скоро принять горячую ванну, вытереться идеально чистым полотенцем и уснуть в кровати, не размышляя о том, водятся ли в этом матрасе клопы.
Поэтому, уже ночью мы приехали к высокой кованой ограде моего будущего дома.
Эдмунд спрыгнул на землю и заколотил в ворота с бешеной силой. Тишина была нам ответом, они были заперты изнутри, и открывать ворота желающих не было. Так, кажется, горячий ужин и ванна отодвигаются на неопределённое время. Тогда Ричард, равнодушно пожав плечами, велел Хьюго перелезть через забор и отпереть ворота с другой стороны. Парень так же спокойно и ловко, прямо скажем, со знанием дела, перелез, повозился там, и медленно и со скрипом открыл ворота.
Несмотря на то, что я была полностью в своём праве, мне стало немного неуютно от того, с какой скоростью распахнулись ворота. Карета медленно втянулась в сад, дорога из каменных плит, как я поняла, нуждалась в ремонте, поскольку карету снова зашатало и затрясло.
Хотя… насколько я поняла, поместьем никто особо и не интересовался, так что некое запустение легко объясняется. Я хочу сказать, что если подъездная дорожка к дому будет единственным местом, которое мне придётся отремонтировать, то я буду очень рада.
Между тем, карета уже успела остановиться возле входной двери, и история с бешеным тарабанием повторилась. Я же решила не дожидаться того момента, когда обслуга решится на то, чтобы их отпереть, и выпала из кареты, которую уже тихо ненавидела. И теперь стояла возле двери, ёжась от ночной прохлады.
— Однако не торопятся нам тут открывать. Не ждали они нас, что ли? — возмутилась я, подавляя в себе желание от души ногами пнуть в преграду, которая отделяет меня от вожделенных благ цивилизации.
Наконец, в окне показался тонкий и робкий отблеск свечи, занавеска на окне осторожно отодвинулась, и старческий дребезжащий голос сварливо поинтересовался, какого чёрта кого-то принесло в ночь глухую.
— А то ходят тут всякие! А постоялого двора у нас нету! — высказался всё тот же дребезжащий голос.
— Открывай быстрее! Хозяйка приехала! — не выдержал Хьюго, который и раньше не отличался ангельским терпением, а сейчас и вовсе рассвирепел.
Всё тот же дедок, срываясь на фальцет, заголосил, что никаких хозяек он не знает, никаких хозяек ему тут не надо, и вообще, мы адресом ошиблись.
Да уж… судя по всему, письмо папенькино не дошло до адресата. Либо он просто забыл его отправить, что тоже возможно… но это не означает, что я собираюсь провести остаток ночи на крыльце. Сообразил это и Ричард, из уст которого посыпались угрозы.
Я поняла, что так дело с мёртвой точки не сдвинется, поэтому громко сказала, обращаясь к охранникам:
— Хватит ругаться! Разбейте это окно рядом с дверью, и вся недолга.
Я решила, что вставить завтра окно будет гораздо проще, нежели что-то попытаться сейчас доказать перепуганному старику. Конечно, от нашего появления в окне он может перепугаться гораздо больше, но чем-то придётся пожертвовать.
— Как прикажете, леди Деймор! — восхитился подобным распоряжением Ральф, перехватив свой тяжёлый меч поудобнее.
Я отошла подальше для того, чтобы осколки от здоровенного окна в пол не полетели прямо в меня.
С той стороны двери заполошно заверещали. Я плохо поняла, что именно там сказали, но смысл был ясен — стекло было жалко до слёз. Однако спустя пару секунд раздалось осторожное:
— Неужто и взаправду кто из хозяев вдруг пожаловал?
После чего ещё долго отворялись многочисленные запоры и засовы, и показалось испуганное лицо пожилого мужчины, исподлобья смотрящего, как жизнерадостный Ральф бочком внедряется в холл.
Ну, наконец-то! Следом зашла я, но увидеть что-то в свете крошечного огарка было невозможно.
— Матерь Божья! — поразился враз повеселевший дедок — Стало быть, действительно молодая хозяйка приехала! А я-то уж испугался, думал, смертоубийство моё тут будет.
Дедок ещё что-то радостно лопотал, говоря о моём фамильном сходстве с Куинси, но я его не слушала. Очень хотелось спать, впрочем, как всем, так что я прошла в тёмный холл, загромождённый какой-то мебелью, и просто махнула рукой:
— Всё потом! Сегодня я могу переночевать в любой комнате, просто принесите горячей воды и чистых полотенец.
— Кому принести-то? — заткнулся на середине слова дедуля — Один я тут остался.
Глава 13
Один? Что значит — один? Я недоумённо посмотрела на Ричарда, который тоже был не в настроении разгадывать ребусы, так что рассерженно сжал губы.
— Ты чего мелешь, старый? Я самолично слышал от лорда Деймора, что он письмо отправил своему управляющему в Нейтон. Где указал, что молодая хозяйка, леди Елена, вступила в права наследования, которые были ей переданы после её совершеннолетия её отцом, и сейчас прибывает в поместье.
Старик задумался на пару мгновения, но потом просиял:
— Вы уж простите меня, я со страху-то всё напутал…
Я вздохнула с облегчением — ну, слава Великому, теперь-то он, наконец, соизволит позвать кого-нибудь из горничных, экономок, да хоть кого-то, кто мог бы показать, где мы могли бы переночевать…
Однако дедуля произнёс совершенно иное:
— … сначала-то надо было представиться вам, чин по чину. Так вот, я Гарин, леди, раньше я был рабочим по дому. Когда починить чего из мелкого, в саду помочь или ещё что. А сейчас вот… один я тут остался, потому как идти мне всё равно некуда.
Дедок поклонился с важным видом и уставился на меня. Так, ничего не понимаю… когда Ричард открыл рот для того, чтобы вновь высказать своё возмущение, я только махнула рукой: всё завтра. А пока что поднялась вслед за дедулей по скрипучей лестнице на второй этаж. Света от его свечи хватало только на то, чтобы не переломать себе ноги в темноте.
Гарин открыл мне первую попавшуюся дверь и вежливым жестом пригласил меня внутрь. Я зашла и села на колченогий стул.
— Леди? — тревожно сказал Ричард — Я знаю, что вы очень устали, но извольте обождать немного, сейчас мы отыщем лохань…
— Ну да — перебила я его — А потом ещё затопите печь, натаскаете воды и принесёте мне всё это для моего омовения… не стоит. Мне и так сойдёт, лишь бы было, где поспать.
Ричард посмотрел на меня, подумал и сказал:
— Как прикажете, леди!
Несмотря на то, что я в темноте не видела выражение его лица, я не сомневалась в том, что его не устаивает, что он не в состоянии обеспечить меня необходимым комфортом.
Я слабо улыбнулась, когда все вымелись и остались только тётушка Алисия и Оливия, которые принесли ещё одну свечу и
