— Почему вода держит тебя, Воло Да? — спросил Унда. — Я пробовал, меня не держит. Других тоже.
— Этому надо учиться, Унда. Плохо, у меня нет времени, да и холодно становится. Напомни после зимы, научу тебя и других. Всем надо уметь плавать.
После завтрака Краев осмотрел свои дорожные инструменты, подточил топор, пополнил запас стрел.
— Опять пойдем маршрут? — заулыбалась Тао Ти, увидев его приготовления.
— Пойдем, — рассмеялся геолог. — Будем искать белый песок. Стекло делать.
— Стек-ло? Хорошо. Будем делать.
Краева давно манили верховья реки. Там можно было подробно ознакомиться с геологическим строением района и попробовать уяснить, откуда берутся золотые самородки. Он не без основания предполагал, что они скорее всего сконцентрировались в результате вторичного переотложения более древних речных осадков, среди которых он и рассчитывал выявить чистые кварцевые пески.
После недолгих сборов и прощаний четверо первопроходцев, растянувшись цепочкой, двинулись вверх по реке. На этот раз Краев решил взять с собой двух молодых парней. Он подумал, что молодые не будут тяготеть к дому и окажутся более любознательными, чем предыдущие спутники по путешествию. Старший по возрасту, Лаа, вызвался в поход добровольно, второго, Мату, упросила взять с собой Ила На, заметившая у сына тяготение к странствиям. В том, что оба парня достаточно смышленые, Володя убедился на первой же стоянке. Они без подсказки натаскали сучьев, выпотрошили убитых по дороге птиц, помогли поставить палатки. За ужином Краев похвалил их умение и сказал, что если они еще научатся считать и писать, то из них выйдут настоящие путешественники. После ужина он преподал им первый урок счета до десяти.
В полдень следующих суток они остановились у той кварцевой жилы, где Краев впервые обнаружил блестки золота.
— Что это? — спросил Краев, указывая на жилу.
— Белый твердый камень, — быстро ответил Лаа.
— А еще что?
— Больше ничего.
— Что скажешь ты, Мату?
— Тут еще капелька желтого камня.
— Хорошо, Мату, — улыбнулся геолог. — Ты внимателен, как настоящий путешественник. Запомните, белый камень — кварц — и желтый камень — золото — как братья. Они часто бывают вместе. А теперь вы не забыли счет? Нет? Тогда поймайте ровно десять рыб на обед.
Пока Тао Ти и Володя собирали хворост и разжигали костер, парни наловили рыбы и почистили ее.
— Вот, — сказал Лаа, протянув чищеную рыбу, нанизанную на палку. — Ровно десять.
— А что ты держишь за спиной, Мату? — спросил Володя, заметив некоторое смущение парней.
— Это лишняя, — показал одиннадцатую рыбину Мату. Насмеявшись вдоволь, Краев объяснил, как считать дальше, если больше десяти. Пока жарилась завернутая в листья рыба, Володя написал на песке три имени друг под другом. Получилось:
ТАОТИ
ЛАА
МАТУ
Все с интересом следили за его действиями, ожидая разъяснений.
— Когда мы говорим, то не обращаем внимание на то, что каждое слово состоит из звуков. Вот, например, есть такой звук «А». Его можно петь: а-а-а! Хороший звук?
— Хороший, — подтвердил Лаа. — Он есть и в моем имени.
— Молодец, — похвалил Краев, — но этот же звук есть и в имени Тао Ти, и в имени Мату.
Его спутники засмеялись и начали на разные лады повторять все имена. Володя дал им освоиться.
— Звук можно не только произнести, но и записать, — он медленно прочел написанные имена. — Вот этот знак, который стоит вторым, и обозначает звук а.
Так же подробно он объяснил и значение других звуков и букв в начертанных на песке именах. Они настолько увлеклись, что только запах горелой рыбы вернул их к действительности.
С каждым днем они поднимались все выше по течению большой реки, от привала к привалу постигая счет и азбуку. Каждое название нового камня или знакомого им растения Краев расчленял на звуки и писал на песке, радуясь вместе с ними удачному ответу или огорчаясь ошибке. На седьмой день пути течение заметно возросло, и скоро на их пути по левому берегу встала непроходимая гранитная скала, отвесно обрывающаяся в воду. Пришлось карабкаться по склону на невысокую гору и обходить препятствие. Когда поднялись на вершину, Краев остановился. Отсюда хорошо было видно и долину реки, уходящую вдаль, и причудливые гранитные скалы крутого правого берега, сжимающие долину в узкий каньон. Сжатые скалами воды реки стремительно набегали на одинокий, отшлифованный струями камень. Сразу за пережимом, выше по течению реки, долина резко расширялась. Здесь, кроме поймы, четко выделялись по высоте две террасовидных поверхности. В синеватой дали, подернутой дымкой, что-то смутно белело…
Пока спускались к реке, начало смеркаться. Краев решил остановиться здесь на день: все порядком устали за неделю, и отдых был необходим. Кроме того, он хотел воспользоваться стоянкой, чтобы посмотреть контакты гранитного массива с вмещающими его породами, потому что именно здесь внедрившаяся магма образует по трещинам кварцевые и пегматитовые жилы, богатые различными рудными минералами, а иногда образует и рудные тела.
Утром, оставив юношей в лагере, Володя и Тао Ти не спеша поднимались вверх по склону, уходя дальше от реки. Отмечая про себя частое чередование песчаников и глинистых сланцев с углистыми примазками, он не смотрел по сторонам, боясь пропустить контакт этих пород с гранитами. Неожиданно раздалось злобное шипенье, и на него бросилась полутораметровая змея. Он взмахнул палкой, готовясь отбить ее на лету, но змея, будто налетез на невидимую преграду, отлетела в сторону. И сейчас же камень, брошенный рукой Тао'Ти, ударил ее по свивающимся кольцам. Володя добил змею палкой. Голова змеи, крупная, с толстой шеей, с пятью клиновидными зубами, смыкающимися, как зубья шестерен, производила неприятное впечатление. Раскрыв палкой пасть, Краев убедился, что змея ядовита: три верхних зуба имели бороздки…
— Как называется? — спросил он Тао Ти, все еще дрожавшую от пережитого волнения.
— Пойдем вниз, Воло Да. Это страшное место. Ша чи — медленная смерть. Она никогда не бывает одна. Даже зверь не ходит в такие места.
Словно в опровержение ее слов, невдалеке на глыбы выскочил горный баран. Черной стрелой в него метнулась змея. Он отпрыгнул, и змея пролетела мимо. В тот же момент сзади кинулась вторая и достигла цели. Баран закричал жалобно и отрывисто. Вскидывая задом, он запрыгал вверх по склону. Еще две черные стрелы вонзились в левый бок. Баран завертелся, топча их ногами, и вдруг осел на зад. Первый укус змеи сделал свое черное дело и задние ноги барана отказали. С разных сторон к нему ползло не менее десятка змей. Они впивались в парализованное животное острыми зубами и, сдирая кожу, выхватывали куски окровавленного мяса. Насытившись, змеи тут же сворачивались в клубок, а на запах крови ползли новые.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
