Читаем без скачивания Колесо Фортуны (СИ) - Каримова Лука ЛуКа

Паж осмотрелся и раскрыл рот от удивления. По пути он представлял себе старинный замок короля Зэодера несколько иным. Это место действительно оказалось очень старым, на грани разрухи. Полы застилала пыль, в полумраке каменные стены отсвечивали синевой, будто в гроте. С рассохшихся деревянных балок полупрозрачным шелком свисала паутина. Стоило Эверету прикоснуться к на вид крепкому стулу, как тот рассыпался трухой.

В центре зала темнел прямоугольник обугленного камина, но никаких дров ни на улице, ни здесь мальчик не обнаружил. Обернувшись, он увидел на полу их мокрые следы. Прогремевший гром заставил стены содрогнуться, пол затрястись, а стоявшие в самом темном углу массивные часы издали звон. Замершие стрелки передвинулись, и паутина поплыла по цифрам, исчезнув в утробе скрытого дверцей механизма.

«Клянусь Фортуной, еще несколько таких ударов, и потолок обрушится. Это не замок, а настоящий склеп», — волк принюхивался к запахам, но ничего, кроме сырости и тлена, не учуял и громко чихнул. В воздух поднялось облачко пыли. «Он вообще здесь?»

— Наверху, — едва слышно ответил Маг, продолжая осматриваться. — Мы подождем, нехорошо врываться в покои хозяина. — Эверет, собери труху от мебели и брось в камин.

Паж быстро стянул с себя плащ, развернул его и сгреб мусор, напоминающий горку темной муки. Отнеся сверток к камину, он осторожно ссыпал все на угольки. Маг приложил ладонь к почерневшей стене. К трухе пробежали золотистые линии, и вспыхнуло пламя.

Волк закинул передние лапы на целый стул.

«Этот прочный».

Маг подтащил когда-то роскошную мебель к свету и сел, положив сумку в ногах.

— Господин, разве не опасно пользоваться магией? — тихо спросил Эверет, наблюдая, как сквозь щели в стенах пробивается свет от очередной вспышки молнии, а гром заставляет уцелевшие стекла дрожать.

— Уже нет, — Маг откинулся на спинку и смежил веки.

Волк обошел зал и обнаружил выход в людскую[2], куда заглянул и Паж, найдя у печи горку дров и даже кое-какие запасы подгнивающих овощей.

В животе заурчало. Мальчик давно не ел, только пил, и сейчас от вида старой картошки рот наполнился слюной. В деревне он был готов съесть кусок плесневелого хлеба, отбросы для свиней — все что угодно. А тут целая корзина с картофелем, брюквой и даже морковью, может, не такой крепкой и яркой как с грядки, но все же. Еда!

В шкафчике обнаружился даже кувшин с маслом, а в холодном погребе обрезки вяленого мяса.

«Не сказать, что свежее, но съедобное», — оценил Волк, не посмев притронуться.

Эверет с грустью покинул кухню. Маг дремал, его веки слегка подрагивали. Огонь успокаивающе искрился.

Вдруг волк глухо зарычал. Со ступеней второго этажа поползла тень, но не посмела приблизиться к огню и закружила у ножек стула. Эверет прижался к стене, положив ладонь волку на загривок, и внимательно следил за существом, сожравшим их собственные тени у моста.

Внезапно Маг вонзил меч в пол, и по залу разнесся истошный визг. Тень, опутавшая клинок, забилась, превращаясь в подобие кляксы, и попыталась улизнуть в ближайшую трещину, но Маг стал нашептывать заклинание, пока от его ладони не отделился круг фиолетового пламени. Магия осела на кляксу, и та скукожилась, превратившись в пыль.

— Неплохой сторож, — мужчина вытер меч о край плаща, на ткани остались темные, напоминающие кровь разводы.

— Кто это? — Эверет приблизился к месту гибели твари и провел ладонью над камнем, чувствуя, как кончики пальцев покалывает от остатков заклинания.

— Мерзкая штуковина, охранявшая замок от непрошенных гостей. Помимо монстров из тумана Эмпти, есть еще и Блоты[3]. Они сродни крысам, только живут в пыли и старинных замках, где баловались жертвоприношениями; выкачивают энергию живых существ, поэтому здесь нет ни насекомых, ни других паразитов. Блоты приходят из магических брешей в пространстве, когда вершится смертоносный обряд, — он осмотрелся. — Здесь все держится на костях.

Эверет нахмурился и тоже огляделся, но ничего не увидел.

— Ты смотришь обычным зрением, но взгляни магическим. Раскрой свой дар и поймешь, — Маг коснулся его плеча и указал на ближайшую стену.

Эверет сделал глубокий вдох и сосредоточился, буравя каменную толщу. На виске выступил пот. Позади раздался смешок. Паж почувствовал, как от руки Мага сквозь него проходит тонкая нить и обволакивает тело, заставляя глаза слезиться. Сморгнув назойливые солоноватые капли, Эверет увидел, как все изменилось. Их окружали человеческие скелеты, замершие в различных позах. Когда-то живые люди страдали, насильно вмурованные в камень.

— Кто они? — сдавленно спросил Паж.

— Девушки, принесенные Зэодером в жертву ради вечной жизни. На их душах и держится весь замок, они оборачиваются тварями из тумана, жаждущими отмщения.

— Но разве они не видят, на кого нападают? — Эверету стало жаль бедных дев. Один из скелетов замер с вознесенными в молитвенном жесте руками. Паж моргнул, и кости исчезли, перед ним вновь темнела плотная стена.

Со ступеней раздался скрипучий смех, и, обернувшись, гости увидели короля Зэодера, облаченного в мантию из огненно-фиолетового бархата. Его костяная рука держалась за перила, на среднем пальце сверкал перстень с крупным малиновым камнем, а череп венчала корона. В черных глазницах поблескивали алые огоньки. Король-скелет, вот кем он был, давно утратив человеческую плоть и душу.

Эверет побледнел. Волк ткнулся носом ему в руку.

— Ваше величество, — Маг и Паж поклонились. — Просим прощения за вторжение. Я и мой помощник устали с дороги, мы надеялись найти в вашем доме приют.

Скелет качнул головой, раскрыл щелкнувшую челюсть.

— Раз вы сумели попасть в мой замок, то останетесь и на ужин. Я хочу послушать вашу историю о переходе через Эмпти, — проскрежетал Зэодер.

— Почту за честь развлечь вас рассказом об этом небольшом приключении, — спокойно проговорил Маг.

— Вы можете разместиться в любой из комнат на первом этаже, а ваш паж приготовит и подаст ужин сюда, — скелет щелкнул пальцами, и этот звук эхом разнесся по залу. С одной из стен упал запыленный гобелен, обнажив арку в другие, еще более грязные помещения.

— Когда часы пробьют, мы сядем за стол, — скелет неторопливо развернулся и стал подниматься. Подол мантии шелестел за ним, напоминая ядовитую змею и сверкая крохотными турмалинами.

— Эверет, займись стряпней, и, если увидишь Блота, ткни в него своим серебряным кинжалом, а мы с волком осмотрим комнаты, — распорядился Маг и, подняв сумку, ступил в коридор, снимая мечом заполонившую проход паутину. Та свисала с потолка, липла к стенам, опутывая каждую дверь и зарешеченные окна.

Осматривая комнаты, одну хуже другой, мужчина проткнул парочку клякс.

«Что это?» — волк кивнул на постели, напоминающие паучьи коконы.

— Когда-то в них лежали вмурованные в стены девушки. Тела исчезли, а коконы, вытягивающие из них силы, остались, очень темная магия, смертельная, — Маг обошел оставшиеся помещения и остановился на относительно чистой комнате.

Здесь стояла большая кровать с отяжелевшим от сырости балдахином, письменный стол, кушетка и камин. Распахнув окно, Маг выглянул наружу. Внизу бились волны, из темной бушующей пучины торчали черные клыки скал. Но Маг видел не только камень, но и человеческие скелеты, когда-то сброшенные туда во время отлива.

Волк встал на задние лапы и вдохнул пропитанный солью бриз. Несколько брызг от очередной волны долетело до подоконника, упав ему на нос и оставшись на рукаве Мага.

От сильного порыва ветра заколыхались занавески, покрывало встрепенулось; не выдержав напора стихии, один из гобеленов упал на пол. Как только сквозняк исчез, комната стала чистой. В камине резво вспыхнуло пламя.

«Почему он стал скелетом?» — волк принюхался, довольный посвежевшим воздухом.

— Это плата за долгую жизнь и определенную магию. Один готов отдать годы, чтобы стать сильнее, а другой — собственную плоть.