— Что ты сказал?
— Ничего. Просто размышляю вслух.
Помолчав, Монссон снова заговорил:
— Я ведь слышал. Я и сам об этом думал. Думал, да бросил. Ведь ответа все равно не получишь.
— Тебе приходилось в кого-нибудь стрелять?
— Приходилось. Один раз. Корова улизнула с бойни и убежала в город. Тогда еще трамваи ходили, и эта животинка напала на грузовой трамвай на мосту. Этакий бой быков… Нет, теперь я никогда пистолет с собой не беру. Тут лежит, — он пнул ногой ящик письменного стола. — К тому же у меня зрение паршивое.
— А про Каспера нам по-прежнему ничего не известно, — заметил Кольберг.
— Ничего. Но у нас есть две хорошие зацепки. Во-первых, потолкуем с приятелями этого Кристера Паульсона. Если только это даст что-нибудь. Нынче молодые какие-то странные пошли.
— Зависит от того, кто с ними говорит, — возразил Кольберг.
— Во-вторых, в машине должны быть отпечатки его пальцев. А может, и еще что-нибудь.
Монссон барабанил пальцами по столу.
— Этот Кристер Паульсон явился сюда из Стокгольма, — продолжал он. Типично. В столице жизнь до того невыносимая, что даже лиходеи бегут. Бегут и безобразничают тут, у нас.
Монссон, пожалуй, кое в чем был прав, но Кольберг ограничился тем, что пожал плечами.
Зазвонил телефон.
Монссон сделал красноречивый жест рукой:
— Прошу. Твоя очередь.
Кольберг с унылой гримасой взял трубку.
Но на сей раз звонил не Мальм, а Бенни Скакке.
— Привет, — поздоровался он. — Я еще в Веллинге, жду аварийную машину. Похоже, бензобаки пусты, но машина та самая, никакого сомнения. В ней лежит краденое.
— Ты там поосторожнее, не насажай своих отпечатков, — предупредил Кольберг.
— Не бойся, не насажаю. Тут еще одно дело, я хотел сообщить…
— Валяй, парень, выкладывай, — подбодрил его Кольберг. — Что там у тебя?
— Понимаешь, хотя Веллинге и входит в наш участок, на самом деле это что-то вроде старой деревни, где люди знают все друг о друге.
— И что же ты узнал?
— В воскресенье у здешнего жителя угнали машину. А заявил он об этом только вчера. Собственно, даже не он, а его жена.
— Отлично, Бенни. Говори номер и прочие данные, объявим розыск.
Кольберг записал данные и отдал на телекс.
— Что ж, тут очевидная связь, — сказал Монссон.
— Гм-м, — отозвался Кольберг. — Да, связь намечается.
— Итак, — говорил Монссон, — Кристер Паульсон и этот Каспер вместе совершают кражу. Их замечают. В это время поблизости оказывается патрульная машина, в которой сидят Элофссон, Борглюнд и Гектор. Они останавливают машину с ворами. Кристер Паульсон ранит Гектора и Элофссона, но Гектору удается выхватить пистолет…
— Гектор держал пистолет наготове, — вмешался Кольберг.
— Ладно, будь по-твоему. Так или иначе, он убивает Кристера Паульсона. Одержимый страхом Каспер прыгает в машину и уезжает. Ему удается незамеченным проскочить единственное опасное для него место — мост у Хёлльвикснеса. Дальше в его распоряжении множество дорог местного значения, за которыми мы не в состоянии надежно проследить, не говоря уже о том, чтобы перекрыть их.
Кольберг не мог похвастаться хорошим знанием Сконе, но он знал, что Юнгхюсен расположен на мысу, который пересекается каналом Фальстербу, и что в поселок ведет одна-единственная дорога.
— Он успевает выскользнуть до прибытия первой полицейской машины?
— Шутя. Там всего несколько минут езды, Юнгхюсен находится у самого канала. Сам понимаешь, в то утро там царило некоторое замешательство. Наших в том районе было предостаточно, но большинство развлекалось гонками на новой магистрали между Мальмё и Веллинге. Кстати, две полицейские машины столкнулись. А наш друг Каспер добрался до Веллинге, там у него кончился бензин, он свернул с дороги, украл другую машину и дал ходу.
— Куда?
— К черту на рога. У нас искать его бесполезно. Но теперь есть данные о второй машине. Надо выследить.
— Надо… — рассеянно подтвердил Кольберг, думая о своем.
— Если только владелец сообщил верный номер, верную марку и верный цвет.
— Я тебя вот о чем хочу спросить, — сказал Кольберг. — Пусть даже мой вопрос будет тебе против шерсти. Не для того, чтобы опровергнуть официальную версию, просто мне лично важно знать, что именно произошло.
— Давай, не стесняйся.
— Что произошло на самом деле с Борглюндом?
— Я могу сказать только, как это мне представляется.
— Ну и что же тебе представляется?
— По-моему, Борглюнд сидел сзади и спал, когда задержали машину с ворами. Когда он выбрался из машины, заваруха уже началась. Кристер Паульсон, а возможно, и Каспер открыли огонь, и Гектор стал отстреливаться — результат известен. Борглюнд залег в укрытие, а попросту говоря, шлепнулся в канаву. И видимо, попал прямо на осиное гнездо. Оса ужалила его в шейную артерию. В воскресенье он явился на дежурство, но почувствовал себя плохо, и его отпустили домой. В понедельник угодил в больницу. Он уже был без сознания, да так и не пришел в себя.
— Несчастный случай, — пробурчал Кольберг.
— Да. Но не первый в своем роде. Насколько мне известно, такие вещи случались и раньше.
— Ты разговаривал с ним до того, как он попал в больницу?
— Говорил. И ничего толком не узнал. Дескать, остановили какую-то машину, и кто-то из этой машины открыл огонь. Тогда он залег в укрытие. Понятное дело, перетрусил.
— Теперь мне известно, что говорят все участники происшествия, кроме Каспера, — сказал Кольберг. — Никто не утверждает положительно, что Каспер стрелял или хотя бы поднял руку на кого-либо. И все эти разговоры об убийстве Борглюнда сплошное лицемерие.
— Так ведь прямо никто ничего и не утверждает. Сказано только, что он скончался от повреждений, полученных в связи с перестрелкой. А это на самом деле так. Ты куда, собственно, клонишь?
Монссон озабоченно посмотрел на Кольберга.
— Я думал о парне, на которого охотимся, — ответил Кольберг. — Пока мы не знаем, кто он, но скоро выясним. За ним гонятся — от такой облавы хоть кто голову потеряет. А на самом деле может оказаться, что он повинен всего-навсего в краже. Не нравится мне это.
— Еще бы. А что в нашей работе может нравиться человеку?
Снова зазвонил телефон.
Мальм.
Что нового? Что сделано?
Кольберг передал трубку Монссону.
— Он лучше меня в курсе дела, — покривил Леннарт душой.
Монссон невозмутимо изложил по порядку все новости.
— Что он сказал? — спросил Кольберг, когда разговор окончился.
— «Прекрасно!» И еще сказал, чтобы мы двигались дальше на всех парах.
Через час явился Бенни Скакке, привел злополучную машину.
Эксперты зафиксировали отпечатки пальцев, затем начался осмотр.
— Ну и старье, — заметил Монссон. — Так, краденое имущество… Старый телевизор… ковры… статуэтка какая-то, если это можно назвать статуэткой. Спиртное… Разное барахло. И несколько монет из копилки.
— Плюс двое убитых и столько же раненых — вероятно, пожизненных инвалидов.
— Вот уж действительно неоправданные жертвы, — заметил Монссон.
— Остается позаботиться о том, чтобы их не прибавилось, — заключил Кольберг.
Они тщательно обыскали старый «шевроле». У обоих был немалый опыт в таких делах, а Монссон вполне заслуживал звание эксперта по обнаружению вещей, которые ускользали от внимания других.
И на этот раз ему повезло.
Между спинкой и сиденьем кресла, что рядом с водительским, попала сложенная несколько раз тонкая бумажка. Обивка разлезлась, и бумажка застряла под ней. Кольберг был почти уверен, что он ни за что не нашел бы этот клочок.
Они возвратились в кабинет Монссона.
Кольберг развернул бумажку, Монссон вооружился лупой.
— Что это такое? — спросил Кольберг.
— Валютная квитанция, выдана каким-то датским банком, — объяснил Монссон. — Точнее, копия квитанции. Одна из тех бумажек, которые либо выбрасывают сразу, либо складывают и суют в карман. И теряют потом, когда из того же кармана достают носовой платок.
— И на ней положено расписываться?
— Как правило, — сказал Монссон. — Но не всегда. Зависит от правил данного банка. Здесь роспись есть.
— Ну и почерк! — сердито заметил Кольберг.
— А кто из молодых в наше время пишет лучше? Что там?
— Кажется, Ронни. Дальше К. И маленькая «а», и какие-то закорючки.
— Кажется, Ронни Касперссон, — заключил Монссон. — Или Каспарссон. Но это лишь догадка.
— Ронни — совершенно точно.
— Что ж, проверим, может быть, и обнаружится какой-нибудь Ронни Касперссон.
Вошел Бенни Скакке. Постоял, переминаясь с ноги на ногу. Кольберг посмотрел на него:
— Что там у тебя?
— Да вот, привел несколько человек, знакомых Кристера Паульсона. Девушка и два парня. Будете говорить с ними?
