них и наслаждаться видом. Сад, что я украдкой рассматривала из окна в комнате для построения, отсюда был как на ладони…
Чем дальше мы шли по коридору, тем отчётливей и сильнее я улавливала в воздухе приятный аромат. Это был запах, который я когда-то очень любила и который так долго не ощущала в этом доме. Выпечка… свежая, сладкая и тёплая… У меня даже слюнки потекли. Я как голодный звереныш озиралась по сторонам и искала источник. В комнате, которой я жила, о таком аромате и думать не приходилось. Там можно было почувствовать лишь сырость, плесень и отчаяние…
Мы очередной раз свернули за угол и, вдруг, остановились… От неожиданности я не успела затормозить и врезалась в спину верзилы, что шёл первым…
Из-за двери, перед которой я сейчас стояла, доносились звуки разговоров и женского смеха. Я прислушалась, ведь думала, что мне кажется…
— Сними пять бусин с браслета, Энджела, — произнесла Мадам за моей спиной.
— Что? — переспросила я.
— Я уверена, что с твоим слухом всё в порядке, Энджела, — язвительно сказала Мадам.
Она высокомерно смотрела на меня и ждала полного подчинения.
— Но почему, я же не заслужила этого? — вновь задала я вопрос.
— Я была против этого, но не могу ослушаться его приказа, — пояснила Мадам.
Его? Что она имеет ввиду? Я вновь пристально взглянула на женщину в чёрном. Всю дорогу сюда она шла позади, и я не могла подробно рассмотреть её внешность. Сейчас же для меня стали заметны определённые странности. Её причёска, обычно идеальная и тщательно уложенная, была растрепана и слегка сбита набок. Лицо покрывали множественные красные пятна, которые появляются после долгих рыданий. Опухшие и покрасневшие глаза подтверждали моё предположение.
Но самым выразительным был отпечаток руки на её шее. Словно кто-то, обладающий неистовой силой, долго сжимал её горло. Было удивительно осознать, что кто-то имеет над Мадам такую же власть, что она над нами…
— Что дальше? — спросила я, одновременно снимая бусины с браслета.
Верзила, обычно подставляющий деревянную миску в этот момент на построении, сейчас был удивлён не меньше моего и, растерявшись, просто подставил мне ладони.
— А дальше я должна поздравить тебя с переходом на новый уровень, — Мадам говорила так, чтобы я точно поняла и прочувствовала, насколько ей неприятно это произносить.
Она даже приложила руку к груди и сделала вид, что её начало тошнить.
— Теперь ты будешь жить здесь с девушками, что смогли достичь хороших результатов самостоятельно.
На последнем слове она сделала особенно сильное ударение, намеренно акцентируя внимание на том, что я не достойна находиться здесь…
— Я тоже много работала, Мадам, — мне стало обидно от её слов, поэтому захотелось хоть немного постоять за себя.
Женщина в чёрном лишь криво улыбнулась в ответ на мои слова. Будто я несла чушь, а она просто не хотела тратить время на объяснения. Мадам подошла к двери, что вела в комнату девушек, и открыла её. Внутри было столько света, что мои глаза мгновенно заслезились и мне пришлось зажмуриться на некоторое время.
— Дамы! Я вынуждена Вам представить новую соседку. Это Энджела, — она взяла меня за локоть и втащила внутрь.
Я попыталась вырвать руку и освободиться от стальной хватки Мадам, но у меня ничего не получилось. Она так сильно вцепилась, что наверняка останутся синяки…
Я, наконец, почти привыкла к настолько яркому освещению. После заточения в практически тёмной комнате моим глазам было сложно. Комната была просто огромной. Внутри находилось всего пять девушек. Пара из них были мне прекрасно знакомы. Меган сразу же расплылась в улыбке и, вскочив с диванчика, что стоял рядом с окном, отложила в сторону книгу и сделала пару шагов навстречу. Анна же восприняла моё появление совершенно по-другому. Она явно осталась недовольна и даже расстроена тем, что я теперь буду жить с ней. В её выражении читалась некоторая доля страха. Видимо, она не ожидала меня снова увидеть и теперь опасается моей мести, ведь именно она способствовала моему наказанию.
— Твоя кровать вторая справа, всё необходимое ты найдешь в шкафу рядом с ней. Я оставлю вас. Если возникнут какие-либо вопросы, то девушки с удовольствием подскажут, — пояснила Мадам и, наконец, отпустила мою руку, предварительно швырнув меня в центр комнаты.
Она сделала это с такой силой, ято я буквально пролетела несколько метров и упала в середине помещения, больно ударившись коленками. После женщина развернулась и вышла обратно в коридор, прикрыв с грохотом дверь.
— Ты в порядке? — я ещё не успела опомниться, а Меган уже подбежала ко мне и принялась помогать встать.
Девушка подхватила меня под плечи и всеми силами пыталась поднять. Мне же было так обидно, что я скорее походила на мешок картошки, что безжизненно сидел на полу. Это выглядело очень унизительно.
Я с трудом, но встала на ноги и огляделась по сторонам. Остальные девушки сверлили меня глазами, открыв рты. Они сбились в стайку. Послышался шёпот.
— Спасибо, — поблагодарила я Меган за помощь.
— Ты, наверное, ударилась? — спросила она.
— Всё хорошо, — мои царапины на коленках и ноющая от стальной хватки женщины в чёрном рука, сейчас беспокоили меня меньше всего…
Я находилась в растерянности. Меня швырнули в очередное помещение, которое мне б вновь было непонятно. Складывалось ощущение, что Мадам делала это специально, чтобы я не могла расслабиться и хоть немного привыкнуть к чему-либо в этом чертовом доме. Внутри меня нарастала злость, всё негодовали и кипело… Если раньше я со смирением принимала любую ситуацию, то теперь, кажется, мой запас смирения и терпения закончился…
— Тебе нужно отдохнуть, Энджела, — Меган снова пыталась помочь мне.
— Отдохнуть? Отчего, Меган? От постоянного унижения? Или от ощущения, что я всего лишь вещь, а не живой человек? — я не могла больше сдерживаться.
Всё, что копилось внутри все прошедшие дни, сейчас неумолимо рвалось наружу. Слезы уже текли по щекам и падали на пол и моё тело огромными солёными каплями.
— Мне жаль, что всё это происходит с нами, дорогая, но мы не в силах что-то изменить… Все, что нам доступно, это смириться и научиться получать удовольствие, — грустным голосом, полным искреннего сожаления, сказала девушка.
— Удовольствие? Не подскажешь, как мне нужно было его получать, находясь в заключении в сыром тёмном подвале? Ты хоть представляешь себе, что я пережила там? — я не могла остановить.
Разумная часть мозга понимала, что Меган тут совершенно не причём, но эмоции внутри переполняли меня, и я не могла остановиться. Девушка стояла рядом, склонив голову. Она не знала, что мне ответить…
— Или, может быть,
