последний момент Руби все-таки не выдержала и разрыдалась так, как никогда еще не плакала в своей жизни. Сквозь слезы она долго смотрела вслед автобусу, пока он не исчез на фоне яркого сентябрьского неба.
— Успокойся, Руби. Такое впечатление, будто Нола умерла. Она ведь уехала домой, только и всего. Ты можешь писать ей каждый день, а когда-нибудь вы наверняка даже встретитесь снова. Вот уж не знал, что ты так сильно привязана к ней, — добавил Калвин несколько раздраженно.
— Нола — моя подруга. Она всегда помогала мне не на словах, а на деле. Не думала, что мне придется объяснять тебе такие вещи. Впрочем, это даже к лучшему. — Руби спрятала в карман носовой платок. — Андрей Блу частенько насмешливо отзывался о девушках из провинции, явно имея в виду и меня. Да, судьба забросила меня в Вашингтон, меня, девушку из маленького города в штате Пенсильвания. Я приехала сюда, отлично зная, что моя сестра просто ненавидит меня. У меня не было ни настоящего друга, ни работы, я выглядела так, словно вывалилась из телеги с сеном. Именно Нола сделала меня человеком, научила одеваться, заставила поверить в себя. Моя сестра даже и не подумала об этом. Она не помогала мне, а только мешала. Если бы у меня не было денег, Нола непременно одолжила бы их у кого-то другого, вот какой она человек. Теперь Нола уехала, и ей сейчас очень плохо. Тебе следовало бы научиться заботиться о людях, иначе ты будешь походить на робота. Иногда мне хочется, чтобы ты вел себя более раскованно, не боясь… впрочем, забудем об этом.
— Я могу стать тебе самым лучшим другом, — невозмутимо ответил Калвин.
Руби бросилась к нему в объятия.
— Ты и так мой друг, но ты мужчина, а Нола — девушка. В этом-то вся и разница.
Калвин лишь кивал в ответ, неуклюже поглаживая Руби по голове, а затем вообще отступил в сторону, очевидно, беспокоясь о смятом галстуке и воротнике рубашки. Руби даже стало жаль его. Да и мог ли он вообще понять ее? С отъездом Нолы она словно потеряла что-то очень важное для себя.
Руби не помнила, как оказалась возле своего дома. Пробормотав что-то невразумительное сидящим на улице девушкам, она поднялась по ступенькам и вошла внутрь, затем заглянула в гостиную, где сидели Амбер и Нанги, и молча направилась в свою комнату. Там Руби бросилась на постель. Она снова зарыдала, уткнувшись лицом в подушку, даже не понимая истинной причины своих слез. Впрочем, сейчас ей не хотелось думать об этом.
Через некоторое время Руби отправилась в ванную, чтобы привести себя в порядок. Глаза ее опухли и покраснели. Выглядела она просто безобразно. Господи, как Калвин мог влюбиться в нее? И почему вообще он ее любит?
— Я сильнее и выносливее его. Я ему как мать, я успокаивающе похлопываю его по плечу, говоря, какой он чудесный, — сама себе ответила Руби.
— А любит ли тебя Калвин? Любит ли он тебя так же, как Пол Лачери любит свою Грейс? — вдруг прошептал ей внутренний голос.
— Калвин утверждает, что да, — возразила Руби.
— И ты веришь ему?
— Я знаю, он не обманывает меня.
— А ты сама? Любишь ли ты Калвина? — не унимался голос.
— Конечно. Иначе я бы не выходила за него замуж.
— Разве это не предлог, чтобы ускользнуть от опеки своих родителей?
Руби презрительно фыркнула.
— Я уже ускользнула от них и вполне счастлива здесь. Мне нет никакой нужды выходить замуж по расчету.
— Разумеется, — слащаво нашептывал голос. — Но если ты будешь замужем, отец не сможет заставить тебя вернуться домой. А так он по-прежнему имеет право распоряжаться тобой и еще долго будет сохранять эту власть. Во всяком случае, пока ты будешь находиться где-нибудь здесь, поблизости. Признай же это. Ты просто увлечена Калвином. Ты лишь разыгрываешь из себя сильного человека, который всегда поступает правильно и непогрешимо. Тебе нравится заботиться о Калвине, словно он твой брат или отец. Это дает тебе право ощутить свое превосходство над энергичным молодом лейтенантом. Хочешь воспитывать его всю жизнь, сдувать с него пылинки. Калвин — слишком слаб.
— Заткнись! — выдавила Руби сквозь зубы. — Заткнись, черт бы тебя побрал!
— Хорошо, я заткнусь, но сначала ты должна сказать, почему все-таки ты любишь его. Почему? Или он просто нравится тебе? А может, ты просто жалеешь его? Признайся.
