В 1782 Бун участвовал в так называемой «последней битве Революционной войны», сражаясь против британских и индейских отрядов. Позже он служил офицером в милиции (народное ополчение) Кентукки и был представителем штата в Конгрессе США. Права Буна на землю в Кентукки были признаны недействительными из-за ошибок в оформлении регистрационных документов, однако Конгресс выделил ему землю в Миссури, где он и жил до самой своей смерти 26 сентября 1820 года. В истории США Даниэль Бун остался как один из «пионеров Дикого Запада». Его жизни и подвигам посвящены десятки фильмов, романов и научных исследований.
Уильям Генри Бонни (по прозвищу Малыш Билли) родился в 1859 году в Нью-Йорке в небогатой ирландской семье. После Гражданской войны супруги Бонни перебрались в Канзас, где отец Билли умер от лихорадки. Его вдова с двумя детьми переехала в Нью-Мексико и вторично вышла замуж за беспутного выпивоху Уильяма Энтрима.
Со смертью матери (в 1874) Билли оказался предоставлен сам себе и вскоре угодил в тюрьму за кражу стопки белья.
Бежав из-под ареста, он некоторое время промышлял мелкими грабежами, а затем устроился на ранчо к скотоводу Джону Танстоллу. В 1878 Танстолл был убит по приказу конкурентов и местного шерифа Бреди. Билли и его приятели решили отомстить за своего хозяина, результатом чего стала т. н. «война скотоводов в округе Линкольн». Многомесячная бойня, приковавшая к себе внимание всей Америки, закончилась 5–дневной перестрелкой, в результате которой погибели шериф Бреди и многих другие участники этой истории. Малыш Билли был объявлен вне закона и вплоть до конца жизни вынужден был скрываться от «стражей порядка».
Занимаясь грабежами, угоном скота и убийствами, Уильям Бонни действовал то в одиночку, то в компании нескольких приятелей. Его «особыми приметами» были два «кроличьих» верхних зуба, неестественно маленькие кисти рук (с которых легко соскальзывали наручники) и постоянная жизнерадостность; по рассказам современников, он «ел и смеялся, пил и смеялся, говорил и смеялся, скакал на лошади и смеялся, убивал и смеялся…».
К 21 дню рождения за Малышом числилось 22 трупа. 13 июля 1881 он был застрелен в Форте Саммер новым шерифом округа Линкольн и своим бывшим соратником Пэтом Гарретом.
Хопалон Кэссиди — персонаж 28–серийной книжной эпопеи К. Милфорда, по которой было снято множество фильмов и телесериалов. Самым известным актером, сыгравшим роль Хопалона, был Уильям Лоуренс Бойд.
Его необычного фасона черная шляпа, рубашка и штаны резко контрастировали с белой кожей и светлыми волосами, благодаря чему персонаж Бойда заметно выделялся среди других экранных ковбоев того времени. В 1948 актер купил телевизионные права на все фильмы о Кэссиди и сделал из них 52 получасовых телесерии. В 50–х изображение знаменитого киногероя постоянно красовалось на пластинках, игрушках и других товарах широкого потребления.
Орсон Джин Оутри (1907–1998), американский певец, актер.
После окончания средней школы работал подсобником на железных дорогах Сент-Луиса и Сан-Франциско. В 1928 Орсон начал петь на местной радиостанции, а три года спустя у него уже была собственная программа и сделаны записи нескольких пластинок. Еще через три года Оутри дебютировал в фильме «В старом Санта-Фе». В следующем году он сыграл главного героя в тринадцатисерийном фильме «Призрак Империи». Эта картина определила стиль вестернов 30–х-40–х — с их автомобилями, радиоприемниками и аэропланами. Подобные боевики часто давали прибыль, в десять раз превышающую стоимость их производства. В 1941–1946 Оутри служил офицером-пилотом Транспортной авиации. Затем он основал собственную кинокомпанию «Летающая А», выпустившую в 50–х г. телевизионные сериалы «Джин Оутри Шоу», «Приключения чемпиона» и «Энни Оукли». Кроме того, Оутри написал более 200 песен. В начале 60–х он сошел со сцены и стал владельцем ресторанов, недвижимости, радиостанций и профессиональной бейсбольной команды «Калифорнийские ангелы».
Лон Рэйнджер — персонаж многочисленных вестернов, романтичный и загадочный ковбой в черной маске. Начиная с 1954 в этой роли снимался актер Клэйтон Мур (урожденный Джек Карлтон Мур). Даже после того как его персонаж исчез с экрана, Клейтон еще несколько лет продолжал публичные выступления в облике Лона Рэйнджера.
В 1978 компания «Разер Корпорейшн» объявила о запуске нового проекта с участием популярного героя. Клэйтона не только не пригласили на полюбившуюся ему роль, но и всячески препятствовали его публичным выступлениям, мотивируя это тем, что актер в свои шестьдесят с лишним не может больше олицетворять молодого героя и только смущает публику, наряжаясь как Лон Рэйнджер. Клэйтон подал на «Разер» 30–миллионный иск, обвиняя компанию в «неправомочном лишении» его заработка и в незаконном использовании его «сходства, голоса, фотографий и видеофрагментов». Лос-Анджелесский Верховный Суд вынес постановление, запрещающее актеру «использование маски или любого ее подобия» в публичных выступлениях.
Клэйтон был возмущен этим постановлением и заявил: «Я борец. Я верю в то, что является правдой, а правда в том, что я был Лоном Рэйнджером на протяжении последних 30 лет, и я не отступлю в этой борьбе».
Клэйтон продолжил выступления, правда, уже не в маске, а в солнцезащитных очках. Поклонники не только не обиделись на него за это, но и восстали против несправедливости. По всей стране начались массовые демонстрации протеста с требованиями вернуть маску Клэйтону. Когда выходили новые фильмы, никто не проявлял интереса к ним, и фильмы проваливались. В конце концов, 20 сентября 1984 года судебное постановление было отменено. Никто кроме Клэйтона не мог отныне изображать Лона Рэйнджера!
Мэри Осака, я тебя люблю
Это случилось В Лос-Анджелесе осенью того самого незабываемого года. Случилось на кухне кафе «Иокогама», в обеденное время, когда Сегу Осака, ее свирепый отец, находился за стойкой, присматривая за посетителями и кассовыми расчетами. Все произошло очень быстро. Мэри Осака с грудой тарелок в руках вошла на кухню и положила их в раковину мойки. Минго Матео мыл посуду. Он ополаскивал тарелки для супа.
— Мэри Осака, я тебя очень люблю, — сказал он.
Мэри Осака вскинула свои крепкие руки и развернула его лицо к свету.
— И я тебя люблю, Минго. А ты не знал?
Она поцеловала его. И Минго Матео почувствовал, как его душа стекла в каблуки туфель — очень дорогих туфель, самых лучших, с квадратными носками, из свиной кожи, ценой в двадцать долларов, равной его трехдневному заработку.
— Я влюбилась в тебя сразу, когда ты пришел сюда три месяца назад, — сказала она. — Но, Минго, ах, нам нельзя… мы не должны… это невозможно… у нас ничего не получится!
Минго вытер руки о полотенце, набрал воздуху в легкие и заявил:
— Все получится. Все возможно. Возможно…
Продолжить разговор не представилось возможности. Громыхнули раскрывающиеся в обе стороны двери, и в кухню, размахивая руками и крича, ворвался Сегу Осака.
— Слочно! Быстлей! Плинесите им два «чоп-суи», плинесите один чай такой зе, слочно, да!
Повар Винсент Толетано подошел к печи, зачерпнул половником две порции из большого котла и вывалил на раздаточный поднос. Винсент Толетано был гордым филиппинцем — угрюмым, вдумчивым мужчиной, который только из-за дефицита рабочих вакансий работал, а большей частью плевал на японцев. После того, как Мэри убежала с заказами, и Винсент Толетано остался наедине со своим соотечественником Минго Матео, он сказал:
— Минго, друг мой, я вижу, у тебя горячая любовь к этой японской девушке. Ты с ума сошел, Минго. Ты позоришь всю филиппинскую нацию.
Минго Матео развернулся в его сторону, сложил руки на груди и, выпятив подбородок, впился испепеляющим взглядом в Винсента Толетано.
— Толетано, я был бы очень благодарен тебе, если бы ты занимался своим собственным делом. Зачем, как воришка, подсматривать, если ты видишь, что у меня любовь с этой замечательной девушкой?
Винсент ответил:
— Я имею право подсматривать. Эта девушка — японка. Нехорошо целоваться с таким сортом женщин. Тебе лучше было бы помыть губы с мылом.
Минго улыбнулся.
— Она очень красивая, да, Винсент? Может быть, ты слегка ревнуешь?
Винсент скривил губы так, будто почувствовал какой-то гадкий привкус во рту.
— Ты — дурак, Минго. Меня тошнит от тебя. Предупреждаю, если ты еще раз поцелуешься с Мэри Осака, я брошу эту работу.
