за ним проследить! На минуту оставить нельзя! Я целый день с него глаз не спускала, и все зря!
– Ты просто целый день сидела дома и опустошала холодильник. А я, между прочим, работала. И сейчас хочу отдохнуть.
Нинка ушла к себе недовольная.
А я поужинала, послушала музыку и легла спать.
На этот раз мне снилось, что я иду по какому-то средневековому зданию со сводчатыми потолками, спускаюсь по лестнице в подвал и вижу там несколько огромных каменных гробов… как-то они называются… кажется, саркофаги.
И вдруг крышка одного из этих саркофагов начинает медленно подниматься…
Я в ужасе попятилась.
Крышка слетела с саркофага, и из него поднялась во весь рост Лариса, секретарь Пумпянского.
– Кто здесь от Ларионова? – проговорила Лариса гулким замогильным голосом.
– Я… – отозвалась я испуганно.
И тут я увидела, что губы Ларисы измазаны кровью. Значит, она не только взглядом убивать умеет, но еще и загрызть может…
– Что же вы к нему не идете? – процедила Лариса. – Менелай Орестович ждет!
С этими словами она показала мне на соседний саркофаг.
И тут я услышала, что из этого саркофага доносится негромкий стук.
Я ахнула…
И проснулась.
Я лежала в собственной кровати, но в мою дверь действительно тихонько стучали.
Я вскочила с кровати, подбежала босиком к двери и испуганно прошептала:
– Кто здесь?
– Это я, Нина! – донеслось из-за двери. – Впусти меня!
Я немного поколебалась, но все же открыла дверь.
Нинка протиснулась в мою комнату.
– Что случилось? – спросила я, сонно протирая глаза.
На самом деле сна у меня не было ни в одном глазу, но я хотела поставить Нинку на место.
– Он вернулся! – прошипела Нинка.
– Кто?
– Да проснись ты уже! Он, Викентий! Сосед наш новый! По совместительству, убийца по вторникам!
– Вернулся – и спать лег? Я тоже спать хочу!
– Да нет, он еще по лестнице поднимается. Я его из окна увидела.
– Ты что – не спала?
– Что ты все – спала, не спала… тебя только сон интересует! Я же решила за ним следить – ты не забыла? Правда, сперва ненадолго заснула, но потом проснулась, потому что машина к дому подъехала. И увидела, как он из этой машины вышел…
Она сделала трагическую паузу, округлила глаза и добавила:
– И что-то вынес!
– Что? – переспросила я очень тихо, чувствуя, как мне передается Нинкино возбуждение и по спине расползаются мурашки.
– А ты как думаешь?
В это самое время во входной двери квартиры негромко заскрипел ключ.
Нинка прижала палец к губам и метнулась к двери комнаты, чуть приоткрыла ее и выглянула в коридор.
И я тоже не выдержала, тихонько подкралась к двери и присоединилась к Нинке.
Входная дверь бесшумно открылась, и в прихожую протиснулся Викентий.
На плече он нес что-то длинное, тяжелое, завернутое в темную шелковистую ткань.
– Видела? – прошипела Нинка мне в ухо. – Как ты думаешь, что он несет?
– Ну… не знаю…
– Зато я знаю! Труп!
– Труп? – переспросила я недоверчиво. – Какой труп?
– Труп своей очередной жертвы! Я сколько раз видела в кино, что трупы переносят, завернув в ковер или в какое-нибудь покрывало! Вот и он так…
– Постой, он же убийца по вторникам, а сегодня уже среда… – Я покосилась на часы.
– Ну да, но вчера-то был вторник, и он уже убил ту женщину из кордебалета. Но ты же помнишь, что труп не нашли, потому что он не успел от него избавиться. Он его где-то прятал…
Пока мы шептались перед дверью, Викентий крадучись прошел по коридору и вместе со своей ношей скрылся за дверью своей комнаты. Я проследила за ним и снова повернулась к Нинке:
– И что – не нашел ничего лучше, чем притащить его домой? Как-то это глупо…
– Ну, так сложилось… может, он его сюда временно принес, пока не найдет ничего лучше.
– Но, извини, труп очень быстро завоняет!
– А он его положит в холодильник…
– Какой холодильник? – рассмеялась я. – Ты что – не знаешь, какой у этого жмота Валерки холодильник?
Это верно, Валерка притащил для жильцов откуда-то подержанный маленький холодильник, морозилка там крошечная, две пачки масла с трудом входят, а на полку бутылка пива и то стоя не влезает, класть приходится.
– Вечно ты меня критикуешь! – обиделась Нинка.
– Да потому что глупость говоришь. Ты видела то, что он нес? Это гораздо тоньше, чем любой труп.
Кажется, на этот раз я заставила Нинку задуматься. Но все же она нашла ответ:
– А ты помнишь, что эта женщина танцевала в кордебалете? Знаешь, какие они стройные! – при этих словах Нинка завистливо вздохнула и ущипнула себя за талию.
Потом она покосилась на меня и прошептала:
– А тебе лишь бы спорить! Никогда со мной не соглашаешься!
– Ну ладно, допустим, ты права. И что же нам теперь делать? Звонить в полицию?
– Ну, уж сразу и в полицию… а если они приедут, а трупа у него не найдут? Мы же будем выглядеть дурами!
– Почему «мы»? – Я посмотрела на нее вопросительно.
– Но-но!
– И все же что ты планируешь сделать?
– Нужно как-то пробраться к нему в комнату и убедиться, что он прячет там труп! И вот тогда уже можно будет позвонить…
– И как ты это себе представляешь? – Я насмешливо взглянула на нее. – Постучишься к нему, скажешь, что тебя неожиданно обуяла страсть…
– К нему? – Нинка фыркнула. – Да ну тебя…
– А какие еще у тебя есть варианты? Постучаться и сказать, что испекла пирог и непременно хочешь его угостить?
– Вот еще, пирогами его угощать!
– А если у тебя нет какого-то определенного плана, я, с твоего позволения, еще посплю… мне, между прочим, сегодня на работу! В отличие от тебя…
Говорила уже, что Нинка работает сменами, сутки через трое, и завтра у нее тоже выходной.
Она обиженно фыркнула и ушла к себе.
А я легла и, как ни странно, сразу же заснула, и проснулась только по сигналу будильника.
И больше никакие сны мне не снились.
Утром я встала и отправилась в ванную.
Но в коридоре увидела Нинку – она прижалась к двери комнаты Викентия и странно поводила носом.
– Ты что тут делаешь? – спросила я удивленно.
Она прижала палец к губам, а потом поманила меня.
Я тихонько подошла.
– Принюхайся – чем пахнет?
Я принюхалась.
Из-за двери и правда сочился какой-то пряный экзотический запах, от которого у меня сразу зачесалось в носу. Я зажала нос пальцами, чтобы не чихнуть.
– Ну что – чувствуешь?
– Что-то чувствую, но что именно…
– Я думаю, это пахнет он. То есть она.
