— Мисс Коннорс!
Затем Андрей жестом пригласил девушек к своему столу, предупредительно выдвинув стулья.
— Весьма тронут встречей с вами. Я уже думал, что придется обедать в одиночестве.
— Что вас привело на Аннекс? — поинтересовалась Амбер, расправляя на коленях салфетку, и, не дождавшись ответа, спросила: — Вы ведь знакомы с Этель, не так ли?
— Да, к моему огромному удовольствию, — обворожительно улыбнулся Андрей.
Амбер тут же начала прихорашиваться, а Этель смущенно покраснела.
Поначалу разговор явно не клеился. Говорили о погоде, о приближающихся праздниках, потом Андрей ловко сменил тему.
— Руби мне действительно очень нравится, но я вот-вот потеряю ее, — с сожалением произнес он.
— О, неужели вас переводят? — удивилась Амбер, налегая на салат. Казалось, ее ничуть не заинтересовало это сообщение.
Андрей шутливо погрозил ей пальцем.
Амбер улыбнулась в ответ, словно услышала комплимент.
— Да нет же, — с некоторой досадой проговорил Андрей. — Я имею в виду Руби. Вы выгораживаете ее? Так-так. Конечно, вы ведь ее сестра. Впрочем, вероятно я задел больное место…
Этель удивленно посмотрела на него.
— О чем идет речь? — тоже насторожилась Амбер, положив вилку.
— Сожалею, если сказал лишнее, — вдруг заторопился Андрей. — Я получил штабной автомобиль. Он может в любую минуту потребоваться генералу. Извините. Вряд ли мы теперь когда-нибудь сможем увидеться с вами.
— Минуточку, объясните ваши слова, — потребовала Амбер.
— Послушайте, я уже выбыл из этой игры. Завтра Руби выходит замуж… Я просто думал, что вы будете… Я вовсе не хотел расстроить вас, поверьте. Такое случается во всех семьях… — бессвязно забормотал Андрей, изображая полную растерянность, затем, уже поднявшись из-за стола, бросил через плечо: — Передайте Руби мои самые лучшие пожелания и скажите, что я надеюсь на ее счастье с этим… этим филиппинцем или как его там…
— Филиппинцем?! — выдохнула Амбер. — Немедленно вернитесь, Андрей! — властно приказала она.
— Не могу, мисс Коннорс, я уже опаздываю, я должен идти. Самый достойный одержал победу, увы, им оказался не я.
Пока Андрей шел к выходу, на него смотрели все секретарши, находившиеся в столовой.
Этель продолжала молча есть, опустив глаза в тарелку.
Амбер тяжело вздохнула раз, потом другой. У нее просто не укладывалось в голове, что завтра Руби выходит замуж. Наверное, это просто шутка. Но этот морской пехотинец говорил обо всем вполне серьезно.
— Боже мой, — прошептала она.
— Неужели Руби действительно… — начала Этель.
— Нет, она не сделает этого, — словно отрубила Амбер. — Да, Руби всегда была непредсказуема. Значит, решила удрать. Прямо у меня из-под носа! Я должна немедленно вернуться домой. Впрочем, отец не придет с работы до четырех часов, а с мамой я не могу говорить об этом.
— Подожди, Амбер, — умоляюще проговорила Этель. — Почему ты должна все выложить родителям? Очевидно, Руби держит все это в тайне. Раз она влюбилась, так пусть сама устраивает свое счастье. Будь Руби моей сестрой, я бы никогда не выдала ее. Кстати, вспомни Нанги.
— Я сама разберусь с Руби, — выпалила Амбер.
— Как бы не так. Руби всего добилась сама. Я помню, какой она приехала сюда в июне. Теперь у нее более престижная работа, чем у нас с тобой, вместе взятых. По вечерам Руби посещает занятия. Она уже научилась одеваться. Всего этого твоя сестра добилась самостоятельно. Так не мешай же ей быть счастливой.
Амбер решительно отодвинула в сторону свой поднос.
— Ты не понимаешь, Этель. Мой отец…
— Я вполне представляю его себе, зная собственного отца. Тебе сейчас почти двадцать один, а он еще ничего для тебя не сделал. Прежде чем шпионить за Руби, лучше подумай, что ты вытворяешь сама. Тебе известно, что собой представляет Нанги. Забудь, что тут наговорил этот Андрей, — посоветовала Этель, пристально глядя на подругу.
Амбер откинулась на спинку кресла. Оказывается, никто не желает причинить боль Руби. Господи, ну почему все происходит именно так? Если она послушается Этель, отец наверняка отвернется от нее, возненавидит, обвинит во всем только ее одну. Впрочем, в глубине души Амбер не была уверена, что отец уже не ненавидит ее, как Руби, мать и даже Опал. Возможно, Георг Коннорс ненавидит всех женщин. Проклятье, как Руби только решилась на такое?! С одой стороны, Амбер восхищалась изворотливостью и хваткой сестры, но, с другой, предстоящая свадьба и возможный побег теперь затрагивает и ее интересы.
Амбер собрала пустую посуду на свой поднос и лукаво улыбнулась Этель.
— Интересно, что из себя представляет этот Андрей?
Дружно рассмеявшись, подруги вышли из столовой.
Глава 3
Зажав в одной руке письма, в другой — портфель, Опал Коннорс спешила к своей бабушке. Она просто сгорала от нетерпения прочитать письмо от сестры, адресованное лично ей. Мэри Козински тоже обрадуется весточке от Руби.
Опал о многом хотелось сообщить Руби. Бабушке, например, становилось все труднее дышать. Доктор навещает Мэри через день, а иногда и ежедневно. Дядя Хенк последнее время все чаще с тревогой смотрит на мать, а дядя Джон старается далеко не отлучаться от дома.
После отъезда Руби в жизни Опал тоже многое изменилось. Каждый день, перед школой, она несется вприпрыжку в маленький домик из полевого камня, чтобы занести в магазин список необходимых продуктов. Перед обедом Опал тащит все покупки домой, готовит для бабушки сандвич и тарелку супа и снова убегает в школу. После школы она обычно забирает из ящика почту, возвращается в маленький домик, готовит ужин, хлопочет по хозяйству, затем бежит домой, чтобы помочь матери. После ужина Опал опять приходит к бабушке, моет посуду, занимается бельем. Всю эту работу раньше выполняла Руби, успевая также гладить, чистить, развешивать белье. Если дядя Джон и дядя Хенк работали в две смены, она еще косила газон. Опал уже не раз ломала голову над тем, как сестра умудрялась все это делать?
Опал уставала до чертиков, но еще больше ее угнетало то, что теперь, после отъезда Руби и из-за болезни бабушки, она ни с кем не могла поделиться своими секретами, пожаловаться на трудности. Иногда ей так хотелось попрыгать со скакалкой или поиграть в мяч с соседской детворой.
Захлопнув стеклянную кухонную дверь, Опал, задыхаясь, проговорила:
— Это я, бабушка! У меня письмо от Руби. Ба-а-бушка!
— Тише. — Соседка Мэри, миссис Матия, приложила палец к губам. — Бабушка тяжело больна, поэтому отправляйся домой и больше не ори, как кот на крыше. Поняла? У твоей бабушки инсульт.
