Смеркалось; лес еще больше посерел. Я остановилась и прищурилась, пытаясь разглядеть в листве неуловимого кота. Где-то впереди хрустнула ветка... как странно... До сих пор Грималкин двигался совершенно бесшумно.
— Человек! — шепнул знакомый голос откуда-то сверху. — Прячься!
— Что? — переспросила я, но слишком поздно.
Листья зашуршали, кусты раздвинулись, и прямо мне под ноги высыпала свора странных созданий: низенькие уродливые существа, фута три ростом, с бородавчатой зелено-желтой кожей, носами картошкой и огромными заостренными ушами. Одеты все они были в какие-то обноски, а в когтистых лапах стискивали копья с костяными наконечниками. На злобных, жестоких лицах поблескивали глазки-бусинки, во ртах торчали гнилые кривые зубы. Существа замерли, моргая от удивления, а потом вся свора взвыла и помчалась на меня, размахивая копьями.
— Чойта? Чойта? — рявкнул один из них, тыча в меня острой палкой. Остальные с нехорошими смешками сгрудились вокруг.
— Эта эльфа, — прошипел другой, зубасто скалясь. — Эльфа, которой ухи отгрызли, точняк!
— Не, эта коза! — выкрикнул третий. — Они вкусные!
— Ниче и не коза, тупица! Сам смотри, она без копыт!
Я задрожала и стала оглядываться в поисках путей отступления, но куда бы я ни поворачивалась, отовсюду на меня были нацелены острейшие костяные наконечники.
— Сведем ее к вождю! — в конце концов решили в толпе — Вождь разберется, что она такое и можно ли ее сожрать.
— Точно! Вождь разберется!
Два негодяя подбежали ко мне со спины, кто-то больно подсек меня под коленки. Я взвизгнула, упала на землю, а вся свора с воплями и уханьем набросилась на меня. Я кричала и пиналась, молотила руками и извивалась под весом нападающих. Несколько мерзавцев отлетели м кусты, но тут же вскочили и с яростными воплями опять налетели на меня. Уколы сыпались со всех сторон.
Потом я почувствовала удар по затылку, перед глазами все взорвалось, и больше я ничего не чувствовала и не видела.
Очнулась я от того, что в голове у меня танцевала джигу королева всех мигреней. Я сидела, неудобно привалившись к каким-то палкам, на ощупь вроде ручек от швабр. Застонав, я проверила голову на предмет вмятин или трещин, но, кроме большущей шишки на затылке, никаких повреждений не обнаружилось. Убедившись, что я цела, я приоткрыла глаза.
И тотчас же об этом пожалела.
Я сидела в клетке. В очень маленькой клетке, собранной из веток, стянутых вместе кожаными веревками. Места едва хватало, чтобы поднять голову, и при каждом движении мне до крови кололо руку что-то острое. Я осторожно присмотрелась: на ветках торчали дюймовые шипы.
Снаружи клетки, вокруг огромного кострища, беспорядочно расположилось несколько землянок. Уродливые коротышки сновали взад-вперед по своему лагерю-стойбищу, дрались, ругались и глодали кости. Несколько из них сбились вокруг моего рюкзака и методично выуживали оттуда вещи. Запасную одежду они просто швырнули в грязь, зато чипсы и пузырек аспирина немедленно вскрыли, испробовали и стали вырывать друг у друга. Кому-то удалось открыть банку содовой и расплескать шипучку во все стороны, под яростные вопли окружающих.
Один из них, коротышка даже по сравнению с сородичами, одетый в изгвазданный красный жилет, заметил, что я очнулась. Он зашипел, подскочил к моей клетке и ткнул копьем между прутьев. Я отпрянула, но деться было некуда: шипы кололи меня сзади, а копье впивалось в ногу.
— Ай, перестань! — закричала я, но существу только этого и надо было. Оно закудахтало и принялось колоть и тыкать меня до тех пор, пока я не схватила его палку. Негодяй прорычал какое-то ругательство и принялся вырывать у меня копье. Эта нелепая борьба продолжалась до тех пор, пока нас не заметил еще один гоблин. Он подскочил и уколол меня копьем с другой стороны. Я заорала и выпустила из рук захваченное у первого нападающего оружие.
— Гриртиг, хорош мясо тыкать, — рявкнуло другое существо, повыше. — Вся кровь повытечет.
— Па, я просто проверял, что оно мягкое. — Первый фыркнул, сплюнул на пол и жадно уставился на меня красными глазками. — Да, че ждем? Давайте есть уже!
— Вождя еще нет. — Тот, что повыше, посмотрел на меня и, к моему ужасу, пустил слюну из пасти. — Пусть промерит, что оно съедобное.
Они еще раз жадно облизнулись и потопали к костру, переругиваясь и плюя друг на друга. Я поджала копенки к груди и постаралась унять дрожь.
— Если будешь рыдать, плачь потише, — промурлыкал откуда-то сзади знакомый голос. — Гоблины чуют запах страха. Они тебя еще сильней замучают, только повод дай.
— Грималкин?
Корчась в клетке, я поискала взглядом и обнаружила, что серый кот, практически незаметный, пристроился в углу. Он сосредоточенно сузил глаза, а сам крепкими острыми зубками пытался перегрызть одну из кожаных завязок.
— Глупая, не пялься на меня! — выплюнул он, и я торопливо отвела взгляд. Кот зарычал и принялся раскачивать прут клетки. — Гоблины не слишком умные твари, но даже они заметят, если ты заговоришь с пустотой. Сиди спокойно, а я тебя отсюда вытащу через минуту.
— Спасибо, что вернулся, — прошептала я, разглядывая двух гоблинов, подравшихся возле прутяной клетки какого-то несчастного создания. Ссора закончилась тем, что один из гоблинов шарахнул другого по башке своей палицей и поволок прочь добытый трофей. Проигравший немного полежал, оглушенный ударом, потом вскочил на ноги и бросился догонять.
Грималкин принюхался и снова принялся грызть веревки.
— Не ввергай себя в еще большие долги, — невнятно пробурчал он мне сквозь ошметки кожи. — Мы уже договорились. Я согласился отвести тебя к Паку и всегда выполняю свою часть сделки. А теперь заткнись, я занят.
Я кивнула и замолкла. Внезапно в стане гоблинов раздался дикий вопль. Все вскочили на ноги, шипя и переругиваясь, а из чащи леса в центр стойбища вразвалку вышло монструозное создание.
Еще один гоблин — но массивней, шире, еще злей на вид, чем все его собратья. Он по локоть закатал рукава длиннющего малинового мундира с медными пуговицами, фалды которого волоком тащились по земле. В лапе гоблин сжимал изогнутый бронзовый клинок, изъеденный ржавчиной по краям. Существо зарычало и затопало к кострищу. По тому, с каким подобострастием остальные ему уступали дорогу, я догадалась, что это и есть их вождь.
— Заткнитесь, вы, собаки вшивые! — взревел вождь, раздавая тумаки тем гоблинам, что не успели убраться с его пути. — Никчемные вы все! Я весь в трудах, в заботах, в набегах, а вы, собаки, что мне добываете? А? Ничего! Даже кролика не изловили на гуляш! От вас тошнит.
— Вождь, вождь! — закричали разом несколько гоблинов, пританцовывая на месте и показывая пальцами. — Смотри, смотри! Чего мы изловили! Принесли тебе!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
