огромными голубыми глазами, я убедилась, что это глаза Адриано, а никакого не Джима.
– Я отправлял прошение, но даже для адмирала исключения не сделали. – добавил Ливси. – Меня и Джим, вполне устраивал, хорошее имя. Но Марта была так расстроена, я был обязан попытаться.
– Это так ужасно, что мать не может сама выбрать имя своему ребенку! – сокрушалась Марта.
– В первую очередь – это ребенок Союза. – сказал Аль-Ахди.
Волков наклонился над столом, чтобы взглянуть на секретаря, который все это время сидел слева от Ливси, скрытый от сержанта бочкообразным телом адмирала.
– И лишь во вторую очередь – ваш. – закончил мысль Аль-Ахди.
Повисло неловкое молчание. Волков жалел, что задал свой вопрос, и попытался как-то смягчить обстановку.
– Может это и к лучшему. – начал он. – Зная вкусы моей матери, я был бы не Сергей Волков и Хуан Волков, а то и Федерико Волков. Хорошо, что хоть в этом у нас есть порядок.
Старания сержанта ни к чему не привели. Все продолжали угрюмо смотреть на свои тарелки. Под давлением тишины, Волков потянулся к новому стакану рома.
В зале заиграла музыка. Марта радостно хлопнула в ладоши и запрыгала на стуле.
– Танцы! Идем, идем! – начала она расталкивать своего мужа, выгоняя его из-за стола.
К Джейд Эйт подошел какой-то офицер, вроде бы командор «Бейнеу», небольшого разведывательного корабля, и пригласил её не танец. Джейд Эйт, вымученно улыбаясь, вложила свою ладонь в его руку и ушла с ним.
Волков внимательно смотрел на Аль-Ахди в надежде, что тот останется за столом и им удастся поговорить наедине. Он не заметил, как, ждавшая от него приглашения на танец, Сурья Савант отвергает одного ухажера за другим. В конце концов, поняв, что ждать Волкова бессмысленно, она приняла приглашения майора Атшу.
Волков подхватил стакан рома со стола, и пересел на стул рядом с Аль-Ахди.
– Секретарь, могу я с вами поговорить. – спросил он, и не дожидаясь ответа продолжил. – Та информация, что вы передали лейтенанту Джейд Эйт, ооочень ценная.
– Безусловно. – кивнул Аль-Ахди.
– Среди прочего, там фигурирует имя лейтенанта Клеверли. – сказал Волков и вопросительно посмотрел на Аль-Ахди.
– Что вас удивляет? По моим данным он один из членов Млечных братьев. – ответил секретарь.
– А по моим данным, вы один из тех, кто заинтересован чтобы расследование его смерти не проводилось. – сказав это Волков пожалел, что слишком много выпил сегодня. Ругая себя за это, он сделал еще один глоток рома.
– Ваши данные не верны. – спокойно ответил Аль-Ахди.
– Ну как же! – настаивал Волков. – Если Джейд Эйт узнает, что на корабле произошло убийство, то она может решить, что пребывание канцлера на корабле слишком опасно, его визит отменят, «Бристоль» не сделают флагманом и ваша карьера пострадает.
– Вы говорите глупости, сержант. – отмахнулся Аль-Ахди. – О визите канцлера объявлено официально, его не отменят. Отмена означал бы, что канцлер боится, а Союз держится на том что он никогда не ошибается и ничего не боится. Он будет на «Бристоле», в независимости от того, чем закончится проверка СБК.
Волков хмыкнул.
– А Ливси и Дринквотер почему этого не понимают?
– Потому что они идиоты, сержант. – устало ответил Аль-Ахди. – Еще вопросы будут?
У Волкова не было вопросов. Он покачал головой пошел обратно к своему месту, но в этот момент, с ним связался Йере. Сделав вид, что чешет затылок, Волков дотронулся до уха и ответил на вызов.
– Говори. – еле слышно прошептал он.
– Мать Клеверли, Маргарет, была осуждена за растрату средств на проекте по популяризации службы на флоте, сержант. – быстро сказал Йере. – Она работала с Аль-Ахди. Он давал показания против неё на суде.
Услышав это, Волков развернулся на месте, и навис над секретарем, опершись о стол рукой, с жатым в ней стаканом рома.
– Скажите, вам знакомо имя Маргарет? – спросил Волков.
Аль-Ахди резко повернул голову и пристально посмотрел в глаза сержанту. Волков ссчитал страх в глазах секретаря.
– Я смотрю, вы любите поговорить про имена сержант. – собравшись сказал Аль-Ахди. – Конечно я знаю это имя, но про кого вы говорите, мне непонятно.
Реакция Аль-Ахди подсказала Волкову, что они на правильном пути. На данный момент этого ему было достаточно. Он неловко поклонился секретарю и вернулся на свое место.
Допив ром, Волков начал искать глазами официанта, чтобы наполнить стакан. Ему на глаза попалась танцующая пара, Сурья смеялась над шуткой Атшу, запрокинув голову. Майор кружил с ней на танцполе, обнимая за талию. Руки майор, по мнению Волкова, держал сильно ниже, чем следовало.
Музыка стихла, майор Атшу поблагодарил Сурью за танец, и направился в уборную. Волков, покачиваясь, побрел за ним, по пути схватив стакан с бренди с подноса, проходящего мимо официанта.
– Сергей! – встревоженно окликнула его Сурья, видя в каком сержант состоянии.
– Не сейчас. – грубо ответил он ей, осушил стакан и поставил его на поднос другому официанту.
В уборной у писсуара стоял мужчина в смокинге. Закончив свои дела, он подошел к раковине, чтобы помыть руки, но Волков так посмотрел на мужчину, что тот решил пренебречь гигиеной и поспешно скрылся за дверью.
Все кабинки кроме одной были пусты. Волков встал у двери закрытой кабинки и постучал.
– Занято! – услышал он голос майора Атшу.
Волков подошвой сапога ударил в дверь, в районе замка. Дверь открылась внутрь и стукнулась о коленку Атшу, сидящего на унитазе со спущенными штанами. Протиснувшись внутрь, Волков с трудом закрыл за собой дверь.
– Что вы себе позволяете, сержант! – начал возмущаться майор. – Что о нас подумают, если кто-то увидит?
Майор попытался встать с унитаза, но Волков положил руку ему на плечо и усадил на место.
– Не важно, что скажут. – заговорил он. – Запираться с людьми в тесных помещениях, это моя фишка, в последнее время.
– Но не моя! – Атшу предпринял новую попытку подняться, но снова был усажен на место тяжелой рукой майора.
– Вы убили Клеверли по приказу Ливси, чтобы тот не опубликовал отчет о техническом состоянии корабля?! – спросил Волков нависнув над майором. Его пьяные глаза сверкали безумием.
– Что?.. Откуда вы?.. Что?.. – залепетал Атшу. – Отпустите меня! Отпустите, я буду звать на помощь!
Волков заткнул рот майора своей широкой ладонью и тихо произнес:
– Вижу вы понимаете, о чем я. Сейчас я уберу ладонь, и дам вам возможность убедить меня в том, что вы непричастны к смерти Клеверли. Начнете кричать, и моя ладонь, станет кулаком, который я с радостью познакомлю с вашим носом. Моргните дважды если вы меня поняли?
Волков почувствовал, как под его ладонью сжались челюсти майора. Атшу заерзал на унитазе, проверяя есть ли
