вне зоны видимости.
Меня окатывает жаром, и тут же я словно падаю с небес на землю. Ко мне возвращается чувство реальности. Ты как хотела, Элина?! Родила, пришла с ребенком на руках. Получила отрицательный тест! Он пожалел тебя и что?! Должен отказаться от своей собственной жизни?! Это молодой, успешный и привлекательный мужчина!
Становится так стыдно за свою глупость. Чего я ждала? Готовила, прислушивалась к звукам. Какой же бред… Уф! Нужно забрать малыша и быстро скрыться в отведенной нам спальне.
Но я не успеваю взять на руки Лёву. В прихожей слышится шум и знакомый голос. И он принадлежит не Косте.
– Лина! Ты тут?! Дорогая!
Агата?.. Голос подружки сестры наполнен прямо–таки нежностью. Нет, мы всегда хорошо, вежливо общались. Но без какой–то теплоты. Сейчас мне немного странно.
– Мм, я здесь. Привет.
Выхожу и тут же попадаю в сильные объятья. Агата худенькая, но крепкая. Спортсменка. Прижимает меня к себе так, что трудно вздохнуть. Хорошо, ненадолго.
– Привет, Линчик! Ну как вы тут у меня?..
Мои брови так и лезут вверх. Беру себя в руки.
– Мы очень хорошо. Спасибо Косте.
Константин на этих словах выходит из санузла. Мыл руки. Бросает на меня взгляд и еле заметно качает головой. Честно, не понимаю, на что он намекает. Решаю на всякий случай меньше болтать о наших делах. И желания в принципе не было.
– Да, у Костика огромное сердце!
Агата сегодня сама милота. Костя мельком глядит и на нее. Но тут его глаза ничего не отражают. Хоть я и пытаюсь считать их выражение.
– Лина, – голос мужчины заставляет вздрогнуть, задумалась, – вот здесь пирог.
Он берет черный пакет, который, видимо, ранее положил на полку.
– Спасибо, – протягиваю руку, – а я там приготовила винегрет.
Говорю, пока зашла тема.
– Ух ты, – Костя усмехается.
Мы смотрим друг на друга, и я замечаю в его взгляде теплоту. Улыбку, легкость – все то, что так нелогично было между нами в эти дни. Какой–то только наш мир. И мне тоже хочется широко улыбнуться. Ох, похоже, я опять улетела на облака.
Возвращает меня с небес Агата.
– Бабуля настаивала, чтобы Костик взял с собой пирог. Как в древние времена! Буквально заставила его взять.
Разворачиваюсь и иду к кухне. Заставила, так заставила. Ребята где–то за моей спиной.
– Никто меня не принуждал, – поправляет Костя совершенно ровным тоном, – и если бы не Лина, я не повез бы с собой еду.
Опускаю пакет на столешницу, оглядываюсь. Но мужчина не смотрит на меня. Он присел возле сына.
– Ну как ты тут, чемпион по снятию рукавиц?
Лёвка еще не улыбается, но взгляд на отца направляет. А вот тот приподнимает уголки губ. Подмигивает малышу.
– Я подержу его?! – взвизгивает Агата.
Не успеваю ничего сообразить, подружка подскакивает к ребенку. Тянет ладони и… Они упираются в спортивное предплечье Константина.
– Эй, для начала бы руки помыть. Не?
Тон недовольный. Агата фыркает. Но явно не хочет лезть в ссору.
– Хорошо, конечно! Я быстро. Так соскучилась по пупсику.
Девушка уносится. Мы с Козыревым смотрим друг на друга.
– Она его видела до этого хоть раз? – интересуется Костя.
– Один.
– Клялась и божилась, что безумно по вам скучает. Решил заехать сначала сюда. Пирог заодно чтобы не прокис в пробках. Погода опасная, Агата попросила ее с дачи подвезти.
Вот так буквально в нескольких предложениях Костя ввел меня в курс ситуации. И мне стало легче! Прямо как груз с плеч… Вот эти чувства и должны бы напрячь. А не Агата.
– Ну, где тут мой сладулик?!
Я уже успела подойти к дивану. Садимся с приятельницей рядом. Помогаю ей правильно взять малыша. На лице блондинки умиленное выражение.
– Красавчик! – щебечет она.
Костя не отрывает от нее взгляд. Может, рано я расслабилась?.. Да, боже! Меня вообще не касается, на кого он там смотрит.
– Пузико, пузико… – приговаривает Агата.
Агата поглаживает Лёвкин живот через голубой хлопковый комбезик. Невесомо, она явно боится сделать что–то не так. Время от времени поглядывает на Козырева. Хм, под таким взглядом даже такая как Агата оробеет. Мужчина смотрит на ее руки как хищник. Агатка криво улыбается.
– Мне Мия рассказала, что вы теперь здесь. Костик, у тебя такое большое сердце!
Я краснею. Боже, как хочется скорее доучиться! И чтобы малыш подрос… Тогда я стану самостоятельной и больше не буду зависеть от чьей–то доброй души.
– Это не тема для разговора, – тон Козырева так и обдает сквозняком. Настолько холодный. – Поехали, Агата. Лин, возьми ребенка.
Косте явно не понравилось то, что сказала Данилова. Наверное, из–за теста. Если бы он взял ответственность за своего ребенка – это одно. А за чужого… Да еще я типа обманула его. В общем, красивого в ситуации мало.
Слушаюсь, забираю Лёву. Все равно его нужно нести наверх – покормить, переодеть. Сейчас только ребята уедут. Или лучше оставить их одних?..
Агата не расстраивается, что у нее отняли малыша. Наоборот с облегчением ведет плечами. Легко поднимается с дивана. Модельной походкой шагает к выходу из гостиной. Ее настроение только улучшилось. С Костей они не прощаются. А меня она вряд ли так уж хотела видеть. Это был предлог.
– Пока–пока, Лин! – все же вспоминает про меня приятельница.
– Пока. Хорошо доехать.
– Спасибо, – Агата делает губами чмок, – Кость, заскочим куда–нибудь перекусить?
Козырев все это время так и сидел на диване. Агате он ничего не отвечает. Она и не дожидается, уходит в прихожую. Да и что им на самом деле помешает где–то посидеть? Чувствую тяжелый ком в горле.
Костя встает. Подходит к той
