— Вижу, вы ему понравились. — Хозяин обезьянки улыбнулся Грейс. Вернуть своего питомца он и не попытался.
Казалось, зверьку и впрямь понравился новый «насест». Он принюхался к шляпке, попробовал ее на зуб. Убедившись, что эта штука несъедобна, крутнулся на месте и хлопнул в крошечные ладошки.
— Он что... ему хочется еще орехов? — поинтересовалась леди Грейс, отвернувшись от обезьянки, чтобы та ее не поцарапала.
Служанка повела себя в этой ситуации куда менее учтиво.
— Не стойте вы столбом! Заберите свое грязное животное, пока моя госпожа не набралась от него блох.
— У Тома нет блох! — прокричал в ответ хозяин обезьянки. — Ему страшно нравится играть в ванне.
— Так вы назвали обезьянку Томом? Что за нелепое имя! — непонятно почему сказал Хантер. Его все это очень насмешило. Потом ему пришла в голову забавная мысль: — Э, выходит, Том принимает ванну вместе с вами?
— Не всегда, — ответил мужчина, испепелив Хантера взглядом. — Часто он требует, чтобы я сделал ванну специально для него.
Хантер и другие мужчины, стоявшие поблизости, не смогли удержаться от громкого смеха. Том же явно радовался обретению нового друга. Зверек обвил хвостом шею девушки и принялся разглядывать украшения на ее шляпке.
— Чудесный зверек, — проговорила молодая леди очень бодрым голосом. Хантер чуть было не поверил ей, но тут заметил, что зверек стал жевать ее шляпку. — Быть может, вы его заберете, сэр? Мне не хочется его напугать.
— Да вы не переживайте, мисс. Том прекрасно разбирается в людях, — заверил ее хозяин обезьянки.
— Позвольте? — произнес Хантер, делая шаг вперед, чтобы выручить храбрую леди.
Взгляд ее зеленых глаз, загадочных, как море, потеплел.
— Будьте так добры, — тихо отозвалась она.
Хантер хмыкнул и сунул свои аккуратно завернутые букеты ближайшему из зевак.
— Подержите. — Он осторожно снял зверька с его прелестного «насеста». И сам зверек, и его хозяин что-то говорили, но Хантер не стал обращать на это внимания. — Ну, ну... вот, уже почти. — Он протянул возбужденного зверька владельцу. — Ваше животное в целости и сохранности.
— Ну вот, Том. — Пожилой хозяин полез в карман за очередным орехом. — У меня еще есть для тебя.
— Скажите спасибо, что он не укусил мою хозяйку! — Розмари так разволновалась, что своим видом напоминала огнедышащего дракона.
— Розмари, прошу вас!
На Хантера произвело впечатление то, что рассерженная женщина утихла сразу после едва слышно произнесенной просьбы своей госпожи. Грейс поправила шляпку и улыбнулась владельцу Тома.
— Спасибо вам и Тому за приятное развлечение. Раньше мне никогда не приходилось гладить обезьянку, мне очень понравилось. Всего вам доброго, джентльмены. — Взглядом она дала Розмари понять, что им пора идти.
— И вам всего доброго, мисс, — крикнул ей вдогонку хозяин. — Приходите снова навестить Тома! — Он бросил сердитый взгляд на Хантера и ласково погладил своего зверька, который сосредоточенно расправлялся с орехом.
Хантер проследил взглядом за леди Грейс, которая вознамерилась, похоже, раствориться в толпе, даже не поблагодарив его за то, что он избавил ее от этой чертовой обезьяны. Тихонько выругавшись, он забрал свои букеты и устремился вдогонку за девушкой и ее служанкой.
Глава одиннадцатая
— Давайте идти помедленнее, — проговорила Розмари, запыхавшись. — Для здоровья вредно вот так бежать все время.
Грейс не стала слушать жалобы своей спутницы: голова у нее шла крутом, а сердце стучало, как молот. Она не могла поверить в произошедшее. Хантер, выходит, следил за ними? А тут еще обезьянка — ну, можно ли попасть в более унизительное положение?
— Если хотите купить ананасы, надо торопиться. В такое время может уже ничего не остаться.
— Торопимся, да? — произнес Хантер с непринужденной улыбкой. На сгибе левой руки он держал что-то похожее на охапку цветов. Поравнявшись с женщинами, замедлил шаг. — Надеюсь, обезьянка не слишком вас напугала.
«Ах, как он красив, негодяй! И очень опасен», — думала Грейс, угадывая под одеждой стальные мускулы. Он настолько возвышался над ней и Розмари, что ростом должен быть чуть больше шести футов[6]. Но больше всего Грейс нравились его глаза — светло-карие, а при ярком солнечном свете напоминавшие цветом тот кусок янтаря, что пылился в библиотеке Фретуэлл-холла. Цвет был поистине замечательный, а если еще учесть густые черные ресницы, то его взгляд неминуемо должен был поражать женщин в самое сердце.
— Мне показалось разумным уйти раньше, чем зверек съест мою шляпу целиком, — сказала Грейс, стараясь показать, что она подходит к происшедшему с точки зрения здравого смысла и при этом с юмором.
Розмари недоумевающе взглянула на госпожу, но ничего не сказала. Грейс не рассердилась на нее: собственный голос прозвучал как-то странно даже для нее самой. Ей трудно было объяснить свою реакцию на близость герцога.
— Простите, что не сумела вас должным образом поблагодарить, — продолжала она. — Мне не хотелось быть неучтивой, но нам еще нужно успеть сегодня нанести несколько визитов.
Легкий ветерок играл небрежно подрезанными прядями волос герцога, достававшими до подбородка. Они были черными как вороново крыло, без малейшего намека на седину. Сколько же лет Хантеру? Когда его бабушка объявила об их помолвке, ему было двенадцать. Сейчас, значит, чуть больше тридцати. Бывалый мужчина, как любит говорить Розмари.
— Понятно. — Хантер оценивающе взглянул на Грейс и улыбнулся. Он что, заметил, как она его разглядывает? Пожалуй. Наверное, привык, что дамы всегда с восторгом смотрят в его чудесные янтарные глаза.
Грейс перевела взгляд на его плечо. Если разглядывать сюртук, вряд ли это будет ее смущать.
— Не следовало мне останавливаться и любоваться обезьянкой. Но я до сих пор не видела ни одной живой.
— Живой? — От удивления брови Хантера сошлись на переносице.
— Она говорит о чучелах, ваша светлость, — дала пояснение Розмари. — У одного нашего соседа весь дом просто забит чучелами животных, настоящий зверинец. Одни прямо как живые, другие — не очень.
— Не очень — какие? — уточнил явно заинтересовавшийся Хантер.
— Не такие, какими их создал Господь, — ответила Розмари, воздев очи к небу, словно ожидая, что Онвыскажет свое мнение по этому поводу.
— У нашего соседа есть чувство юмора, — вставила Грейс, не давая Розмари распространяться дальше на эту тему. — И у него замечательный талант художника — как он работает над своими произведениями!
— Мерзость это, а не произведения.
— Не будем спорить. — Грейс сверкнула на экономку глазами. — Не все понимают работы Артура.
— Артура?
Грейс глубоко вздохнула, чтобы ответить твердым голосом, подняла голову и отметила некоторое удивление в глазах герцога.
— Так зовут моего соседа, — пояснила она.
Угадав, что ей интересно, отчего он вздумал следовать за ней, Хантер решил внести ясность:
— Не в моих правилах охотиться за молодыми красавицами...
Грейс и Розмари обменялась взглядами — слова герцога прозвучали фальшиво.
— И мне тоже надо кое-кого навестить, — продолжал Хантер, озабоченно посмотрев на букеты. — Надо было, по крайней мере. Это — для вас.
Он передал Грейс оба букета. «Не иначе, хотел подарить другой даме», — подумала она, рассердившись и борясь с желанием швырнуть цветы наземь и хорошенько их растоптать. Чтобы не сделать того, что не подобает благовоспитанной леди, она передала цветы Розмари.
— У меня есть желание пригласить вас и вашу подругу немного подкрепиться после приключения с обезьянкой.
Чего-чего, но подобного приглашения она от Хантера не ожидала.
— Благодарю за великодушное предложение, однако мне...
— Надо ехать в гости, — закончил фразу Хантер не без раздражения. — Это я уже слышал. И все же нам с вами есть что обсудить. Я вообще-то собирался заехать к вам попозже, чтобы обговорить предстоящую свадьбу, но это...
