* * *
Городок был симпатичный, какой-то пряничный: дома забавной архитектуры, веселеньких расцветок, с обилием выставленных на подоконники горшков с местным аналогом герани, тщательно выметенными мощеными улицами, скромными на вид и уютными гостиницами и повышенным количеством пухленьких румяных девиц. Наверное, в этих краях были в моде женщины в теле. У Нирута, который таких как раз и любил, заблестели глаза, и он как-то неприлично быстро компанию покинул. Слишком быстро для того, чтобы компания поверила в его невыносимое сексуальное нетерпение. Или советоваться пошел, или еще чего. Аль и Дан сходили в баню, провели там несколько часов, потому что это не баня была, а роскошь какая-то, и парные разных сортов, и массажи разных сортов, включая эротический, от которого оба отказались, и ванны с разными добавками, и черт знает что еще. Совершенно размякшие, обновленные и довольные, они вернулись в гостиницу, велели принести в номер местного слабоалкогольного напитка с дынным вкусом и чего-нибудь вкусненького и развалились на кроватях. Аль предусмотрительно остерегался увлекаться даже слабоалкогольным и все больше налегал на… на нечто. Шарики то ли из теста, то ли из пены, напичканные кусочками фруктов и орехов очень соответствовали понятию «вкусненького».
– Это здесь, – разморенно сообщил Аль. – Я чувствую.
– И что ты чувствуешь?
– Не знаю. Чувствую присутствие сильнейшего артефакта. Дан, сильный маг всегда чует магию. Нирут, наверное, на разведку отправился.
– Ну и дурак.
– Дурак, конечно. Надеюсь, ему ума хватит не ввязываться ни во что. Этот город трогать нельзя. Даже если Крест не защищает владельца… в общем, грех. Такие бани, такая еда… и питье... Ну почему я не могу пить? Обидно.
– Мне кажется, что Нирут не любит решать проблемы так кардинально.
Аль промолчал. Довольно демонстративно. Ни черта ты не изменился, как был дерганым подростком, так и остался, потому что засомневался ты в Нируте как-то очень уж сразу. Ты на него за Гая обиделся. Ладно, это пройдет.
– Ну ладно, пусть он там разведку проводит, лишь бы не боем, – примирительно сказал Дан. – Давай о том, что нас обоих беспокоит. О Гае. Что дальше будет?
Аль покусал губы.
– Я не уверен. Редкие случаи все-таки, а ты знаешь, как оно бывает с письменными источниками. Исходя из того, что я знаю о тебе… не бойся.
– Ты Нирута процитировать не хочешь? Насчет «в свой срок поймешь»?
– Ты все равно мне не поверишь, пока не почувствуешь сам, – покачал головой Аль. – И что толку рассказывать, если для тебя это сказки?
Дан согласился. Ну да. Пусть идет как идет, если что, если Меч Квадры сбрендит окончательно, остальные с ним все одно легко справятся, либо Шарик опять всей тушей придавит, либо маги спеленают. Рубашечку наденут, рукавчики сзади завяжут… Гай, если это и правда ты, ты же не хочешь, чтобы я свихнулся…
Гай не отвечал, и Дан только утвердился в своем мнении. Вчера – галлюцинации. Может, и правда из-за наркотического воздействия сареновских деликатесов. А сейчас выветриваться начинает, по крайней мере Дан осознал, что ночной разговор с Гаем был всего лишь сном…
– Мне его не хватает, – едва ли не через час молчания с тоской произнес Аль. – Так не хватает, что я сам себе не верю. Не должно бы… Вот Лару – только вспоминаю, а Гай… с его уходом пустота образовалась, и ничем не заполняется, ни Нирутом, ни даже тобой. Каково же тебе…
– Так же, – пожал плечами Дан, – почему ты уверен, что мне непременно в сто раз хуже?
Аль опять надолго замолчал, не мигая глядел в потолок и даже вкусности не жевал, пока не выдал наконец перл мудрости:
– Ты временами такой дурак, что я даже не верю.
Дан не возразил. Ну, дурак, ум у нас не я и не ты, ум ушел то ли на разведку, то ли по бабам, то ли на совещание с Флайтом… Нет, это вряд ли, потому что Аль чувствует открытие прохода в радиусе двух десятков миль. Говорит, что это магия высшего порядка, которого он даже и не понимает, однако улавливает. Ни один маг не умеет открывать проход, это монополия властителей, а стационарные порталы в Гильдии монтировали не без властителей, там мощные технологии, приправленные еще более мощной магией…
Ум Квадры вошел без стука, осмотрелся, вылил остатки дынного напитка из кувшина, сожрал остатки печенья и сообщил:
– Ну хоть завтра можно, хоть сейчас.
– Сейчас не надо, – попросил Аль, – оно хоть и слабенькое, но спиртное…
– Не настаиваю, – хмыкнул властитель. – Правда, я с трудом представляю себе нашу операцию, потому что… в общем, предмет сильный. Очень сильный. Я покрутился вокруг, так он, похоже, дал мне понять, что без боя не сдастся.
– Предмет? – лениво спросил Дан. – Или все же его обладатель?
– Не знаю. Думаю, что предмет. Видал я древние артефакты, но так и не понял, предметы это или что другое…
Аль задумчиво почесал нос.
– Флайт говорил, что артефакт будет защищать своего владельца. Значит, его настроили на владельца? Как когда-то настроили против Флайта?
– Или он сам настроился, – зевнул Дан. Маги вытаращили на него глаза. И вообще выглядели они, будто он только что открыл все законы Вселенной. Сразу. Те, понимаешь ли, социально-политические, технолого-магические и морально-экономические критерии, на коих зиждется весь мировой континуум. – Рот закрой, Нирут. Ты только что сам отметил, что не уверен, предмет ли это. А если он такой умный, этот предмет, то, значит, сам может выбирать, кого защищать, а кого и близко не подпускать, и какими критериями… морально-социальными… он руководствуется, нам уж точно никогда не понять.
– Как Нирут – так рот закрой, – обиженно проворчал властитель, – а как Аль – так удивляйся сколько хочется…
– Аль у нас попроще, – внушительно сказал Дан. – Маг всего лишь. Перспективный. А ты должен собой являть. Что люди подумают: властитель – и вдруг чего-то не знает.
– Издевается, – пожаловался Нирут и моментально стал серьезным. – Очень может быть, что ты прав. И тогда… тогда получается, что нам даже и планировать ничего не надо, надо просто пойти и попробовать. Получится – хорошо, не получится… будем уговаривать владельца. Или…
Аль закрыл рот и помрачнел. До Дана тоже дошло, что значит это небрежное «или». Позовем на помощь еще парочку властителей и устроим Армагеддон местного масштаба, и пусть себе Камень защищает своего хозяина где угодно, например, на глубине в полмили… А милый городишко, герань, веселенькие фронтоны, кружевные занавесочки, жизнь нескольких тысяч человек не так уж важны перед ликом гипотетической опасности. Мифической опасности вообще-то. Если бы этот крестик был настолько уж страшен, то в сказках или он бы упоминался, или те неисчислимые беды, которые он приносил. А местные сказки, мифы и легенды Дан читывал в очень больших количествах, в том числе и вампирские, и эльфийские, разве что властители своих мемуаров не публиковали…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
