Читаем без скачивания Принц льда и крови - Джукич Алиса

Артур тихо рассмеялся:

– О нет, Агнес. Любой здравомыслящий мужчина и на километр тебя к себе не подпустит. Ты упертая, как стадо баранов, и та еще язва…

Я ударила брата локтем под ребра, он тихо ойкнул и в отместку ущипнул меня за нос.

– Ты просто еще не встретил ту самую, поэтому так легко отказываешься от собственного счастья, братец.

На мгновение Артур задумался, почесав подбородок:

– Ты что же, втюрилась в фейца?

Я вспыхнула и незаметно выскользнула из рук брата.

– Не переживай, Арти. Единственное чувство, которое он во мне породил, – чувство отвращения. Прямо как твои козявки, которые ты в детстве под одеялом прятал.

В меня полетела схваченная Артуром со стола булочка, но я успела пригнуться. Булка, просвистев в миллиметре от меня, врезалась в камин и упала на пол. Ирис, все это время внимательно следивший за нами, радостно подбежал к ней, схватил и утащил к себе на лежанку.

Внезапно я почувствовала, как горит кожа в местах, где меня касался Эллин. Мне было жизненно необходимо смыть с себя его касания, его запах, пропитавший волосы и легкие.

– Завтра собери вещи и постарайся выспаться, – услышала я на пороге ванной комнаты слова брата.

Глава 8

Разбитое сердце

Утром меня разбудил Ирис, облизав мои щеки и нос. Как добралась вчера до кровати, я не помнила. От усталости, валившей меня с ног после горячей ванны, я совсем не запомнила, что делала.

Нехотя я поднялась с постели, смерив пса убийственным взглядом.

Собрав волосы в свободную косу и переодевшись из теплой пижамы в белый свитер и джинсы, я отправилась в гостиную. Там меня ждали накрытые полотенцем горячие сырники и записка от брата.

Откусив кусочек тающего во рту лакомства, я прочитала вслух:

Приятного аппетита, Агни. Ушел закрыть смену на фабрике, буду к семи. Не скучай и подготовь все для завтрашнего отъезда.

Вещей у нас было не так много, так что с чемоданами я справилась за несколько часов: дело-то привычное. Коротая время, я скучающе сидела в кресле возле камина, поглаживая Ириса, свернувшегося калачиком у меня на коленях.

Внезапно мой взгляд привлекла серая софа напротив. Сердце пропустило удар, я будто снова почувствовала ледяные пальцы Эллина, сомкнувшиеся у себя на глотке, его твердое мускулистое тело, навалившееся на меня, как пресс…

– Так, мне срочно нужно проветриться, – решила я и согнала Ириса со своих ног.

Накинув на плечи теплую куртку и по привычке прихватив с собой кинжал, я как ужаленная выскочила из дома, позволяя холодному воздуху привести себя в чувства.

Бесцельно гуляя по городу, я специально избегала мест, напоминавших об Эллине.

На улице завывала метель. Горожане разбрелись кто куда, прячась от пронзающего ветра. Что ж, я не стала исключением и, окончательно замерзнув, прошмыгнула в миленькую кофейню на соседней от парка улице.

Заведение пустовало, из посетителей там была только старушка, сидевшая за столиком возле окна и увлеченно читавшая новости в местной газете.

Обстановка располагала, я стянула с себя вязаную шапку с помпоном и плюхнулась за один из свободных столиков.

Ко мне сразу подошла официантка в ярко-фиолетовом фартуке, вежливо мне улыбнулась и протянула меню. Даже не заглянув в него, я заказала себе латте и кивком поблагодарила девушку, которая тут же отправилась готовить кофе.

Светлые стены кафе украшали подвесные горшки с вьющейся зеленью. Высокие окна выходили на центральную улицу Ситки, а в центре зала стояли белые французские столики, накрытые ажурными скатертями.

Здесь приятно пахло бергамотом, зерновым кофе и мятными пряниками. За цветным прилавком, декорированным листьями папоротника, гудела кофемашина и мельтешила официантка.

– Могу я к вам подсесть? – раздался скрипящий голос возле меня.

Вскинув голову, я обнаружила держащуюся за спинку соседнего стула старушку в голубом кафтане. Под мышкой она держала скрученную в рулон газету. Встретившись со мной глазами, она приветливо махнула мне морщинистой рукой.

Я непонимающе обвела взглядом пустующий зал и вопросительно изогнула бровь.

– Не хочу сидеть в одиночестве, – поспешила объясниться старушка. – Всегда приятно пообщаться с гостями нашего города.

Я незаметно принюхалась – нафталин и кофе, никакой приторной нотки магии. Смертная.

Слегка расслабившись, я кивнула головой, приглашая старушку занять место напротив меня.

Скрипнув металлическими ножками стула, незнакомка благодарно мне улыбнулась и уселась за стол.

На вид ей было лет семьдесят или около того. Седые вьющиеся волосы стянуты в высокий пучок на затылке, а морщинистое лицо излучало доброту и трепет.

– Я – Аделаида Порг, – представилась моя собеседница и протянула мне руку.

– Агнес Эркенст. – Подавшись вперед, я пожала руку старушки. Ее сухая, шершавая кожа неприятно царапнула ладонь.

– Эркенст, говоришь? Случаем, не твой брат работает у нас на лесопильной фабрике? Такой приятный парень с вечно торчащими в разные стороны волосами?

Мое лицо озарила широкая улыбка.

– Да, точно он, – согласилась я со старушкой.

Официантка аккуратно, не мешая нашему разговору, поставила на столик мой заказ. Я подмигнула ей и пригубила вкуснейший напиток с молочной пенкой.

Аделаида внимательно меня оглядела и задумчиво поправила круглые очки:

– А вы не похожи. Твой брат работает в одну смену с моей дочерью, она мне все уши про него прожужжала.

– У нас разные отцы, – спокойно ответила я, выдержав ее любопытный взгляд.

– А ваши родители…

Я не позволила ей закончить, чтобы старушка не надумала себе лишнего:

– Отец Артура погиб в автокатастрофе много лет назад, а наша мама умерла от болезни. Мой родной папаша оказался редкостным хм… чудовищем, я его ни разу не видела.

Давно отработанная лживая история про родных слетала с языка гораздо проще, чем разрывающая душу правда.

Старушка печально вздохнула, опустив потускневшие от возраста глаза на свои сцепленные в замок руки.

– Ох, деточка, прости меня за мое любопытство. Вечно я сую нос куда не следует, – понуро пролепетала Аделаида Порг. Порывшись в своей висевшей на стуле красной сумочке, старушка достала и протянула мне завернутое в блестящий фантик китайское печенье с предсказаниями.

– Вы верите в эту ерунду? – скептически спросила я, но угощение приняла.

Повертев печенье в руках, я вскрыла шуршащую упаковку. В нос тут же ударили запахи песочного теста и корицы.

– А почему нет? – Моя собеседница пожала плечами. – Если предсказание сбудется – хорошо, а нет, – так всегда можно полакомиться вкуснейшим печеньем.

Хихикнув, я разломила печенюшку пополам. На ладонь упал маленький свернутый листик, развернув его, я внимательно вчиталась в текст.

– Ну что там? – приспустив очки, поторопила меня старушка.

– Бессмыслица какая-то. – Я покачала головой, решив зачитать предсказание вслух, понимая, что Аделаида все равно не отвяжется, пока я его не прочту:

В твоей душе затаился страх, два любящих сердца в дрожавших руках. Чье тебе будет не жалко разбить? Лед или пламя ты сможешь любить?

На мгновение сухие губы старушки исказил свирепый оскал, а в голубых глазах вспыхнуло зловещее предвкушение.

Я моргнула – и вот передо мной снова приветливая старушка с кроткой улыбкой и мягким лицом.

– Агнес, вам плохо? – с искренним волнением поинтересовалась она, заметив мое внезапное оцепенение. Приподнявшись, Аделаида потянулась ко мне через стол и прижала шершавую ладонь к моему лбу, словно проверяя, нет ли у меня лихорадки.