Лэндри был тем, чего ты хотела, мне кажется, ты бы мне об этом рассказала. Значит, ты сделала это под давлением, и это нужно исправить.
— Элли…
— Но, судя по тому, что мне рассказали, ты защищаешь его. И Джейса, — ее глаза опасно сверкнули, когда она оттолкнулась от стола, встав во весь рост. — Двух парней, которые пытались отобрать у тебя этот кампус снова и снова. Те, кто принадлежат к бандам, которые мы давным-давно решили уничтожить.
Я уставилась на нее, мой пульс учащенно забился. Она была зла, и имела на это полное право. Я лгала ей. Как на профессиональном уровне, так и на личном. Эти чувства к Кайену и Джейсу ставили под угрозу все, что она планировала. Это могло все разрушить. И я не упустила частичку боли в ее глазах. Она любила меня, а я солгала ей.
— Гейдж сказал мне несколько месяцев назад, что они тебе небезразличны, — пробормотала она. — Что это ставит под сомнения твои решения. Ты обещала мне, что это неправда, и я тебе поверила. Именно поэтому я позволила тебе остаться в Литтл-Хэйвен. Теперь я думаю, что он был прав.
В моем горле встал ком, и я с трудом сглотнула.
— Ты говорила с Гейджем?
— Нет, — она скрестила руки на груди. — Я ничего не слышала о нем с той ночи, когда он отправился в клуб, чтобы попытаться освободить тебя. Мы отследили его телефон, и он так и не покинул Пасифик-Пойнт. Что с ним случилось?
— Он… я не знаю, — пробормотала я, чувствуя необходимость защитить его, несмотря на то, что он бросил меня. — В ту ночь в клубе появились незнакомые мне люди. Они заставили его пойти с ними. Не похоже, чтобы он хотел уходить.
Беспокойство промелькнуло на ее лице, прежде чем она отвернулась от меня и принялась мерить шагами комнату.
— Я разберусь с Гейджем. Расскажи мне, что произошло в Пасифик-Пойнт. Когда Хейс забрал тебя.
— Он держал меня у себя дома, и сначала я понятия не имела, зачем нужна ему, — я облизнула губы. — Пока не узнала то, что он уже знал. Что Крис — мой отец.
Элли остановилась, повернувшись ко мне лицом.
— Я не знала, Ринн. Если бы знала, то обязательно тебе рассказала бы. Я бы никогда не отправила тебя в Пасифик-Пойнт тем летом. Мне известно, что у тебя и Шона один отец, и Шон намекал, что он принадлежит к нашему миру. Но твой брат никогда не говорил мне, кто он на самом деле. Не уверена, что Шон вообще знал, что это Крис.
— Да, ну, Хейс знал, — сказала я с горечью. — И он использовал это. Тогда я рассказала ему, что состою в “Подполье”, потому что он не хотел отпускать меня. Но даже это не изменило его решения.
— С этим нельзя мириться, — тихо сказала она. — Если банда “Гримроуз” думает, что им это сойдет с рук, то другие тоже попытаются. Это проблема.
— Я знаю.
Она вздохнула.
— Ты в порядке? Они причинили тебе боль?
— Нет, они этого не сделали, — я замолчала, слова Криса эхом отдавались в моей голове. — Ты знаешь, что случилось с моей мамой?
Элли нахмурилась.
— Она умерла до того, как я встретила Шона. Я знаю столько же, сколько и ты. А что?
— Крис сказал мне кое-что, — почти прошептала я, мое сердце бешено заколотилось о ребра. — Он сказал, что она все еще жива. Что она где-то у него.
— Ты веришь ему? — медленно спросила она.
Я провела руками по лицу.
— Не знаю. Думаю, он использует это, чтобы заставить меня подчиняться. Но что, если это правда?
— Я разберусь с этим, — сказала она, на мгновение взглянув на свой телефон. — Но сначала нам нужно закончить разговор о двух парнях, которые пытаются войти в эту комнату, чтобы добраться до тебя.
— Они мне нравятся, — призналась я, поднимая голову, чтобы встретиться с ней взглядом. — Оба. Настолько, что я не хочу их смерти.
Элли уставилась на меня, нахмурив уголки губ. Тишина окутала комнату, и я отвела глаза и подошла к окну. Студенты слонялись по тротуару подо мной, наслаждаясь своим воскресеньем. Некоторые смеялись, в то время как другие собирались в большие группы, болтая со своими друзьями. Я была уверена, что у каждого из них, как и у всех, есть свои проблемы. Но сейчас мне бы хотелось быть обычной студенткой с обычными заботами.
Мне нравилась эта жизнь. Работа на Элли удовлетворяла мою тягу к острым ощущениям. Я не видела себя ни в чем другом. Но сейчас? Выяснение того, кем Крис был для меня. Влюбленность в двух парней, чьи банды хотели управлять мной. И третий мужчина, который бросил меня и, очевидно, хранил свои собственные секреты. Симпатия к трем разным парням была бы достаточной проблемой без всего этого дополнительного стресса.
Вокруг происходило так много всего, что я чувствовала себя тонущей.
— Они тебе нравятся. В смысле, больше, чем просто друзья? Они оба?
Ее вопрос вырвал меня из раздумий, и я отвернулась от окна, чтобы посмотреть на нее.
— Да.
Она пробормотала проклятие себе под нос.
— Как долго это продолжается?
— Достаточно долго, — я взглянула на нее. — Я никогда не подвергала тебя или “Подполье” опасности.
— Ты не имеешь никакого отношения к новой татуировке на спине Джейса? Значит, Гейдж сделал это сам?
Я прикусила губу.
— Нет. Он сделал это ради меня. Чтобы ты не убила Джейса.
— Гейдж знает, — она коротко рассмеялась. — Вы оба лгали мне.
Боль в ее голосе камнем упала мне на грудь.
— Я знаю, как это важно для тебя…
— Для нас, — прервала она. — Ты пришла ко мне в четырнадцать лет, Ринн. И твое сердце было настроено на месть. С тех пор на этих двух бандах висят мишени. Этот год был временем, чтобы покончить с этим.
— Это все еще так, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. — Ничего не изменилось.
— Нет? — резко спросила она. — Значит, ты не попытаешься остановить меня, если я решу, что эти двое парней нам мешают?
Желудок скрутило, по венам побежал ледяной холод, когда я выдержала ее взгляд. Она без колебаний убьет Джейса и Кайена, если понадобится. Это стало очевидно, когда Джейс узнал, что я в “Подполье”.
— Они защитили меня, — медленно произнесла я, тщательно подбирая слова. — Не раз. Сомневаюсь, что они причинили бы мне боль.
— Но выбрали бы они тебя? — холодно спросила она. — Вместо своих банд? Вместо своих семей?
Я с трудом сглотнула, всем сердцем надеясь, что не ошибаюсь в них.
