— Вот сколько, — с гордостью сказала Ила На.
— Находчиво! — засмеялся Краев и пересчитал палочки возле топора. Двадцать семь. А ну посмотрим, сколько их там.
На складе был такой же образцовый порядок, и Володя еще раз похвалил эту удивительную женщину. Топоров оказалось двадцать девять.
— Правильно? — спросила Ила На.
— Нет, — Краев поскреб подбородок, заросший за год курчавой бородой. На два топора больше.
Женщина принесла палочки и стала откладывать по одному топору и одной палочке. Двух палочек не хватало.
Ила На растерянно смотрела на топоры и палочки, не зная, как могло такое случиться.
— Не огорчайся, Ила На, — Володя положил ей руку на плечо. — Ты все очень здорово придумала. Немножко ошиблась. Ничего.
Но сомнение одолевало женщину. Она потеряла уверенность в непогрешимости своей системы учета. Ей даже начало казаться, что Воло Да нарочно напутал, чтобы сбить ее с толку и показать свое превосходство. Видя угрюмое молчание главы племени, Краев решил вывести ее из этого состояния.
— Смотри, — сказал он, собирая палочки. — А если так, — и выбросил их на улицу.
Ила На побледнела от обиды.
— Зачем так, Воло Да?
Он улыбнулся и пошел на улицу. Там он собрал двадцать девять палочек и принес их на склад.
— Считай.
Ила На снова принялась откладывать по одному топору и палочке, пока не перебрала всю кучу.
— Теперь правильно, Воло Да. Как сделал? — удивилась женщина.
— Давай, Ила На, придумаем, как нам считать, когда много, без палочек. Люди нашего племени умеют это делать. Почему не научиться вам? — Он отложил пять палочек. — Сколько?
— Пять, — безошибочно определила Ила На.
Он прибавил еще одну.
— А теперь?
— Пять и одна.
— А можно найти слово, чтобы оно означало это количество? У нас такое слово есть.
Ила На отрицательно покачала головой.
— Тогда давай придумаем.
Он сделал паузу, чтобы женщина подумала сама, и предложил слово, обозначавшее число шесть, которое они вместе придумали во время зимнего похода за солью. Слово понравилось Иле На, и она приняла его как свое. Краев прибавил еще одну палочку. Так, с большими трудностями, они добрались до десяти.
— А теперь я покажу тебе, как обозначаются эти числа, — и он написал на полке арабские цифры. — Это один, это два. Понятно?
Так, перечисляя все цифры, они снова дошли до десяти. На другой день урок счета был продолжен. Теперь Краев использовал принятую в племени манеру счета: десять и один, десять и два, пока не досчитали до двадцати. Это число назвали два-десять. Дальше Ила На подхватила сама: два-десять один, два-десять два и быстро добралась до двадцати девяти. Здесь она запнулась, но сейчас же глаза ее блеснули торжеством.
— Я знаю. Три-десять, четыре-десять, пять-десять!
— Молодец! — Володя вскочил и от радости захлопал в ладоши.
Проявление его бурного восторга привлекло Тао Ти. Она заглянула в пристройку.
— Тао Ти, ты знаешь какая она молодчина! — кинулся на радостях обнимать свою жену Краев. — Мы с ней учимся считать и…
— Считать все умеют, — отстраняясь, сказала суховато Тао Ти.
— По принципу пять, еще пять, много, — насмешливо заметил Володя. Пойдем.
Они прошли на склад и остановились у полки с топорами.
— Считай, — указал Краев па топоры.
— Зачем считать? — пожала плечами Тао Ти. — И так видно — много.
— Видно, — усмехнулся Владимир. — Если бы было видно, мы не ломали бы голову два дня. Считай ты, Ила На.
Глава племени начала считать уверенно, но после первого десятка называла числа все тише и все с большими паузами. Однако посчитала верно, хотя и не без помощи Краева.
— Правильно, два-десять девять.
Ободренная похвалой, она подошла к другой полке.
Тао Ти внимательно следила за ее действиями и даже пыталась помочь. Володя разъяснил ей правила счета, и к концу дня, с некоторыми трудностями, они закончили переучет склада.
— Прости, Воло Да, — сказала Тао Ти ночью, гладя его волосы. — Я думала, тебе нужна Ила На. А Тао надоела.
— Глупышка ты, — ласково обнял ее Краев. — Разве можно так? Ты моя жена, мой друг, а друг не должен так плохо думать. Я тебе говорил, что у нашего племени другой закон: одна жена, один муж.
— Тао думала — плохая жена. Дети пет. Воло Да ищет другую.
Краев успокоил жену, но понял, что в ее словах не только боязнь потерять мужа, но и рождающийся материнский инстинкт. Он мог и раньше заметить, что Тао Ти, особенно во время путешествий от одного племени к другому, не упускала случая приласкать, на радость матери, какого-нибудь голопузого сорванца из оравы вездесущих детей, крутящихся возле взрослых. С беспечностью молодых мужчин, он считал эти проявления данью вежливости. Несмотря на большое внешнее сходство, Краев не был уверен, что физиологические особенности их организмов столь близки, и отсутствие детей казалось ему естественным. Теперь он подумал, что после его смерти некому будет продолжать начатое им дело. При всех способностях людей этих племен, они не могли видеть перспективы начатых им преобразований, им не подняться в течение жизни до его уровня знаний, и с его уходом начнется естественный, очень длительный период накопления знаний по крупицам, от поколения к поколению; может быть, само развитие общества от первобытного пойдет по предписанным законом истории пути через рабовладальческую, феодальную и капиталистическую формации, с множеством ненужных войн, захватов чужих территорий и огромными потерями культурных и материальных ценностей…
— Воло Да спит? — притронулась к его плечу Тао Ти.
— Я думаю. Наверное, пока у нас нет своих детей, надо учить чужих. Надо построить школу. Туда они будут ходить. Учиться считать, писать, делать полезные вещи.
— Хочешь, я буду их учить охоте?
— Конечно, — Володя улыбнулся, представив ее в роли учительницы, но она была права. Их школа не должна быть односторонней: и охота, и рыболовство будут пока еще нужны подрастающему поколению не меньше, чем грамота и знания. Краев, размечтавшись, представил себе здание школы в глубине поляны с большими окнами и просторными классами… Нет, это пока нереально. У них нет даже стекла, а без окон, какая школа! Поворочавшись от потока обуревавших его мыслей, он заснул и проспал все утро.
— Что же ты меня не разбудила? — спросил он жену.
— Так хорошо спал. Жалко было, — просто сказала Тао Ти.
Погожий день приближался к полудню, Володя разделся и бросился в реку. Вода оказалась прохладной, но поплавал он с удовольствием. Посмотреть на его купание собралась едва ли не половина поселка, хотя все не один раз видели, как он плавает.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
