На пять минут спор с самой собой ее успокаивал, затем неловкость и беспокойство возвращались. Софи вспоминала свои чувства в тот момент, когда ее коснулись губы Грегори, и была близка к панике.
Она пыталась вспомнить, как это было с Аланом. Что она чувствовала к нему? Было ли это любовью? Его упорство помогло ему завоевать ее, но вся их жизнь проходила на публике. Был ли между ними хоть один момент настоящей близости? Смеялись ли они вместе? Шутили ли? Из глубины подсознания рождалась уверенность в том, что она просто смирилась и, выйдя за Алана замуж, словно заключила пакт, который, как она думала, не мог быть расторгнут.
Софи закончила оформление своего прилавка и распрямилась, чтобы посмотреть на него. Подушки, сшитые из лоскутков, – превосходная работа миссис Уилсон, самой старой активистки фонда, безусловно, были очень эффектным товаром. Оглядев зал, Софи осталась довольна и другими прилавками, на которых были разложены всякие безделушки и детские вязаные вещички. Большинство из этих изделий Софи ни за что бы не купила сама, но на ярмарке появились незнакомые люди, видимо, обитатели новых домов, которые, несомненно, что-нибудь приобретут.
Джейд играла в дальнем углу зала с двумя девочками из класса. Софи улыбнулась, помахала ей, а потом встала за прилавок.
Кэт, которую с трудом убедили помочь, скептически окинула взором зал. Она принесла кофе для Софи и протянула ей чашку.
– На самом деле, Соф, неужели ты не можешь убедить своих активисток давать вещички для детей помоднее?
– Это Эшдаун, Кэт. Родителям здесь нравятся старомодные вязаные вещи.
– Ну а дети? Неужели им нравятся фасоны времен Ноева ковчега?
– Не будь такой вредной, – но Софи смеялась.
– Ведь такой простор для модного вязания. Мини-юбки для подростков! Топики… короткие платья… А уж эти ужасные огромные коричневые пуговицы… – Кэт ворчала и ворчала, пока люди подходили и покупали понемногу. Завсегдатаи, как обычно, справлялись о ценах, которые были удивительно низкие, но новички набрасывались на товары с энтузиазмом людей, которым предоставили солидную скидку.
– Я подумываю о том, чтобы в следующий раз поднять цены, – заявила Софи, когда раскупили содержимое ее прилавка.
Кэт поморщилась.
– Постоянные покупатели вряд ли это оценят!
– Да, но ведь инфляция. – Софи пожала плечами. – Времена меняются.
– В самом деле? – Кэт прищурившись, посмотрела мимо Софи. – А в дверь как раз входит прекрасный пример меняющихся времен. Как ты думаешь, что он делает здесь? И не говори мне, что он ищет товары со скидками в свой деревенский дом!
Софи повернулась, ее руки судорожно стиснули чашку. Она поняла, кто сейчас вошел, и без упоминания имени.
Как обычно, Грегори получил солидную порцию устремленных на него взглядов. Он шел по залу, с интересом останавливался у каждого прилавка и задавал вопросы.
Софи, которой удалось не думать о нем некоторое время, почувствовала, как бабочки заплясали у нее в животе. Слава богу, Кэт не смотрела на нее.
Грегори заметил Джейд, и Софи напряженно следила, как он подошел к девочке, сказал ей что-то, видимо смешное, судя по выражению ее лица. Остальные девочки тоже захихикали, пока он разглядывал их коллекцию кукол.
Когда он выпрямился, Софи быстро отвела взгляд, не желая быть пойманной на том, что следит за ним. Кэт была не так сдержанна. Она продолжала свои комментарии продвижения мистера Уоллеса по залу, одновременно удивляясь тому, что привело его на деревенскую ярмарку.
– Ты повторяешься, – сказала Софи наконец, – кто знает, почему этот мужчина здесь? Кого это заботит?
Кэт заглянула в лицо подруги:
– Может быть, он пришел, чтобы бросить взгляд на неуловимую, ускользающую Софи, – прошептала она театрально, и Софи почувствовала, что кровь прилила к щекам.
– Твое воображение снова завело тебя слишком далеко. – Голос Софи был твердым и даже веселым, но голова… словно ее вдруг обмотали ватой.
– Да… – продолжала Кэт, – он двигается по залу, и вот уже близко его восхитительная фигура, облаченная в зеленые штаны и толстый коричневый свитер, к счастью, без этих ужасных пуговиц… Он останавливается, чтобы поболтать с миссис Годфри, которая отвечает ему очень застенчиво… Безусловно, он и не намекнул, что ей срочно нужно похудеть. Так, он двигается дальше…
– Заткнись, Кэт, – но Софи уже не удавалось сохранить серьезное лицо.
– Кажется, он идет в этом направлении. – Кэт обернулась. – Теперь, Соф, посмотрим, что мы можем сделать с твоими волосами, дорогая. – И она принялась заниматься прической подруги. Софи неистово отбивалась.
В середине их схватки подоспел Грегори и сказал весело:
– Какое оживленное поведение у двух солидных продавцов!
Избегая встречаться с ним глазами, Софи пригладила волосы.
– Софи слегка развеселилась, – объяснила Кэт, широко улыбаясь. Обычно это знак, что она беспокоится.
– Это правда? – Грегори смотрел на Софи дольше, чем это было необходимо. – Я приму к сведению.
– Как мило с вашей стороны, что вы пришли, – сказала Софи, не обращая внимания на заразительно улыбающееся лицо подруги и стараясь сохранить спокойствие. – Что вы думаете о нашей маленькой ярмарке? – Ветер растрепал Грегори волосы, и он выглядел очень сексуально.
– Впечатляет. – Он взглянул на Софи, и она разрумянилась. – И помоему, все идет вполне успешно.
– Да, здесь больше людей, чем мы ожидали. Это, наверное, из-за новых домов. – Кэт посмотрела неодобрительно в ее сторону, и Софи смутилась резкостью своего голоса. – Очень милые строения, – добавила она, и это звучало еще хуже. – Хозяева ищут товары со скидками для своих новых домов, – закончила она неуверенно.
– А как ваш новый дом? – спросила Кэт с присущим ей энтузиазмом.
– Вы обе должны как-нибудь прийти и посмотреть на него, – предложил вежливо Грегори. Хотя свои слова он адресовал Кэт, Софи чувствовала, что его внимание сосредоточено на ней.
– Здорово звучит, Соф?
– О да, конечно, – произнесла Софи вежливо. – Я просто прыгаю от радости. – Она не хотела так говорить. Слова вырвались против ее воли.
Его воздействие на нее было ошеломляющим. Не имело смысла отрицать это. Обычно Софи была воплощением самоконтроля, образцом правильного поведения. В тот момент, когда появлялся он, все эти качества исчезали, она становилась нервной, подверженной оборонительным ребяческим вспышкам гнева, которые заставляли ее съеживаться от страха.
– Софи! – выдохнула Кэт!
– Зачем беспокоиться? – проговорил Грегори холодно. – Разве ваша подруга принимает от кого-нибудь приглашения?
– Она может быть немного упрямой, – ответила Кэт неловко, чувствуя напряженность атмосферы.
