— Я читаю ваши мысли, ярл Кейт, — сказал он быстро, — И я вижу, что Вы думаете также как и я.
— Не про Вашу жажду власти, — огрызнулся я.
— Не отрицаю этого, — сказал он. — Вы из того же теста, ярл Кейт. Мы очень похожи, чем любые другие на этой земле. Потому что я также рисковал своей собственной судьбой, и судьбой моих людей, чтобы получить новое знание и власть, как и Вы — такой же ученый и искатель правды, прибыли на север в опасность и трудности, искать новую, странную правду. Да, мы двое, имеем такой же самый ум.
Хотя его голос звенел с искренностью, я мысленно боролся против его соблазнительных мыслей.
— Потому что так много нам подобных, — продолжил он, — что я был способен бросить сеть моего предложения в ваш мозг. Хотя Вы были далеко на вашем судне за льдом, я все же смог направить Вас, чтобы возвратить затонувший рунный ключ.
— Как Вы могли сделать это, Локи? — спросил я с усиленным интересом. — Как могло ваше сознание простереться далеко, когда ваше тело поддерживалось во временно приостановленном оживлении в той тюремной пещере?
— Вы, чужестранцы, сконцентрировались больше на механических устройствах, чем на более тонких силах науки. Иначе бы, Вы поняли лучше природу сознания. Мозг, в действительности, — это электрохимический генератор, и мысли — электрический ток, который их производит. Мозг, который развил мощь, может бросать сеть электрических мыслей — импульсов за границу и в другой мозг. Это можно направлять на другой мозг и даже немного направлять его в физическое тело. Таким образом, в течение столетий, что я лежал заключенный и беспомощный, я посылал сеть моих мыслей вдаль, ища средства спасения. В далеком прошлом, я установил, что рунный ключ озиры бросили во внешний океан. Я не мог послать никого из джотанов, чтобы гарантировано достать его, поскольку они не могут пересечь обширный лед без гибели. Но, наконец, ваше судно прибыло на север и находилось около затонувшего рунного ключа. Я получил возможность повлиять на Вас, чтобы Вы выловили рунный ключ. И как только Вы получили его, и были в воздухе на вашем летающем судне, я послал умственное сообщение принцессе Хел, моей ученице, и приказал, чтобы она использовала штормовые конусы в моей лаборатории, которые заставят бурю принести Вас сюда.
— Штормовые конусы? — повторил я. — Какое же устройство могло быть использовано, чтобы принести такую бурю?
Локи улыбнулся и встал на ноги.
— Пойдемте, ярл Кейт, я покажу Вам. Я думаю, Ваши ученые, подобно мне, непосредственно будут заинтересованы моей лабораторией.
Глава 12
Лаборатория научного мастера
Он последовал вперед, поперек обширного, колонного зал. Гигантский волк Фенрис поднялся и последовал за нами на расстоянии нескольких футов, его дикие зеленые глаза, никогда не оставляли меня. Локи привел меня в маленькую каменную палату. Это было действительно лаборатория — самая странная, чем когда-либо я видел.
Два маленький, сверкающих радиоактивных солнца, заключенных в ведущих шарах, освещали темноватую комнату. Интенсивное белое сияние блестело от множества незнакомых механизмов и инструментов.
Я увидел другой сложный инструмент далекого видения, с квадратным кварцевым экраном, типа того, что Локи, Утгар и Хел использовали в большом зале. И я заметил устройства, которые, казалось, были подобными аппаратам превращения, используемыми альфингами. Но они были очень переоборудованы в конструкции. Используя сконцентрированные лучи радиоактивного выстрела энергии из свинцовых труб, они могли производить даже более быстрое превращение маленьких металлических объектов.
Локи следовал впереди, к наиболее поразительной особенности этого множества чужих научных инструментов. Гордо он жестикулировал среди ряда больших объектов, которые напоминали тяжелые носики сплавленного кварца, установленные на вертящиеся вышеупомянутые квадратные, огражденные медью, механизмы. Внутренние сложности я не мог видеть. Локи положил руку на один из носиков кварца.
— Я давно изобрел эти штормовые конусы, ярл Кейт. Они могут устроить наиболее потрясающую бурю на расстоянии сотен миль.
— Как они могут сделать это? — спросил я недоверчиво.
— Это весьма просто. — Он улыбнулся. — Штормовые молнии вызваны внезапным острым различием в электрическом потенциале между облаком и Землей, или облаком и облаком. Эти штормовые конусы распыляют тщательно нацеленные и проводимые каналы электрического поля, которые причиняет такое неправильное различие потенциала в любом желательном местоположении. Когда я поведу джотановскую орду, чтобы напасть на Асгард, я сначала обрушу разрушительную молнию вниз, на силы озиров. Тогда они падут легкой добычей моим диким воинам.
Я также был потрясен этой угрозой, чтобы комментировать. Локи повел меня к двери в противоположной стороне лаборатории.
— Теперь возможно Вы сможете меня немного проинструктировать, ярл Кейт, — сказал он. — Идите за мной.
Дверь открылась в большой, выложенный камнем двор, вне древней цитадели. Он был окружен стеной, но большие ворота в одной стене были открыты, ведущие к наклону, который круто бежал к реке. Сумрак спал, и белые туманы, что окутали Джотанхейм, были более плотными.
Мои глаза остановились на знакомом объекте в этом дворе. Это был мой ракетный самолет. В конце концов, он не был разрушен.
— Да, это — ваше летательное судно, — произнес Локи. — После того, как Вы приземлились в Мидгарде, я знал, что это был только вопрос дней, пока я не освобожусь. Я послал мысленный приказ принцессе Хел отправить корабли джотанов и привезти самолет сюда, поскольку я желал досконально исследовать это изделие чужеземной всемировой науки. Но не лелейте какие-то надежды относительно внезапного спасения на нем, ярл Кейт. Я могу только сказать слово, и Фенрис вопьется в ваше горло.
Волк-монстр позади нас снова зарычал, поскольку услышал свое имя. Я пожал плечами.
— Так или иначе, я не улетел бы без Фрейи и Фрея.
Локи осмотрел целый интерьер самолета, задавая мне быстрые, интеллектуальные вопросы относительно каждой особенности его. Он, казалось, немедленно схватывал проект судна и его высоко улучшенный ракетный двигатель.
— Вы умны, чужеземцы, изобретая такие вещи, — сказал он с искренним уважением.
— Разве Вы не хотите посмотреть на средства управления? — спросил я.
Мое сердце глухо билось, поскольку я увидел дикую, безумную возможность. Локи залез в кабину, и я объяснил ему про средства управления. Затем я открыл мешок белых химикалий, которые мы всегда ложили в эти арктические полеты. Я взял горстку и показал их ему.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
