Боже, помоги! Все оказалось намного хуже, чем она предполагала.
– Джед, я же сказала, что прошу прощения… – неуверенным голосом произнесла Генриетта. – Правда.
– Не за что, это я был не прав. С чем вы любите кофе?
Господи, да с чем угодно!
– С молоком, один кусочек сахара, будьте добры. – Она еще раз попыталась вернуться к больной теме. – Я не испытываю к вам неприязни, – медленно начала она.
– Но все же не доверяете, – резко перебил ее Джед, и впервые в его голосе послышалось раздражение. – Так?
– Дело не в вас, правда… Наверное… – Она запнулась. – Наверное, я до смерти боюсь доверять мужчинам вообще, – нескладно выговорила она.
Надолго воцарилась тишина, а потом Джед мягко произнес:
– Не хотите рассказать?
– Нет.
Ответ вырвался у Генриетты непроизвольно, и, несмотря на раскаленную атмосферу, Джед улыбнулся.
– Что ж, довольно однозначно, – сдержанно произнес он. – Могу я хотя бы уточнить, имеет ли это отношение к вашему мужу?
Генриетта нервно сглотнула.
– Имеет.
– Понятно. – Неужели этот идиот ей изменял? Весьма правдоподобно. А она сохраняла ему верность, выполняла все супружеские обязанности, любила его. Такое он видел не раз.
Генриетта взяла чашку, слегка кивнув в знак благодарности и чувствуя, как горят щеки. О чем он думает? Загорелое лицо бесстрастно. Из него вышел бы превосходный игрок в покер.
– Похоже, жизнь нам обоим сдала неважные карты, – произнес Джед. Генриетта не сдержала улыбки. – Что я такого сказал?
– Ничего, – поспешно ответила она. – Просто я подумала, что вы бы хорошо справились с игрой в покер, а тут вы заговорили о картах.
– Я много с чем хорошо справляюсь, Генриетта. – Он улыбнулся, потому что румянец, только начавший было остывать, вновь окрасил ей щеки. – Вот только вы упорно не даете мне это доказать, – с сожалением пробормотал он. – Но однажды…
Ничего не будет однажды. Генриетта выпрямилась и решительно отпила горячий кофе.
– В общем, я только хотела прояснить ситуацию и извиниться, – сказала она, вставая из-за стола. – И…
– Мне нужно подтверждение, – перебил он ее, вызывающе изогнув брови.
– Что? – Она уставилась на него в растерянности. Не хочет же он сказать?..
– Подтверждение. – Он тоже встал и подошел к ней вплотную, пугая своим мощным полуобнаженным телом. – Давайте поцелуемся и помиримся. – Он хитро улыбнулся.
– Джед, не глупите… – слабо возразила Генриетта.
– Поцелуй мира, чисто по-дружески.
– Вы мне не друг. – Она чувствовала себя в полной растерянности.
– Но я хотел бы им стать. – Его теплый, мягкий голос бальзамом пролился на ее натянутые нервы.
– Миссис Паттен…
– Придет, когда я ее вызову, – лукаво закончил за нее Джед.
Халат был распахнут на мускулистой груди, и пальцы Генриетты вдруг застыли на месте, запутавшись в курчавых волосах. Она дрожала, и Джед это заметил. Он прижал ее к себе, и тонкая шелковая ткань не смогла скрыть его возбуждения.
Шершавые волосы на его груди касались ее тонкой блузки, и грудь у нее напряглась, отвечая на каждое движение. Поцелуй Джеда становился все глубже, а волны возбуждения, от которых дрожала Генриетта, рождали в его теле ответный отклик.
Его руки опустились на ее бедра, он привлек девушку еще ближе, и она ощутила его плоть, которая прижалась к ее телу.
А потом они услышали звонок входной двери и оторвались друг от друга, задыхаясь.
Джед выругался – только один раз, но очень энергично, а Генриетта вынуждена была в поисках опоры снова сесть на стул.
– Кто, черт возьми?.. – Дрожащей рукой он убрал со лба волосы. У него на лице отразилась целая гамма противоречивых эмоций. – Генриетта, мы должны поговорить. Неважно, кто там и чего они хотят, понимаешь? Я от них отделаюсь, хорошо?
– Хорошо. – Это был едва слышный шепот, но девушка ничего не могла с собой поделать. Ее мир перевернулся, а потом и разорвался на клочки. Я его люблю.
В дверь постучала миссис Паттен.
– Пришла леди Филмор, мистер Джед. Я оставила ее в гостиной.
Генриетта отдала должное выдержке экономки – та ни единым жестом не выдала своего отношения к неловкой ситуации. Да и Джед, казалось, не слишком беспокоился – раздражение в его ответе едва сквозило.
– Спасибо, миссис Паттен. Я сейчас приду.
Он всех дам принимает в таком виде? – почти истерично спросила себя Генриетта. Кажется, да.
– Я лучше пойду, вы заняты…
– Не убегай снова, – хрипло произнес Джед. – Стоит мне подойти на шаг, и ты отступаешь. Это сводит меня с ума.
Генриетта глубоко вздохнула и высказалась прямо:
– Я не хочу становиться частью гарема, Джед. Извини, но так уж вышло.
– Гарема? – Он смотрел на нее, озадаченно нахмурившись.
Или он прекрасный актер, или слова Генриетты действительно повергли его в недоумение.
– Именно гарема, – негромко, но уже увереннее повторила девушка. – Можешь списать это на мою слабость, неуверенность в себе или на что угодно, но я по природе своей моногамна и такой собираюсь остаться. И вообще, не пора ли тебе встретить свою гостью?
– Успеется. – Он как-то странно на нее смотрел. – Давай уточним. Что ты, собственно, имеешь в виду?
– По-моему, все и так предельно ясно, – напряженно произнесла Генриетта. – Или надо продиктовать по буквам?
– Сделайте одолжение.
Она уже открыла рот, но тут дверь отворилась, и в комнате раздался уверенный бархатистый голос:
– Джед, милый, как видишь, гора пришла к Магомету. О, мисс Ноук! Извините, я не знала…
Посмотрев в холодные зеленые глаза, Генриетта поняла, что Анастасия все прекрасно знала и что она в бешенстве.
– Все в порядке, я уже ухожу. – Генриетта заставила себя улыбнуться, и леди Филмор удостоила ее ответным оскалом мелких белых зубов.
– Правда? Как удачно.
Для кого? Генриетта продолжала улыбаться через силу. Анастасия Филмор была сногсшибательна, истинная Первая леди королевства, достойная пара для Джеда.
– Я хотел бы, чтобы ты осталась, Генриетта, – произнес Джед, не спуская с нее глаз. – Нам надо многое обсудить.
– Мы сможем это сделать в другой раз. – Если он думает, что она останется и позволит себя уничтожить, то пусть подумает еще раз. Уже стоя в дверях, она вдруг обернулась и добавила мягко и значительно, обнаружив в себе неожиданное коварство: – И еще раз спасибо за вчерашнюю ночь, Джед.
Генриетта успела заметить изумление на лице Джеда и ярость в глазах Анастасии и вышла в холл.
– Генриетта! – В мгновение ока Джед ее догнал. – Разреши я тебя провожу, если уж ты хочешь уйти.
– Не надо. – Генриетта вдруг поняла, что дала себя спровоцировать, и теперь ей было стыдно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
